Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев

в деятельности Юлиана, наоборот, выдвигал на первый план только поражение от персов[283]. Примечательно, но сам Юлиан в своем послании к афинскому народному собранию пишет, что Галл «неудачно провел [войны] против врагов-персов» (τά τε ές τούς πολεμίους τούς Πέρσας ούκ εύτυχώς πράττειν. — Jul. Ep. ad Ath. 271a, ed. W. C. Wright). Тем не менее следует принять во внимание наблюдение П.-Л. Малосса, отметившего, что Юлиан и Галл в реальности не испытывали друг к другу каких-либо особых родственных чувств, с 347 г. между ними нарастала враждебность, вызванная религиозными разногласиями, поскольку Галл был христианином, а Юлиан — язычником[284].

Вместе с тем, даже если признать, что Галл неудачно воевал с персами, мы все же с точностью можем сказать, что Констанций отправил Галла на восток с крупными экспедиционными войсками, эти войска находились под верховным командованием Галла, и вместе с ним они прибыли в Антиохию: Констанций прекрасно понимал, что без присутствия и помощи экспедиционных войск местные пограничные гарнизоны Сирии и Месопотамии просто не смогут своими силами отстоять данные провинции от персидских набегов. Либаний, современник Галла, предельно ясно и недвусмысленно говорит, что «Галл отправляется из Италии, чтобы охранять восток» (πέμπεται Γάλλος έξ 'Ιταλίας τήν προς εω φρουρήσων. — Liban. Or. 18. 16). Те же сведения сообщает Созомен Гермий: Констанций «назначил Галла, своего двоюродного брата, Кесарем и отправил [его] в Сирию для охраны восточного региона» (Γάλλον δέ τον αύτοΰ άνεψιόν Καίσαρα καταστήσας εις Συρίαν άπέστειλεν έπί φυλακή του κατά τήν εω κλίματος. — Soz. HE. IV. 4. 4). В равной мере и Сократ Схоластик подчеркивает, что «тогда царь назначил своего двоюродного брата Галла Кесарем, дал ему свое имя и отправил в Сирию, в Антиохию, намереваясь с его помощью охранять земли востока» (Τότε δέ ό βασιλεύς Γάλλον μέν άνεψιόν έαυτοΰ Καίσαρα καταστήσας, τό τε οίκείον θείς αύτω όνομα, εις τήν Συρίας 'Αντιόχειαν επεμψε, φρουρείσθαι τά τής έφας μέρη δί αύτοΰ προνοούμενος. — Socr. HE. IL 28,1. 67–70).

Т. о., из приведенных фрагментов совершенно ясно, что главной задачей Галла была защита римских владений на Ближнем Востоке, главным образом Сирии и Месопотамии, от нападений персов, а эта задача, в свою очередь, подразумевала проведение каких-либо военных действий против персов, соответственно, для выполнения такой задачи Галлу требовались крупные экспедиционные войска. Следовательно, мы можем предположить, что в 351 г. значительные силы экспедиционной армии Констанция, находившейся тогда в Иллирике, вернулись на восток для борьбы с персами, и, судя по всему, первоначально они разместились в Антиохии[285].

В предшествующей историографии был довольно распространен тезис о том, что Констанций назначил Галла Цезарем в противовес Магненцию, который провозгласил Цезарем своего брата Децентия: по мнению П. Барсело, тем самым Констанций уже заранее стремился создать механизм наследственной передачи власти строго в рамках династической линии (по примеру Константина I Великого, наделившего титулом Цезаря своих сыновей), когда Галл, родственник Констанция, официально вошел в состав правящей династии в качестве коллеги-соправителя Констанция. Соответственно, как полагает П. Барсело, во-первых, Констанций поручил управление восточными регионами своему родственнику, а во-вторых, в таком случае сам Галл уже в дальнейшем, после смерти Констанция, теоретически мог на законном основании получить титул Августа, т. е. императора[286].

