Любовные драмы сестёр Гончаровых - Лариса Андреевна Черкашина

Она сумела обуздать судьбу почти так, как некогда силой воли усмиряла вздыбившегося жеребца. И в выборе своей женской доли следовала более рассудку, нежели чувствам.

Право, могла ли Александра полюбить чопорного и малопривлекательного немца?! Ведь и Натали, знавшая душевный строй сестры, не написала бы тех строк: «Он такой немец мнительный и вспыльчивый, он так любит всё усложнять, что Сашиньке будет трудно сладить с его характером. Придётся ей взяться за это дело очень осторожно».

Но тут же приводит в пример первую супругу барона: «Не знаю, как Ната сумела так хорошо взять над ним верх, потому что ей удалось так обуздать его характер, что он стал покорным слугой своей жены, и надо отдать ему справедливость – он был замечательным мужем».

Однако сей странный брак длился долго – целых тридцать семь лет! Ровно столько было отпущено земной жизни Пушкину…

Замок на берегах Нитры и его хозяйка, «тётушка Фризенгоф», славились своим радушием и гостеприимством. Не прерывались связи и с отчим домом баронессы, что на берегах далёкой калужской речки Суходрев. Приезжали погостить к сестре братья: Дмитрий, Сергей, Иван.

Бывала здесь и любимая младшая сестра Наталия со своими чадами: старшими – детьми Пушкина и младшими – девочками Ланскими. Сёстры, как и прежде, поддерживали тёплые родственные отношения. Семилетняя Наташа Фризенгоф любила сиживать на скамеечке у ног красавицы-тётки, а та ласково гладила племянницу по милой головке.

Оказавшись вдали от родины, Александра Николаевна не обратилась чужеземкой, чему свидетельством её письмо брату Ивану: «Я так глубоко сожалею, что не знаю никого из твоих детей. Мне очень тяжело, что я им совсем чужая, принимая во внимание мою любовь к вам обоим, мои дражайшие добрые друзья… Мы живём по-прежнему, очень довольные своей судьбой. Маленькая Таша растёт хорошо… Живя вдали от военных бедствий, мы страдаем только душою, когда какая-нибудь прискорбная неудача случается с русскими. Да ниспошлёт им Господь помощь в их неудачных сражениях и дарует им славную победу в обороне Крыма. Мысль о множестве семей, переживающих горе потери своих близких, заставляет нас содрогаться».

Даже по этим строкам легко представить, какой была в жизни Александра Гончарова, сколь изначально много заложено в её характере доброты, сострадания, воли, страсти. И патриотизма! Нет, не зря так доверительно дружески относился к ней Пушкин, не зря столь трепетно любила её, подругу и верную помощницу, младшая сестра.

Наталия Николаевна Пушкина. Художник В. Гау. 1842 г.

Покидая Россию, Александрина увезла с собой альбом с видами Полотняного Завода – дорогих её сердцу мест. «Я была бы так счастлива приехать отдохнуть на несколько месяцев в наш тихий дом в Заводе», – теперь, спустя много лет она уже мечтала о родной усадьбе. А ведь ранее сама мысль о том, чтобы распрощаться с петербургской жизнью, приводила Александру в трепет…

Ныне в экспозиции словацкого музея всего лишь одна фотография калужского имения Гончаровых с запечатлёнными на ней въездными Спасскими воротами и церковью Преображения Господня.

При жизни Александры Николаевны в замке была собрана богатейшая библиотека в несколько тысяч томов. И теперь в мемориальных залах на полках книжных шкафов теснится множество книг в тиснённых золотом кожаных переплётах. В их числе – книги из знаменитой русской библиотеки Смирдина, издателя и петербуржского знакомца Пушкина.

Из Петербурга баронесса Александра привезла для отрока-пасынка Грегора книгу: «История для детей в рассказах». Повествовалось в ней о начальных веках русской истории и первых правителях Древней Руси – князьях Рюриковичах: Игоре, Святославе, Владимире Святом, Ярославе Мудром, Александре Невском…

Книга «История для детей…» и сама обратилась историей, ведь её автору, писательнице Александре Ишимовой, адресовано последнее письмо Пушкина! Всего за несколько часов до роковой дуэли, январским утром, поэт берёт в руки перо: «Милостивая государыня Александра Осиповна. Крайне жалею, что мне невозможно будет сегодня явиться на Ваше приглашение <…> Сегодня я нечаянно открыл Вашу историю, и поневоле зачитался. Вот как надобно писать!..»

Не эту ли книгу, что перед поединком держал в руках Пушкин и «поневоле зачитался» ею, захватила с собой в Бродзяны Александра Николаевна?!

Стоит заметить, что сама писательница Ишимова полюбила Наталию Пушкину, «нашед в ней интересную, скромную и умную даму». Замечание то Петра Плетнёва откосится к сентябрю 1843 года, когда сёстры вместе жили в Петербурге – значит, и Александра была знакома с автором «Истории для детей…»

В гостиной будто и по сей день ждёт хозяйку раскрытый старинный рояль, помнивший теплоту её рук. На нём – любимые ноты творений Чайковского, Бетховена, Штрауса, чьи мелодии часто звучали в стенах старого замка. А прежде – в петербургском доме на Мойке.

Устраивались в замке званые обеды и музыкальные вечера, на подмостках домашнего театра разыгрывались пьесы, в коих играла небольшие роли и баронесса Александра.

Ныне былая хозяйка дома пристально взирает на гостей с овального портрета в гостиной. Некогда пред ним застыл и заворожённый Николай Раевский, первым из пушкинистов открывший старинный замок, как некую Словацкую Атлантиду. «Принято считать, что умная Азя Гончарова… была некрасива, – размышлял писатель. – Чуть заметное косоглазие Наталии Николаевны, которое нисколько её не портило, у старшей сестры было много сильнее. Позировать, а позднее сниматься анфас она обычно избегала. Однако бродзянские портреты Александры Николаевны показывают, что в молодости она была далеко не так некрасива, как обычно думают. <…> На большом овальном портрете, несомненно пушкинских времён, у Ази Гончаровой очень миловидное и духовно значительное лицо».

Замок в словацких Бродзянах. Ныне – Литературный музей имени А.С. Пушкина

Неизвестный петербургский живописец запечатлел мадемуазель Гончарову в те давние годы, когда она имела счастье именоваться свояченицей Александра Сергеевича.

Герцогиня Ольденбургская

Маленькая Натали, наречённая в честь красавицы-тётки, родилась восьмого апреля 1854 года в Вене, где и была крещена по православному обряду.

Подрастала дочь, и мать Александра Николаевна пристально наблюдала за её развитием: «Я, конечно, занята исключительно своей дорогой дочерью, которая уже становится в некотором роде сознательным существом. Она очень умна, а её способность все схватывать на лету просто необыкновенна, так что развить ум этой маленькой головки не составит труда, если Бог нам её сохранит. Она также подаёт мне надежду стать хорошей музыкантшей, потому что занимается музыкой с большим увлечением». Письмо Александры Николаевны адресовано в Россию брату Ивану Гончарову. У шестилетней девочки открылись вокальные данные: она неплохо поёт. С интересом берётся за кисть и карандаш, хорошо рисует.

И всё же волнения,