Безликий - Е. Юань

Апостол Желаний ответил, и в его пустом голосе впервые проступили едва заметные интонации:

— Карту Богохульства. Карту «Бездны»!

«Карта Богохульства? Та самая, одна из двадцати двух созданных великим Расселом карт — аркан „Бездны“! И она стопроцентно соответствует пути Дьявола! Немудрено, что Апостол Желаний без секундного колебания швырнул на чашу весов все свои барыши и положение банкира, накопленные за долгие годы… Ведь в этой карте сокрыто его заветное желание — путь к величию полубога!»

Подобное сокровище по своей ценности многократно превосходило любые риски и само задание!

Впрочем, вице-адмирала Урагана Килангоса вряд ли прельстила бы подобная награда — разве что… разве что у этой таинственной ложи имелась при себе еще одна Карта Богохульства, в которой он остро нуждался, или нечто сопоставимое по ценности…

Если это действительно та самая тайная организация, к которой в свое время примкнул император Рассел, то для нее было вполне естественно владеть несколькими Картами Богохульства… Но даже если и нет, в их руках всё еще оставалась Скрижаль Богохульства…

Клейн сперва невольно опешил, а затем в недоумении спросил:

— Зачем им понадобилось устранять герцога Негана?

Дух Апостола Желаний истончился еще сильнее, и его пустой, монотонный голос огласил:

— Не знаю. Моей заботой было лишь решить, браться за это поручение или нет.

— Но неужели ты совсем ничего об этом не слышал? — продолжал допытываться Клейн.

Апостол Желаний оставался в том же безучастном, безжизненном состоянии:

— До меня доходили слухи, что их главная цель — воскресить… вернее сказать, пробудить Истинного Творца.

— Они исподволь вмешиваются в ход истории, направляя ее течение в нужное русло, дабы в определенный момент достичь своей цели.

— И если течение эпохи начинает уклоняться от намеченного ими курса, они прикладывают все силы, чтобы переломить эту тенденцию.

— В остальное же время они просто безмолвно наблюдают со стороны — холодно и безучастно. Порой могут минуть десятилетия, а то и века, прежде чем они совершат хоть одно действие или дадут очередное поручение…

«Настоящая, в подлинном смысле слова тайная ложа… Всё безупречно сходится с описанием Рассела об ордене, негласно направляющем судьбы мира… И снова всё завязано на Изначального Творца…» — видя, что призрачный силуэт Апостола Желаний тает прямо на глазах, Клейн торопливо спросил:

— Как называется эта организация? И как с ними связаться?

Дух Апостола Желаний безучастно уставился перед собой, и его фигура принялась стремительно распадаться.

Но перед тем как окончательно раствориться, он всё же успел обронить ответ:

— Их имя…

— Сумеречный Отшельник.

…………

Внутри особняка со стеклянной оранжереей.

С померкшим лицом сидел худощавый секретарь в золотых очках и белоснежных перчатках, терзаемый глубокой, неподдельной скорбью.

— Ваше имя? Какая Последовательность и к какому именно Потустороннему Пути вы принадлежите? — со всей строгостью осведомился дьякон Иконсер.

Белокурый секретарь глухо, с расстановкой отозвался:

— Локхард Сиакам, 5-я Последовательность. Что же касается моего Пути — вы вольны направить официальный запрос в МИ-9, дабы ознакомиться с моим личным делом.

— Добро, — согласился Иконсер и тут же перешел к следующему вопросу: — Наведывался ли господин герцог сюда в строго определенное время каждую неделю?

— Нет, он терпеть не мог жить по расписанию, а уж после покушения Килангоса — и подавно. Вплоть до сегодняшнего утра никто и помыслить не мог, что он решит заглянуть сюда. Я и сам прознал об этом лишь в Палате лордов перед полуднем, — со всей серьезностью пояснил Локхард Сиакам.

Иконсер ненадолго задумался и произнес:

— Если среди доверенных лиц герцога действительно затесался шпион, то на кого бы пало ваше подозрение? У вас есть конкретный подозреваемый?

Локхард на несколько секунд задумался, а затем покачал головой.

Иконсер подробно расспросил его о деталях боя, во всех общих чертах восстановив картину произошедшего.

Видя, что Локхард мертвенно-бледен и получил весьма нешуточные раны, дьякон вежливо поднялся с места, решив сперва допросить остальных бойцов из личной гвардии герцога.

Проводив взглядом этого дьякона из «Сердца Механизмов», Локхард тяжело вздохнул и медленным, свинцовым шагом приблизился к телу герцога Негана.

Покойного вельможу уже успели прикрыть одеждой, однако на его лице по-прежнему застыла маска первобытного, неописуемого ужаса.

Неотрывно, в течение нескольких долгих секунд взирая на безжизненные останки герцога Негана, Локхард с глубокой скорбью прошептал:

— Простите.

И в этот самый миг, когда он стоял спиной ко всем присутствующим, уголки его губ внезапно едва заметно поползли вверх.

Он с пугающим, абсолютным хладнокровием добавил про себя:

«Это выбор эпохи…»

Глава 428

Козел отпущения

Западный район, улица Надежды, 9, резиденция премьер-министра.

Агухид Неган стоял за широким письменным столом и с глубокой озабоченностью на лице смотрел на расположившегося напротив графа Холла.

— Граф, полагаю, секретарь уже ввёл вас в курс дела, — глухим голосом произнёс премьер-министр. — В эту трудную минуту вы — первый из аристократов, о ком я подумал.

Этот влиятельный лидер Консервативной партии и действующий премьер-министр словно постарел на несколько лет за один миг. Его высокая худощавая фигура слегка подалась вперёд, будто он не мог вынести тяжести обрушившегося горя, и ему приходилось опираться обеими руками о столешницу.

Но взор его оставался острым, а самообладание — непоколебимым.

Граф Холл, щеголявший аккуратными элегантными усами, тяжело вздохнул:

— Мне невыразимо больно слышать это известие, я глубоко потрясён. В ближайшие дни я как раз планировал нанести визит его светлости, чтобы обсудить те несколько законопроектов, которые нас обоих живо интересовали. Кто же мог подумать, что на него совершат покушение…

Возраст наложил отпечаток на некогда привлекательное лицо графа, прорезав его глубокими морщинами и лишив былой юношеской стати, но сейчас, выразив искреннюю скорбь и сочувствие, он быстро совладал с чувствами и добавил:

— Герцога больше нет с нами. Но сейчас нам нужны не слёзы и гнев, а предельная осторожность и хладнокровие. Только так мы сможем справиться с последствиями трагедии и не позволим тяжёлому паровозу нашего королевства сойти с рельсов.

— Именно поэтому я и позвал вас в первую очередь. Остальные аристократы способны лишь взывать к богам, дрожать от страха и кричать о том, что это немыслимо, требуя немедленно казнить убийцу и найти организаторов заговора. В их глазах, если уж под охраной совершено покушение на герцога, то их собственные жизни и вовсе висят на волоске, — глухо отозвался премьер-министр Агухид. — Их реакция вполне естественна и понятна, но это не то, что требуется государству.