Несомненно, в назначении Галла Цезарем можно видеть и династические мотивы внутренней политики Констанция: совершенно очевидно, что императору было удобнее и выгоднее передать восточные провинции под власть своего родственника, уже принадлежавшего к правящей династии, чем под власть постороннего чиновника, который никак не был связан с династией Флавиев (т. е. с родовой линией Константина I Великого). Другой вопрос, что достаточно проблематично связывать возвышение Галла с действиями узурпатора Магненция, т. е. видеть в назначении Галла всего лишь ответную меру Констанция на мероприятия Магненция. Как предположил Б. Блекманн, первоначально Констанций планировал разместить Галла в Иллирике и передать под его управление именно этот регион; по мнению исследователя, вплоть до сентября 351 г., т. е. до битвы при Мурсе, Галл находился в Иллирике, в Сир-мии, и только после сентября 351 г., ближе к концу этого года, Констанций отправил Галла на восток сдерживать натиск персов. Как полагает Б. Блекманн, резкая смена географических приоритетов была связана с затягиванием военных действий на италийском фронте: Констанций рассчитывал захватить Италию сразу же после битвы при Мурсе, но его планы не осуществились, поскольку Констанций не смог преодолеть оборону Магненция на севере Италии (как известно, Италия перешла под власть Констанция только в сентябре 352 г.)[287].

Мы согласны с позицией исследователя: в самом деле, в ситуации военного противостояния с Магненцием, захватившим Галлию и Италию, для Констанция в первую очередь был важен контроль над землями Иллирика, поскольку, во-первых, Констанций продвигался по направлению к Италии именно через территорию Иллирика, а во-вторых, контроль над Иллириком давал Констанцию выгодное тактическое преимущество — в этом случае ему открывался путь и в Галлию, и в Италию. Судя по всему, те войска, которые Констанций передал под власть Галла для охраны земель Иллирика, впоследствии, после битвы при Мурсе, как раз и отправились вместе с Галлом на восток, в Сирию. Агиографический источник — «Мученичество Артемия», написанный, предположительно, в период от правления Юстиниана I (527–565) до времен знаменитого богослова Иоанна Дамаскина (около 675–753)[288], — содержит несколько фрагментов «Церковной истории» Филосторгия, позволяющих уточнить вопрос о военных силах Галла и их территориальных перемещениях.

Согласно тексту жития (он посвящен деяниям дукса Египта Артемия, казненного в Антиохии при императоре Юлиане за приверженность к христианской вере), Констанций назначил Галла Цезарем «в Сирмии» (έν τω Σιρμίφ), т. e. на территории Иллирика, а затем, когда «Галл, отправленный в то время Констанцием на Восток, приступил к делам, Персы, узнав об этом, тотчас же испугались: они поняли, что он молодой и пылкий в делах, и уже не совершали нападений на Римлян» (Ό δέ Г άλλος ώς τότε παρά του Κωνσταντίου πεμφθείς έπί τής Έφας εϊχετο των πραγμάτων ον αύτίκα μαθόντες οί Πέρσαι κατωρρώδησαν νέον τε αύτόν καί θερμουργόν εις τά έργα πυθόμενοι, καί ούκέτι έποιήσαντο τήν έπί τούς 'Ρωμαίους έξέλασιν. — Artemii Passio, 12)[289]. Зосим отмечает, что после убийства Галла (354 г.) «Персы не прекращали беспокоить восток [набегами], [тогда как] ранее они сохраняли спокойствие из страха перед тем, чтобы Кесарь Галл не напал на них» (Πέρσας δέ τού τήν έφαν παρενοχλείν ούκ άφισταμένους, εί καί πρότερον ήσύχαζον δέει τού μή τον Καίσαρα Γάλλον αύτοίς έπελθείν — Zos. III. 1. 1).

Соответственно, на наш взгляд, те экспедиционные войска, которые Галл получил под свое командование в Сирмии, т. е. на