Уйгурские сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

А хан в это время сидел и пировал со своими визирями.

Как только повар принес яблоки, пирующие сразу взяли по одному и тотчас же превратились в лошадей.

Таир только этого и ждал.

Переодевшись нищим, нацепив бороду, он пришел во дворец и сказал:

— Хан, вот теперь вы и ваша дочь превратились в животных. Это вам в наказание за то, что оба вы были всегда безжалостны к людям. Никогда вы не сделали им ничего хорошего. Но я готов помочь вам избавиться от этой напасти, если вы выполните мои условия. Как только вы станете людьми, обещайте никогда не обижать бедных.

Хан-конь заржал, выражая этим свое согласие.

И Таир дал ему яблоко с четвертой яблони, и хан опять стал ханом.

Созвали весь народ, и хан, выйдя к нему, поклялся никогда никому не делать зла.

Затем хан возвратил Таиру все, что было у него отобрано: тюбетейку, трость и ковер.

После этого Таир вернул прежний облик Шамшижамал.

Тут Таир сорвал с себя бороду. Шамшижамал, узнав его, сказала:

— Я была несправедлива к тебе, Таир, за что жестоко наказана. Прости меня. Я согласна быть твоей женой.

— Поедешь ли ты со мной? — спросил Таир.

— Я готова даже умереть с тобой, — ответила она.

Таир посадил ее на ковер и сказал: «Лети, мой ковер, к моим отцу с матерью». Ковер быстро доставил их в родной город.

Отец и мать Таира за это время очень состарились. Они все время тосковали о своем сыне.

Когда Таир подошел к дому, то услышал их мольбы:

Черные тучи на небе,

Пролейтесь на землю дождем.

Сын наш Таир, издалека

Приди посмотреть на нас.

Все травы на земле плачут о дожде,

Несчастные мать и отец

Плачут о своем Таире.

Таир и Шамшижамал вошли в дом.

— Кто вы, добрые люди? — спросили старики. — С вашим приходом у нас на душе стало так светло и радостно, как будто вернулся наш сын.

Тут Таир бросился обнимать стариков.

На радостях был устроен той, который длился девять дней и девять ночей.

Таир и Шамшижамал зажили счастливо и были до конца дней своих непобедимы в шахматной игре.

Адиль-аскер

В давние времена жили в одном кишлаке муж и жена. Имели они семь загонов для скота, и было в тех загонах много лошадей, коров, баранов и коз. Жили эти люди безбедно. Но вот однажды, словно лихой ветер пригнал, налетел на кишлак злой джунгар Акла-батур и угнал много скота.

В этот же год у них родился сын; и в память о постигшем их несчастье дали они сыну имя Татывал[88]. Прошло несколько лет и несчастье постигло их второй раз: подобно урагану налетел на их дом свирепый джунгар Кокла-батур и угнал половину оставшегося у них скота. В эти дни родился у них второй сын, и назвали они его Яманлык[89], чтобы помнить о том, как несчастен был для них год его рождения.

Прожили они несколько лет, и несчастье постигло их в третий раз. Неожиданно, как молния, налетел на их дом беспощадный джунгар Карала-батур и угнал весь скот.

Загоны для скота опустели и стали разваливаться.

И в эти дни родился у них третий сын.

Сожалея о том, что у них не было защитника, который бы отразил набег джунгар, они дали ему имя Адиль-аскер, что значит — справедливый, отважный воин.

Шли годы. Все три сына подросли и стали опорой своих родителей.

Однажды старший сын спросил у отца:

— Около нашего дома семь загонов для скота. Зачем они построены, ведь у нас нет даже паршивой овцы. Был ли когда-нибудь в этих загонах скот?

— Тяжело вспоминать о прошлом, — сказал на это отец. — Да, в этих загонах был когда-то скот. Но от того, что мы будем вспоминать о нем, он все равно не вернется в загоны. Лучше об этом не рассказывать.

Однако сыновья стали настойчиво просить отца рассказать о причинах их бедности. Наконец, старик, уступая их настойчивым просьбам, рассказал о набегах джунгарских батуров, которые угнали весь их скот.

— В тот день, когда угнал у нас часть скота злой Акла-батур, родился ты, — сказал отец старшему сыну, — В память об этом несчастном дне я назвал тебя Татывал. Смотри, сын мой, никогда не зарься на чужое, В тот день, когда напал на нас свирепый Кокла-батур и угнал половину оставшегося у нас скота, родился ты, — сказал старик среднему сыну. В память об этом несчастье назвали мы тебя Яманлык. Но сам ты никогда не поступай плохо с другими.

— А ты, — сказал старик младшему сыну, — родился в тот день, когда напал на нас беспощадный Карала-батур и угнал последний скот. И некому было заступиться за нас, не было у нас защитника, и поэтому назвали мы тебя Адиль-аскером. Вот почему опустели наши скотные дворы, а вы носите такие имена.

Выслушав отца, сыновья сказали:

— Мы должны возвратить наш скот обратно. О отец, разреши нам отправиться в страну джунгар, мы найдем там обидчиков и отберем у них скот!

Отец долго не соглашался, но, наконец, уступил он настойчивым уговорам сыновей. И трое братьев, гонимые жаждой мести, отправились навстречу опасностям в страну джунгар.

Прошло три месяца. За это время братья прошли много гор и пустынь, испытывая невзгоды и лишения. И вот однажды, усталые, они остановились в пути отдохнуть в караван-сарае и зашли в ашпазхана[90]. Когда они утолили свой голод, Татывал сказал братьям:

— Я очень устал, тело мое покинули силы, не хочу я проводить свою жизнь в скитаниях по пустыням. Я не пойду дальше, останусь в этой ашпазхане. Буду топить у хозяина печи, если другой работы не найдется, и как-нибудь прокормлюсь.

А вы идите дальше.

— Настоящий йигит от своих слов, как тигр от следов добычи, не отступает, — ответил Адиль-аскер брату. — Мы, конечно, пойдем дальше.

Оставив Татывала в ашпазхане, Адиль-аскер с Яманлыком пошли дальше.

Прошло еще несколько месяцев. Однажды братья, голодные и усталые, остановились по дороге отдохнуть в каллапяз[91] при каравансарае.

Когда они сели есть, Яманлык взял вареную голову в руки и, обращаясь к Адиль-аскеру, сказал:

— Брат мой, я чувствую, что заболел, и идти дальше не могу, нет в моем теле больше сил. Останусь здесь. Буду опаливать коровьи головы