Улей. Испытание жрицы - Юлия Борисовна Жукова

— А Харальд знает?

— Ну конечно, нет! — взвилась она. — С какой стати я буду на него вываливать свои проблемы? Я ему никто!

По моим впечатлениям он бы как раз был не прочь, чтобы она ему оказала такое доверие.

— Мне показалось, ты ему нравишься.

— Тебе показалось, — буркнула она. — А даже если и не показалось, что толку? Проклятье я словила. Вон, — она кивнула на лежащую под кустом медвежью голову, — тоже магией плевалась одна тварь, вот и я, как ты, подставилась. Только там плевки были покруче. Теперь вот, — она достала из поясной сумки пузырёк, вытянула пробку и приложилась к горлышку. Поморщилась. — Живу на этой дряни по сильфру за дозу три раза в день. А иначе кровь превращается в кристаллы.

Она задрала рукав куртки и рубахи и показала мне ассортимент синяков разной степени свежести.

— На лице-то я свожу, чтобы людей не пугать, а на остальное жалко крема. Это когда кристалл формируется, он сосуды изнутри режет. Микстура помогает их расщеплять, но не всегда прямо сразу. Так что лотерея. Ну и больно бывает. И с каждым месяцем микстуры надо всё больше, иначе охотиться не смогу. Скоро вообще одной ей буду питаться. Так что, сама понимаешь, какие уж тут мужики, — она злыми рваными движениями раскатала рукава обратно. — Я сначала подумала, ты какая-то вертихвостка одноразовая, а теперь вижу, нормальная баба. Если бы ты за Харальдом присмотрела, я бы хоть успокоилась, а то он всё один уже который год, а мужику одному нельзя долго.

Я могла предположить, почему он один — может быть, потому что некая охотница отказывается отвечать ему взаимностью. Но после всего, что Хельга мне рассказала, говорить это было бы жестоко. Однако с кристаллами в крови я, наверное, могу что-то сделать?

Руки наконец перестало щипать и сводить, так что я вызвала меню Диагностика и навела его на Хельгу.

Она вдруг посмотрела на меня совершенно другим взглядом.

— Слушай, а ведь ты проясняла головешек. Ты их правда проясняла, это не байки?

— Правда, — кивнула я. Диагностика вроде не ругалась, определила Хельгу как вид человек разумный и предложила несколько вариантов анализа. Часть меня восприняла это вот про разумного человека как привычное и очевидное, а часть крякнула, мол, а что, люди делятся на разумных и неразумных, и неразумных мы не диагностируем?

Хельга замялась и принялась жевать губу, топчась на месте. Диагностика заругалась на нестабильность объекта и на плохую видимость сквозь чешую.

— А ты не могла бы… ну… Если твоя способность позволяет…

— Я уже пробую, только куртку сними и шататься перестань.

Хельга поспешно скинула куртку и замерла, как пойманный в кладовке воришка. Диагностика наконец успокоилась и принялась шуршать. Вскоре внизу побежали строки с обнаруженными проблемами. Суть их я понимала плохо — какие-то термины, отклонения от нормы на столько-то, формулы, сокращения… Наконец, спустя невесть сколько времени, внизу появился список выявленных проблем, каждая с кнопкой «Исправить». Я машинально поискала глазами кнопку «Сделать резервную копию» — и да, такая тоже была! Только что такое резервная копия и откуда я о ней знаю?.. Ладно.

— Так, — сказала я, садясь поудобнее. — В принципе вроде бы я могу что-то починить, но…

Слева захлопали крылья, и я едва успела увидеть серо-бурую тварь, летящую прямо к Хельге. Та зашарила руками у пояса, но его она сняла вместе с курткой. Мои ноги сами собой распрямились, я прыгнула и схватила птицу руками на лету. Она заорала дурниной, дёрнулась, но мои пальцы впились ей в горло и вырвали кристалл. Только после этого мы приземлились, и я даже устояла на ногах.

— Ого, — выдохнула я. — Вот это у меня мышцы ускорились, круто!

Только мозги за ними явно не поспевали. Но это я сейчас точно не стану исправлять!

— Знаешь, — сказала Хельга, натягивая куртку чуть дрожащими руками, — давай лечением дома займёмся, а?

— Давай, — кивнула я, чувствуя себя полной идиоткой. Впрочем, Хельга-то была не лучше. Но у неё лечение — вопрос жизни и смерти, а я что? Я ведь не переживала за неё, даже не особенно сочувствовала, даже не представляла, каково это — сочувствовать кому-то. Как будто мне этот функционал не додали.

Так… Функционал, говорите? То есть ощущения переживаний у меня не было, но при этом я повела себя так, как мог человек, взбудораженный чужой бедой. Как если бы мне кто-то это поведение прописал, минуя этап эмоций… А с эмоциями у меня и в прочих местах глуховато. Страха не чувствую — за себя. А за Нокка вот испугалась…

И Улей магию не видит.

— Хельга, — медленно произнесла я, собирая с дохлого мха свои вещи, — а что ещё есть в мире, кроме магии? Может, какие-то другие силы?

Она странно на меня посмотрела.

— Сальфьялла.

Сальфьялла… Но разве она не из магии? Кристаллы же с магией связаны, раз Улей не видит их силы. И твари магией плюются. Но вот сама Сальфьялла, обесцвеченная зона — это магия? Или что-то, что её порождает? Почва, на которой растут магические цветы?

В любом случае, похоже, если я хочу понять, что я такое, то до сердца Сальфьяллы добраться придётся. А потому надо становиться сильнее — и запасти побольше жирка, ведь вечером мне надо прояснять замутнённых, а завтра зарабатывать деньги наложением чешуи.

Глава 19

Прояснение и разъяснение

За остаток дня мы с Хельгой нашли ещё одного Стихийника и одного Клыкача. Негусто, прямо скажем. Вот бы их как-то подманивать, что ли… Но наверняка этой проблемой озадачивались и до меня, а Улей на большие расстояния не действовал. Он и присутствие твари-то мог определить только когда она уже готова на меня прыгнуть.

На охоте особо подкормиться не получалось — дичи мало, на то, чтобы её забить, тратится запас, а работать одним только Поглощением я не хотела. Во-первых, моя цель — развивать разные способности, а во-вторых, от Поглощения ткани усыхали и теряли товарный вид. Поэтому когда с нас с Хельгой слезла чешуя и мы вышли из Среднего пояса, я попросила не спешить, чтобы я по пути успела накачаться мырквой.

Хельга смотрела на то, как меня