Мне тебя подарили - Евгения Ник

на часы. Восьмой час. По правде говоря уже и ехать никуда не хочется, домой бы и вырубиться спать, но сестра тогда на истерике будет, и так весь день засыпает сообщениями.

Завожу двигатель и тут мне внезапно приходит в голову идея. Быстро достаю телефон и набираю Славе.

— Да, — раздается в трубке ее неуверенный голос.

— Славик, собирайся, поедем к моим на ужин. Буду через двадцать минут.

Сбрасываю вызов и втапливаю домой…

________________

Добрый день, дорогие

Попугаю вас еще Злым:)

Злат (визы) улабыться он тоже умеет (и как мне кажется, вполне себе милаш)

Глава 42

Златослава (Слава)

С недоумением смотрю на телефон. Ужин с семьей Злата. И зачем мне туда ехать? Подхожу к гардеробу, открываю его, смотрю на свою одежду с каким-то отчаянием. Что лучше надеть на прием во дворец к царской семейке? Тут же вспоминаю Альберта Эдуардовича и моментально вздрагиваю телом. Будет ли он там? Конечно будет, о чем я вообще думаю.

Возвращаюсь к кровати, сажусь на самый край, упираюсь локтями в колени, подставляю ладони под подбородок. На лице тоскливая гримаса. Не представляю, как смогу сидеть за одним столом с этим чудовищем. Да мне кусок в горло не полезет.

За этими невеселыми мыслями меня и застает Витман.

— Слав, почему до сих пор не собрана? — хмурится, подходит ближе, слегка касается пальцами моей щеки. — Ты плакала? Рассказывай, что у тебя случилось?

— Я не хочу ехать, видеть твоего отца после всего…

Он с шумом выдыхает, подходит к гардеробу, и сам начинает копаться в моей одежде. Через минуту кладет рядом со мной джинсы и белую свободную рубашку.

— Дома будет только сестра и мама, отец живет отдельно. Бывает появляется дома, иногда может остаться там на некоторое время, но сегодня его точно не будет. А я хочу ближе познакомить тебя с людьми, которые мне дороги.

Поднимаю глаза на Злата. Его лицо более расслабленное, чем обычно, в глазах больше нет той пустоты и холода. Теплый, ароматный, согревающий кофе, вот тот оттенок, который я вижу сейчас и это… вводит меня в ступор.

— Не понимаю, зачем тебе это?

— Просто хочу, — говорит, отводя взгляд.

— Ты очень странный, Витман. Какой-то, нормальный, что ли…

— Это так плохо?

— Непривычно.

— Славик, я больше не хочу с тобой воевать.

Злат садится рядом со мной и легонько толкает своим плечом.

— Мир?

— Не знаю, — опускаю руки, поворачиваю ладонями вверх. Кончики пальцев слегка покалывает, кожа мраморная...

— Я уже не исправлю прошлое, могу лишь попытаться быть другим в настоящем.

В груди что-то щелкает. Он таким способом сейчас извиняется? Поворачиваю голову и внимательно смотрю на него. Он смотрит на мои губы, в глаза, на губы, в глаза... Медленно тянется навстречу. Слишком близко, слишком опасно. Неосознанно прикрываю глаза, ресницы подрагивают, мне до невозможности страшно. Я боюсь своих новых ощущений, что он вызывает во мне.

— Не бойся, не обижу… — ловит слух, совершенно мягкий и невесомый шепот Злата.

Его губы касаются моих. Сначала совсем осторожно, трепетно, затем он смелеет, усиливая давление, касается языком губ, отчего я покорно приоткрываю рот, впуская его, позволяя отравить себя смертельным ядом. Он углубляет поцелуй, я не сопротивляюсь. Сама не замечаю, как мы уже лежим, и Злат стягивает с меня одежду. Его движения становятся резкими, торопливыми, будто он боится, что все может закончится в любую секунду.

И оно кончается. Конечно же, кончается...

— Нет! Не надо! — вскрикиваю, грубо отталкивая его, подскакиваю с кровати, хватаю вещи и убегаю в ванную комнату.

Спустя десять минут выхожу. Злат стоит у окна и, судя по разговору, заказывает доставку блюд из ресторана, по внешнему виду спокоен, будто ничего и не было между нами несколько минут назад. Замечает меня, кивает в сторону выхода.

— Я перегнул? — спрашивает в машине, не отрывая взгляда от дороги.

— Да. Я бы не хотела, чтобы подобное повторилось. Мы уже достаточно перешли личных границ. Мне это не нравится. Просто хочу тихо дождаться окончания нашего договора и больше никогда тебя не видеть, — выпаливаю и сразу затихаю, слушая биение своего сердца, кажется, что сама себе лгу.

Скрип кожи режет слух, веду взглядом, замечаю, как Витман, с силой сжимает оплетку руля. Искоса смотрю на его лицо: сосредоточен, напряжен до предела и зол. Таким его видеть привычнее. Воздух вокруг нас становится тягучим, пропитанным негативными эмоциями. Быстро отворачиваюсь к окну, смотрю на город, окутанный теплым светом разнообразных вывесок на фасадах магазинов, цветочных салонов, кофеен и ресторанов. Дома мелькают перед глазами, словно молчаливые свидетели, что пристально наблюдают за нами с капелькой осуждения. Не могут они понять нас, людей.

— Прости. Это было грубо, — с заминкой отвечаю.

— Я тебя понимаю, все норм. Не парься, Славик.

— Хорошо, — немного расслабляюсь.

К счастью, на пороге дома нас действительно встречают только мама и сестра Витмана, долбанутого свекра не видно.

— Златик, ну наконец-то! Фу-у-х, я за эти недели лет на десять постарела! Видишь? Видишь, какая я стала седая? Ты меня старухой делаешь! — тычет себе в голову Рада, затем обнимает и целует брата.

— Ага, скорее я облысею, — смеется он, так по-простому и добродушно.

Видно невооруженным взглядом, что с близкими людьми он совсем другой.

— Мам, привет, — Витман подходит к женщине, лицо которой, кажется таким уставшим от жизни, и вместе с тем в ее взгляде присутствует некая наивность, присущая только детям.

— Златослава, приветик! — радуется сестра Злата, крепко обнимает меня, целует в щеку. — Как ты? Я тут подумала, надо нам с тобой номерами обменяться, а то с нашим Златиком никогда не знаешь, что тебя ждет завтра. Я так переживала, места себе не находила, о тебе вспоминала и так жалела, что у меня не было твоего контакта для связи.

Какая же она болтушка, но милая. И очень красивая, присутствует в ней некое благородство. Так и хочется сказать: принцесса.

— Мам, это Златослава, моя жена, помнишь? — очень осторожно спрашивает Злат, сканируя свою мать взглядом, читая ее мимику.

— Ах, Златослава… — женщина складывает ладони вместе, смотрит на меня туманным взглядом. — Конечно, конечно, та девушка… — в глазах отчетливо видна растерянность.

Не помнит.

— Ничего страшного, — сама прихожу на помощь. — На свадьбе мы виделись с вами совсем мельком, — улыбаюсь я. — Мне очень приятно познакомиться с вами ближе, Инна Романовна.

— И мне, — улыбается она и переводит свое внимание на сына. — Чудесная девочка.

— Согласен, — кивает Витман, притягивает маму к себе, чтобы обнять ее.

— Кстати, ужин давно привезли, давайте скорее в столовую, пока все не остыло, — поторапливает