Разведопрос. Трудно быть русским - Дмитрий Юрьевич Пучков

истории конфликта, тогда будет понятно, почему нынешнее правительство смогло организовать сопротивление и как происходит война. Началось всё с того, что для СМИ продемонстрировали недовольство сирийского народа. Самое основное, что меня в Сирии впечатлило, это то, что сирийские события очень похожи на наши. Приехав в Россию, я с ужасом обнаружил, что мы находимся на одном из этапов сирийской войны.

В Сирии война начиналась следующим образом. Было инициировано в некоторых районах недовольство граждан, реальное, которые были действительно недовольны какими-то реформами, правительством.

Дмитрий Пучков: Недовольные есть всегда.

Василий Павлов: Есть всегда, в том-то и дело. Причём, по моим оценкам, у нас в стране недовольных правительством больше, чем в Сирии. Были для СМИ изображены демонстрации, которые, как в Киеве, неизвестными снайперами были обстреляны. В результате, после того, как демонстрации затихли, началось вторжение боевиков.

Дмитрий Пучков: Технология знакомая.

Василий Павлов: Часть боевиков уже была размещена на территории Сирии. Например, в Джобаре, который очень долго берут, до сих пор ещё не могут освободить его полностью, подготовка к войне, по сведениям мухабхарата (это безопасность сирийская), началась за одиннадцать лет до начала война. Иностранные фирмы покупали здания, в них организовывались склады оружия разного объёма, нанимались граждане, которые вроде бы мирные, а в нужный момент они взяли в руки это оружие и захватили населённый пункт — это район Дамаска. И подобная технология во многих местах использовалась. Внедрение сначала людей, которые по любому поводу начнут действовать.

Дмитрий Пучков: Ну, оно же очевидное. Как у нас, когда «Норд-Ост» захватили, а дальше граждане внезапно узнали, что террористы, оказывается, готовятся к террористическим актам. Завозят боеприпасы, оружие. Конспиративные квартиры, туда-сюда… Это ж нормально.

Василий Павлов: Многие, с кем разговаривал на эту тему, говорят: «У нас такое невозможно. Откуда боевики могут взять у нас оружие?»

Дмитрий Пучков: Смотря, в каких количествах, скажем так. В первую очередь это говорит о некачественной работе разведки, которая не видит, что везут оружие. Или наоборот — видит, но молчит.

Василий Павлов: Оружие в любом случае есть. Вот, та же самая сирийская оппозиция, если называть её так. Она состоит из двух частей. Одна — это «Сирийская свободная армия», которая декларирует свержение режима, и вторая — это её мусульманская часть, исламистская, которая провозглашает построение всеобщего халифата. И они брали оружие из разных источников. Одним поставляла Турция, Иордания, Саудовская Аравия, а другие взяли его на месте. Потому что, никакого секрета не выдам, система обеспечения безопасности хранения оружия что в Сирии, что у нас, была не очень хорошо организована. Любой служивший в армии примерно знает, как охраняются склады боеприпасов и оружия.

Дмитрий Пучков: Ну да, при советской власти оттуда не воровали… просто потому что не воровали.

Василий Павлов: Потому что оно никому не нужно было.

Дмитрий Пучков: Да.

Василий Павлов: К сожалению, где взять оружие места есть. Огромным источником оружия для боевиков явились полицейские участки.

Дмитрий Пучков: То есть они их захватывали, как на Украине?

Василий Павлов: Да-да-да, старые склады, полицейские участки, добытое в бою и, меньшая часть, это оружие, пришедшее снаружи.

Дмитрий Пучков: А снаружи какое приходит?

Василий Павлов: Снаружи как раз приходит противотанковое вооружение в основном. Стрелковое всё можно на месте набрать. А снаружи — это противотанковое, зенитное.

Дмитрий Пучков: А как личный состав воюющей, мятежной, так сказать, стороны, хорошо подготовленной? Владеет ли военным делом?

Василий Павлов: Дело в том, что они совершенно разные. У них система такая, что людей не жалеют особенно. Все боевики, приходящие на территорию Сирии воевать, они, как правило, являются обычным мясом, дешёвым и никого не волнующим. Вот те, кто из них выживают, те становятся ядром более боеспособных подразделений. Та же самая ИГИЛ, в ней присутствуют и иракские офицеры, и боевики, получившие опыт в Сирии. В результате, после большого отбора естественного, дарвиновского получается подразделение боеготовым. Основная проблема для нас в том, что эти подразделения, большая часть их, уже сегодня говорит о том, что основная цель их не Сирия, а Россия.

Дмитрий Пучков: Это-то никаких сомнений не вызывает. То есть, начиная с Астрахани и выше — Кавказ, Волга.

Василий Павлов: Там готовятся наши выходцы с Кавказа, с Туркмении, с Азербайджана, с Узбекистана. Вот недавно читал новость. Узбекское МВД печалится по поводу того, что через Россию в Сирию отправляются боевики, которые впоследствии вернутся обратно.

Дмитрий Пучков: Ну, они, наверное, отправляются не как боевики, а как рядовые граждане.

Василий Павлов: Через Турцию приезжают, а там их переправляют. Легально остановить это невозможно. Со многими странами у нас безвизовый режим. Граница и в советское время нельзя сказать, чтобы была абсолютно непроницаемая, а сейчас, я думаю, ситуация хуже. Поэтому пройти боевики, к сожалению, могут с территории на территорию. Оружие они найти могут. И самая большая беда стран, которые подвергаются террористической агрессии, в том, что она не предотвратима принципиально.

Дмитрий Пучков: И что, вообще нет никаких способов борьбы? Так не бывает.

Василий Павлов: Способы борьбы есть. Но, даже зная, что такая война будет, мы можем уменьшить последствия, мы можем часть боевиков задержать, оружие найти, но полностью предотвратить атаку невозможно. Можно её ослабить. А вот в том случае, если мы её ослабим, мы можем подготовиться к отражению.

Дмитрий Пучков: И как это видится? Военным путём или разведка? Кто этим заниматься-то должен?

Василий Павлов: Больше всего, что мне дала Сирия, это понимание того, каким образом мы не можем это предотвратить и противостоять этому.

Дмитрий Пучков: Каким?

Василий Павлов: Ей не способна противостоять армия, такой агрессии. Потому что армия под такие задачи просто не заточена. Ей не способна противостоять полиция, потому что у полиции недостаточно сил и средств. Ей не способно противостоять население, потому что боевики организованны, а население нет. И даже организованное население всегда по огневой мощи меньше, чем боевики.

Дмитрий Пучков: Почему?

Василий Павлов: Потому что населённый пункт любой, в нём определённое количество населения, которое готово вести вооружённую борьбу. Если это количество населения превышает количество боевиков, боевики просто не атакуют. Они атакуют другой населённый пункт. То есть нам нужно иметь во всех населённых пунктах численность боеготового населения, армии или полиции больше, чем может быть нанесён удар.

Дмитрий Пучков: Я бы тут отвлёкся несколько в сторону. Наблюдение. Вот, например, некогда братская Украина, на которой часть населения работает, зарабатывает деньги и как-то жизнь строит, и часть населения, вспомнив о своих бандеровских предках, тренируется в лесах непрерывно. Дальше эти отмороженные натренированные нацисты выбегают на улицы, где милиция им противостоит. Организуются различные провокации. Сначала они их бьют, жгут бензином, за это никого не наказывают, ничего не предпринимается. Ну, мы всё это