Мне тебя подарили - Евгения Ник

кажется, когда закончится срок нашего с Витманом договора, то он придумает что-то новенькое и будет дальше отравлять мою жизнь. И так, до бесконечности, до последнего моего вздоха.

— Слав, идем спать, — доносится его, непривычно спокойный голос из комнаты.

Не шевелюсь.

— Сегодня останемся у тебя, уже ночь, нет смысла уезжать. Завтра с утра завезу тебя в универ и закину твои сумки в мою квартиру. Ты подумай, что твоей бабушке нужно купить из вещей. Хорошо? Слав? — подходит, касается моего плеча. — Заедем, купим абсолютно все, что потребуется. Насчет дома, обещаю: я решу этот вопрос в кратчайшие сроки, и Елена Степановна сможет вернуться к себе.

Зажмуриваюсь и закусываю губу, вспоминая, что стало с любимым домом, в котором всегда было так тепло и безопасно. Это был мой островок рая, а теперь от него остался лишь черный прах...

Витман молча ждет, не отходя от меня. Делаю глубокий вдох и на выдохе отлипаю от окна, закрываю створку, возвращаюсь в комнату. С каким-то отупением смотрю на диван. И мне бы возмутиться, да только смысл? Злат все равно не станет спать на полу, да и мне не даст, чисто из своего говнистого характера.

Ухожу в ванную комнату, чтобы переодеться и умыться. Когда возвращаюсь, застаю Витмана с телефоном в руке. Увидев меня, он быстро прощается со своим собеседником и тоже уходит умываться. Недолго думая, юркаю под одеяло и отворачиваюсь к стене.

— Слава, я завтра верну тебе телефон, — говорит Злой, вернувшись в комнату.

Снимает с себя футболку, джинсы, выключает свет, ложится рядом со мной. Чувствую его дыхание на своей коже, медленно покрываюсь бугорками-мурашками. Его рука осторожно касается моего плеча, скользит вниз, забирается под футболку и останавливается на моем животе. Чувствую, что его ладонь слегка вспотела, а дыхание стало сбивчивым.

— Злой… — начинаю ерзать, давая понять, чтобы он убрал от меня свои лапы.

— Тише, — шепчет он и целует меня в шею. Мелко дрожит.

— Мне неприятно, не надо так делать, — вжимаю голову в плечи, убираю с себя его руку.

— Врать ты не умеешь. Тебе ведь понравилось, то, что между нами было.

— Это было огромной ошибкой на эмоциях.

— Вот значит, как это теперь называется, — прыскает смехом. — Запомню. Но я в отличие от тебя, пиздеть не стану — мне понравилось.

— Витман, замолчи, если не хочешь, чтобы меня снова стошнило. Что тебе могло понравиться? Мы взаимно ненавидим друг друга, и произошедшее было на полном неадеквате с нашей стороны.

Злат обхватывает меня руками и разворачивает к себе лицом. Даже в темноте вижу, как горят его глаза.

— Выкарабкается твой Зотов. Выдыхай. Отдохнет месяцок другой на больничном и вернется к своей обычной жизни. Правда, если ты ему так нужна, придется потерпеть немного. С Еленой Степановной я уже сказал, что все решу. Кулон тебе вернул. Все. Скоро улетишь, пташка на свободу, просто продержись еще немного и больше не вытворяй глупостей. Окей, Славик? — выдает улыбку, за которой прячется, кажется, целый мир. И в этом мире вселенская тоска.

Злой встает с дивана, включает на своем телефоне фонарик, начинает одеваться. Приподнимаюсь на локте и с тяжелым камнем в груди смотрю на него. Не узнаю. С Витмана будто осыпалась вся окаменевшая лава, и сейчас передо мной просто человек.

— Куда ты?

— Домой. Утром заеду за тобой, — останавливается взглядом на моих губах, неосознанно облизывает свои и сразу же отворачивается. — Закройся за мной, — направляется в коридор, надевает кроссовки, открывает дверь и, не глядя на меня, выходит из квартиры. — Спокойной ночи, Слав.

Он ушел, и мне бы радоваться, но почему же на душе стало в миллион раз хуже?

Рыдать в голосину хочется.

Утром Витман так и не появился, из-за чего я не пошла на первую пару, прождав его дома. А позже у института меня встретил Дмитрий — его личный помощник, и сообщил, что Злата ночью забрали полицейские и сейчас он в СИЗО. Ему предъявлено обвинения по статье 111 Уголовного кодекса Российской Федерации (Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью).

— Злат Альбертович поручил мне присмотреть за вами, а так же помочь с переездом и обустройством комнаты для Елены Степановны.

— Что с ним теперь будет? — произношу дрожащим голосом и вцепляюсь в рукав куртки Дмитрия.

— К сожалению, не смогу ответить на этот вопрос.

— Какой же он дурак… — отзывается мой голос тихим эхом.

“Скоро улетишь, пташка на свободу, просто продержись еще немного и больше не вытворяй глупостей. Окей, Славик?” — всплывают в памяти слова Злата, и я впервые в жизни безумно хочу его увидеть…

Глава 40

Златослава (Слава)

Ехать в квартиру к Злату совершенно не хотелось. Казалось, неправильным это. Хозяин отсутствует, а я буду там свои порядки наводить, обустраивать что-то.

Дмитрий паркуется на углу дома, отстегивает ремень безопастности и в этот момент раздается веселенькая мелодия его телефона.

— Да, — сухо отвечает он. — Злат Альбертович в курсе? Хорошо, понял. Скоро будем.

Помощник Злата прощается с неизвестным собеседником и небрежно откидывает телефон на пассажирское сидение рядом с собой.

— Златослава Владимировна, планы немного поменялись, — смотрит на меня в зеркало заднего вида. — Я отвезу вас к Артуру Эльдаровичу Бессонову.

— Кто это? — захожусь в легкой тревоге и сжимаю пальцами кожаную обивку сидения.

— Не переживайте. Он знакомый вашего мужа. Пару дней вам лучше побыть у него.

— Почему?

Дмитрий тяжело вздыхает, наклоняет набок голову и хрустит шейными позвонками.

— Ваш свекор сейчас не в лучшем расположении духа, а к Бессоновым он не сунется.

— У меня дома рыбка осталась…

— Если оставите мне ключи от квартиры, я ее заберу и позже привезу вам.

— Хорошо, — тихо отвечаю и передаю Дмитрию ключи.

Через полчаса я стою в чужой квартире, перед совершенно незнакомым парнем, которому на вид около тридцати лет.

— Здравствуйте, меня зовут Златослава, — пищу мышкой.

— Привет, Артур. Давай без официоза, — бросает он и внимательно разглядывает меня. — Сильно не парься, Витман там надолго не задержится.

— Я и не парюсь, — отвечаю еще тише и тут же краснею за свой длинный язык.

— Хах, настолько муж не нужен? А зря, Витман, так точно к тебе неровно дышит. Я посмотрел видео с камер наблюдения в ресторане, — усмехается он и сдувает упавшую на лоб прядку волос. — Но я тебя понимаю, он еще тот говнюк.

Ничего не отвечаю, да и Артур больше не лезет с разговорами. Показывает мне комнату, в которой я буду спать, а также сообщает, что в универе пока лучше не появляться.

В этой квартире я провела три