От перестройки до Путина. Третья русская смута - Александр Георгиевич Мосякин

самую обездоленную и обворовываемую союзным центром. РСФСР отдавала каждый третий заработанный рубль в союзный центр, откуда эти заработанные россиянами деньги распределялись по союзным республикам, которые жирели и воровали, а (на словах) главная республика Союза беднела и загибалась, хотя и там национальные образования получали больше и жили лучше, нежели «исконно русские» области и края. Такой перекос становился нестерпимым. Депутаты съезда, принимая такое решение, хотели прежде всего переключить на себя финансовые потоки, которые поступали из РСФСР в союзный центр, а потом растекались по всем «братским» республикам, оставляя Россию у пустого корыта. Россиянам обрыдло быть дойной коровой в советском загоне, и они приняли Декларацию о государственном суверенитете, не просчитав последствий.

Впервые идею о выходе РСФСР из Союза ССР риторически высказал в мае 1989 года выдающийся русский писатель Валентин Распутин, выступая с трибуны съезда народных депутатов СССР, – и это была не издевка. В умах многих русских деятелей культуры (и не только) тогда бродила мысль, что надо сбросить с себя груз «братьев-паразитов», особенно среднеазиатских и кавказских, жить своим умом, считать свои деньги, и тогда жить станет лучше, жить станет веселей. И хотя в реальности это вело к разрушению страны, такие настроения поддерживались широкими слоями населения, которые считали, что это правильно и хорошо. Это было их заблуждение, но у людей, как говорится, накипело, и вина здесь лежит не на них, а на советском партийном и государственном руководстве, которое на протяжении всей советской истории относилось к Советской России, как к нелюбимой падчерице в семье «братских» республик. И вот «падчерица», натерпевшись, влепила «мачехе» оплеуху.

Во всем остальном можно согласиться с Виктором Алкснисом, особенно выделив в разговоре с ним крик души Анатолия Лукьянова: «Неужели ты не понимаешь, что Горбачёв… это единственное наше спасение?!» Верхушка компартии и Советского государства в последние месяцы его существования думала не о профуканной ею стране и замордованном народе. Она тряслась от страха за свою судьбу и думала о спасении своих теплых мест и толстых шкур, остальное этих людей не волновало. Правда, о своих местах и шкурах думали и националисты с сепаратистами в «братских» республиках, и если бы Горбачёв, а потом ГКЧП действовали решительней, то всё сложилось бы иначе. Но решимости у них не хватило (у Горбачёва ее не было вообще), и в итоге вышло так, как вышло, и с этим уже ничего не поделаешь. В своем интервью Виктор Алкснис поведал и о том, как создавались и действовали антисоветские народные фронты в Прибалтике на рубеже 1980–1990-х годов.

ЦРУ и ЦК КПСС делали одно дело

Это был период, когда верхушка КПСС утратила даже чувство самосохранения и была неспособна адекватно реагировать на происходящее. Много рассказывают про «народные фронты» в Прибалтике, которые развязали кампании, закончившиеся выходом этих республик из Советского Союза. Но никто не вспоминает, что эти организации были созданы по указанию ЦК КПСС, а конкретно Александра Яковлева и Горбачёва, как движения в поддержку перестройки. Горбачёв постоянно говорил, что перестройка буксует, поэтому надо усилить ее народную поддержку. Выбор для проведения этого эксперимента именно прибалтийских республик объяснялся тем, что они имеют опыт государственности в 1920–1930-е годы и что там высокая культура населения.

После этого из ЦК КПСС пошли директивы руководству трех республик и местным органам КГБ о создании «народных фронтов». Доходило до абсурда: мне известны примеры, когда секретари парткомов – тогда на всех предприятиях были партийные комитеты и штатные парторги, то есть руководители этих партийных организаций, – получали указание от вышестоящих партийных органов о необходимости создания на своих предприятиях первичных организаций Народного фронта. Некоторые возражали, говоря, что мы своими руками создаем чудовище, которое нас сожрет через некоторое время. За это они получали партийные взыскания.

Еще один пример. Скажем, в Латвии все СМИ были переданы под контроль сторонников Народного фронта, даже партийные печатные органы. Тогда – это был еще 1988 год – я принимал участие в первых собраниях Народного фронта Латвии. Поначалу там люди не делились на латышей, русских, евреев, татар и так далее. Обсуждались общедемократические идеи, шла более-менее нормальная дискуссия. Бывало, что появлялись отдельные националисты и сепаратисты, но на них смотрели как на умалишенных или городских сумасшедших. Но постепенно радикальных выступлений становилось всё больше.

Начали говорить о засилье приезжих, что Латвия теряет свою «латышскость», поэтому надо прекращать строительство крупных объектов на территории республики. Тогда существовал большой проект строительства на реке Даугава Даугавпилсской ГЭС, которая должна была обеспечить электроэнергией почти всю Прибалтику. Кроме того, поскольку население Риги приближалось к миллиону жителей, по нормативам тех лет надо было строить метро. Уже готовы были начать, было выделено финансирование, но против снова выступил Народный фронт Латвии – по тем же причинам.

Представьте, какая была ситуация в тот период: враждебная организация, которая ясно демонстрировала, что выступает за развал Советского Союза, пользовалась максимальной поддержкой партийных и государственных органов власти. При этом те силы, которые она объединяла, еще до выхода из СССР получили фактический контроль над республикой. Если бы сейчас в России кто-то попробовал сделать хотя бы одну десятую того, что тогда творили в Латвии, можно представить, что с этими людьми было бы.

То же самое происходило с украинским Рухом и другими «народными» фронтами. Они создавались на местах по прямому указанию из Москвы. Руководил процессом и направлял его глава идеологического и куратор (с сентября 1988 г.) международного отделов ЦК КПСС А.Н. Яковлев. В августе 1988 года он приезжал в тогда еще Латвийскую ССР, где одобрил деятельность местных властей и неформальных организаций (Народного фронта и др.), которые занимались антисоветской деятельностью и готовили Прибалтику к выходу из СССР. Но вместо того, чтобы арестовать вожаков этих движений, Яковлев их хвалил и благославлял. То есть Яковлев и подконтрольные ему отделы ЦК КПСС вели подрывную работу по развалу страны. Такую же работу через американские посольства в Риге, Вильнюсе и Таллине вели Госдепартамент США и ЦРУ. Выходит, что ЦК КПСС и американское «глубинное государство» делали одно дело! А вот еще один важный факт.

Встреча «колумбийцев» в Москве

31 октября 1989 года, накануне саммита Михаила Горбачёва и Джорджа Буша на Мальте, где советская делегация (куда входили А.Н. Яковлев и Э.А. Шеварднадзе) сдала американцам Восточную Европу вкупе с Прибалтикой, в Москве состоялась беседа всем известного русофоба и антисоветчика Збигнева Бжезинского с Александром Яковлевым. Позднее была опубликована стенограмма этой крайне любопытной беседы. Вот ее фрагменты:

Бжезинский. Рад Вас видеть, Александр Николаевич.