Заклейменная вдова. Ключница генерала-дракона - Лилия Тимолаева

потолком оставили пустое кольцо. Два малых светильника подвесили ниже и ближе к стенам. Каждую цепь проверили грузом, вдвое превышавшим вес свечей и металла. Феликс лично стоял рядом с мастерами, записывая результаты.

— Капитан превратился в хозяйственного писаря, — заметила Одилия, появившись у двери.

— Он всегда умел записывать, — ответила Беатрис.

Одилия вошла в зал в сопровождении секретаря. После задержания помощника рядом с ней постоянно находились люди Гектора. Она не пыталась оспаривать караул при каждом шаге, но фиксировала в своём журнале все ограничения.

— Где будет сидеть его величество?

Беатрис указала на центральное место главного стола.

— Спиной к северной стене. Слева — старший королевский судья, справа — командующий крепостью. Вы займёте место рядом с судьёй.

— Глава комиссии должна находиться ближе к королю, чем военный командующий.

— Генерал отвечает за безопасность его величества.

— А вы где намерены сидеть?

— За вторым столом, откуда видны служебные двери.

Одилия посмотрела на схему.

— Подобающее место для ключницы.

Гектор вошёл в зал, услышав последние слова.

— Госпожа Фелтон сядет рядом со мной.

Беатрис повернулась.

— Генерал Штайн, мне нужно видеть работников.

— От моего места видны обе боковые двери.

— Одна колонна закрывает проход к кухне.

— Караул у колонны будет передавать вам сведения.

Одилия закрыла журнал.

— Вы намерены посадить осуждённую за главный стол во время королевского приёма?

— Официальную хранительницу крепости, подготовившую Ротвальд к приезду короля после саботажа ваших людей.

— Вина моего помощника не установлена.

— Он задержан с формами поддельных печатей.

— Формы могли находиться в кладовой до его прихода.

— Поэтому вы сможете повторить этот довод на слушании.

Одилия посмотрела на Беатрис.

— Некоторые женщины удивительно быстро меняют место у стола, когда рядом оказывается влиятельный мужчина.

Беатрис уже открыла рот, но Гектор ответил раньше:

— Место госпожи Фелтон определили её работа и ответственность. Любая попытка объяснить это иначе будет расценена как оскорбление должностного лица Ротвальда.

Одилия побледнела.

— Вы угрожаете главе королевской комиссии?

— Предупреждаю гостью о правилах дома.

Она вышла из зала, не попрощавшись.

Беатрис посмотрела на схему рассадки.

— Вы не обязаны были объявлять моё место при ней.

— Именно при ней и был обязан.

— Почему?

— Потому что вчера она добилась вашей изоляции. Сегодня весь Ротвальд должен увидеть, что вы вернулись к обязанностям с полными полномочиями.

— Для этого достаточно ключей.

— Не для людей. Люди понимают, кто рядом с командующим, кто у двери и кто за вторым столом.

Беатрис знала, что он прав. В доме Корвина место за столом часто говорило больше, чем официальное обращение. Муж мог назвать её хозяйкой перед слугами, а затем посадить в дальнем конце, показывая гостям истинное положение жены.

— Я сяду рядом с вами на рабочем ужине, — решила она. — Во время королевского приёма место должно утвердить его величество.

— Согласен.

В полдень в восстановленном зале подали простой обед для офицеров, старших работников и членов комиссии. Людей было меньше, чем на торжественном ужине, однако все заметили, куда Гектор поставил кресло Беатрис.

Она села справа от него.

Феликс занял место напротив. Грета и Освальд находились за ближайшим столом вместе со старшими мастерами. Одилия села слева от генерала, хотя её имя значилось дальше. Никто не стал просить её пересесть.

Обед проходил как рабочее совещание.

Беатрис докладывала о готовности комнат, запасах дров и размещении королевской свиты. Феликс сообщал о караулах. Грета перечисляла блюда, которые можно приготовить после пожара на кухне.

— Королевские повара привезут часть продуктов, — сказала Одилия.

— Их фургоны всё равно пройдут полный досмотр, — ответила Беатрис. — До проверки ящиков нельзя рассчитывать на привезённые запасы.

— Вы собираетесь разбирать королевскую кухню у ворот?

— Если потребуется.

Гектор взял план размещения и подписал его, не задав ни одного дополнительного вопроса.

Один из старших офицеров нахмурился.

— Господин генерал, западные комнаты прежде занимала комиссия. Теперь госпожа Фелтон переводит часть секретарей на третий этаж.

— Перевожу их ближе к общему архиву, — объяснила Беатрис. — Королевским судьям требуются комнаты на втором.

— Секретари госпожи Крофт будут возражать.

— Тогда могут перенести собственные сундуки.

Офицер посмотрел на Гектора.

— Приказ хранительницы исполняется, — сказал тот. — Без отдельного подтверждения через меня.

Несколько человек за столом подняли головы.

Гектор продолжил:

— Это касается всех хозяйственных распоряжений, размещения гостей, доступа к складам и подготовки залов. Военные вопросы госпожа Фелтон согласует со мной напрямую. Посредники больше не требуются.

Беатрис ощутила, как разговоры за соседним столом стихли.

Передача ключей происходила в небольшой комнате при нескольких свидетелях. Теперь Гектор объявил её полномочия перед офицерами, работниками и комиссией. Он поставил собственную репутацию рядом с её именем.

После обеда никто не спросил, имеет ли Беатрис право переселить секретарей, закрыть западную кладовую или изменить путь королевской свиты.

Работа пошла быстрее.

В течение второго дня завершили главный этаж. Гостевые комнаты получили новые занавеси, чистое полотно и достаточный запас дров. Повреждённую кухню открыли после проверки дымоходов. Большой очаг снова заработал, хотя часть перегородки осталась разобранной.

Оранжерею восстановили настолько, что тёплый воздух перестал уходить через разбитые рамы. Молодые ростки прикрыли лёгкими тканевыми экранами. Плодовые деревья пережили холод, и Грета нашла несколько поздних яблок, которые сохранили для королевского стола.

Беатрис переходила из крыла в крыло, проверяла списки и открывала двери. Военные ключи постепенно перестали казаться чужими. Она уже знала, какой отвечает за северную башню, какой открывает склад с цепями, а какой относится к малой калитке у реки.

Гектор появлялся рядом несколько раз, но больше не требовал отчёта о каждом решении. Он приносил сведения, спрашивал мнение и исполнял свою часть работы.

Во второй половине дня они вместе осматривали комнаты королевской охраны.

— Здесь разместятся двенадцать человек, — сказала Беатрис. — Остальные займут внешние казармы.

— Охрана потребует находиться ближе к королю.

— Тогда придётся освободить комнаты комиссии.

— Одилия откажется.

— Вы умеете отдавать приказы.

— Я надеялся, что вы найдёте хозяйственное решение.

— Нашла. Выселить комиссию.

Гектор рассмеялся.

Звук оказался неожиданным. Беатрис уже слышала его короткую усмешку, видела, как дрожал уголок рта, но никогда не слышала открытого смеха. На несколько мгновений он перестал быть генералом, который отвечал за триста человек и носил в себе смерть брата.

Она улыбнулась в ответ.

Гектор посмотрел на неё, и веселье ушло не сразу.

—