Я еще скелет? Да сколько можно! - Алексей Сказ

По периметру стояли клетки — узкие тюрьмы из ржавых решёток, в которых сидели пленники всех рас и мировоззрений. Кто-то тихо стонал, кто-то молча смотрел в пустоту…

А в центре, на троне из костей, металлолома и черепов, восседал Рагнар.

Он был огромен даже по меркам зверолюдов. Медведь-гризли, чья шерсть когда-то была бурой, теперь покрылась сединой и шрамами. Одна лапа — протез из стали и шестерёнок, другая — обмотана цепями с крюками. На голове — корона из ржавых гвоздей, вбитых прямо в череп.

Вокруг трона толпились члены клана. Орки, тролли, гоблины-мутанты, несколько зверолюдов. Все — в самодельной броне, увешанные оружием.

У подножия трона лежал связанный человек. Его лицо было залито кровью, тело — покрыто ожогами. Один из бандитов, худой орк с кривым носом, медленно раскалял железный прут в углях печи.

Рагнар даже не смотрел на пленника. Он лениво ковырял когтём меж клыков, разглядывая потолок.

— Ты сюда поглазеть молчком припёрся? Выкладывай, пока я в добром расположении духа. — пробормотал он, не поворачивая головы.

— Знакомиться не будем, вы мне не интересны, — сказал Гольдштейн.

Рагнар медленно перевёл на него взгляд. Его глаза — жёлтые, как у хищника — скользнули по фигуре орка, оценивая.

— Банкир, — протянул он. — А я слышал о тебе. Ростовщик, кровопийца. — Он ухмыльнулся. — Обычный трус и эксплуататор всяческой слабой швали, коей целиком провонял этот жалкий город.

Окружающие засмеялись, но Гольдштейн проигнорировал выпад и продолжил гнуть свою линию.

— Прекрасно, значит, сэкономим время. Что я имею ты в курсе.

Рагнар зевнул, демонстрируя клыки.

— Твои деньги? У меня и так полно игрушек, — он махнул лапой на клетки. — Жертвы — ресурс, оружие — ресурс, территория — ресурс. Что ты мне предложишь, чего у меня нет?

— Всё, — ответил Гольдштейн.

Пауза. Затем Рагнар удивлённо выпрямился на троне.

— Что?

— «Банкирский дом Гольдштейн». Все активы, все счета, все долги и весь бизнес целиком.

Зал умер. Не смеялся больше никто.

Рагнар медленно поднялся с трона, он оказался на три головы выше крупного Гольдштейна, так что его тень накрыла орка, словно подростка.

— Я сейчас же убью тебя.

— Ну, попробуй, — Исаак скучающе опустил руку на рукоять отцовского топора.

Рагнар сделал шаг в его сторону. Его дыхание было горячим и вонючим.

— И что ты хочешь за всё это барахло?

Гольдштейн посмотрел ему прямо в глаза.

— Хаос.

Рагнар недоверчиво нахмурился.

— Хаос?

— Я хочу, чтобы город сгорел, — ровно ответил орк. — Без остатка и надежды на восстановление. Чтобы от него не осталось ничего, даже воспоминаний.

Зал взорвался смехом. Бандиты гоготали, хлопая друг друга по спинам и терзая пленников в порыве нахлынувшего адреналина.

— Орчёночек спятил!

— Банкиришке кто-то сделал очень бо-бо!

Но Рагнар молчал, его взгляд больше не отрывался от Гольдштейна.

— Ты говоришь так, словно мы не способны этого сделать, — сказал он с явной угрозой.

— Нет, — ответил Гольдштейн. — Вы способны наложить кучу прямо посреди площади, убить нескольких бедолаг, разрушить улочку, но этого мало. Мне нужно больше. Я хочу, чтобы город умер. А для этого… — он сделал паузу, — вы слабаки, иначе не прятали бы задницы по своим подвалам.

Смех оборвался. Рагнар медленно наклонился, его морда оказалась в сантиметре от лица орка.

— Повтори.

Гольдштейн не отступил.

— Вы — подзаборный скурившийся мусор. А было бы это иначе, я давно бы купил каждого из вас. Однако есть кое-что, на что способны только такие отморозки, как вы. Мне нужен инструмент, который сломает город изнутри.

На морде Рагнара заиграла странная улыбка.

— Интересно, — пробормотал он. — Очень интересно.

Он развернулся к изголовью своего трона, достал маленькую, почти игрушечную ампулу. Жидкость внутри переливалась багровым светом, словно живая.

— Знаешь, что это?

Гольдштейн молчал.

— «Дыхание Дракона», — сказал Рагнар. — Алхимический яд. Настолько мощный, что одна капля превращает человека в пепел за секунды.

Он повернулся к одному из своих людей — молодому орку, который стоял неподалёку.

— Открой пасть.

Орк побледнел.

— Босс… я…

— Пасть открыл, ублюдок.

В его голосе прозвучал такой неприкрытый намёк, что орк тут же почти опустился перед Рагнаром на колени и послушно разжал челюсти.

Рагнар поднёс ампулу к его губам и наклонил. Одна капля. Всего одна.

Орк дёрнулся, его глаза расширились. Рот раскрылся в беззвучном крике и из него вырвался настоящий огонь. Затем его кожа начала дымиться.

Гольдштейн наблюдал, не моргая.

Тело орка вспыхнуло изнутри. Огонь не был красным или жёлтым — он был багровым, почти чёрным. Плоть плавилась, кости трещали, а сам орк даже не успел упасть. Он просто… рассыпался. За пять секунд от него осталась лишь куча пепла и дымящийся скелет.

Зал молчал.

Рагнар повернулся к Гольдштейну.

— Видал? — усмехнулся он.

Гольдштейн медленно кивнул.

— Сколько у вас этого яда?

— Это особая игрушка, осталось лишь около трёх полных цистерн, — ответил Рагнар. — Каждая — по двести литров.

Гольдштейн задумался. Потом поднял взгляд.

— Я хочу всё.

Рагнар усмехнулся.

— Всё? И что ты вздумал с этим делать?

— Солью в реку, — спокойно ответил орк.

Пауза.

Рагнар уставился на него. Затем медленно начал смеяться. Низко и утробно, словно рычал.

— Ты… ты действительно спятил.

Бандиты переглянулись. Кто-то засмеялся, а кто-то молчал, словно не веря услышанному.

Рагнар снова повернулся к Гольдштейну, на его морде играла широкая, безумная улыбка.

— Мне нравится, банкир. Ты принёс мне лучший подарок, который я когда-либо получал.

Он протянул Гольдштейну лапу.

— Ты отдаёшь нам всё что у тебя есть, взамен забираешь нашу убийственную приправу и гарантию, что мои ублюдки хорошенько омоют городок его собственной кровью.

Гольдштейн пожал её.

— По рукам.

* * *

Исаак Гольдштейн стоял у входа в логово «Рагнарёка», наблюдая, как отморозки грузят огромные металлические цистерны на усиленные телеги. Каждая ёмкость была опечатана магическими печатями, а вокруг неё суетились грузчики, двигаясь с подчёркнутой осторожностью. Один неверный шаг, одна трещина — и все сгорят заживо.

Орк фыркнул наблюдая, как последняя цистерна занимает своё место на телеге. Всё шло по плану. Осталось только довезти груз до нужной точки и привести закончить всё.

Он достал из кармана демонстрационную ампулу, которую показывал ему Рагнар. С презрением Гольдштейн швырнул её в