Исповедь дьявола - Софи Баунт

Он приближается и сжимает пальцы моей второй руки.

– Ты нарушаешь договор о запрете телесного контакта, – бурчу я, чувствуя дыхание Лео в районе своего носа.

Он фыркает.

– Я его не подписывал.

– Ладно, тогда это односторонний документ. – Я делаю шаг назад. – Как приказ директора компании. Твоя подпись не требуется.

– Так ты теперь начальник в наших отношениях? – С игривой ухмылкой Лео вскидывает бровь. – Тогда я устраиваю забастовку.

Сузив глаза, делаю еще один шаг назад и угрожаю:

– Я тебя уволю.

– Значит, мне нечего терять.

За талию он притягивает меня к себе, после чего резко поворачивается и придавливает к стене.

– Сделаешь мне подарок на Новый год? – горячо шепчет на ухо.

Я едва не вою.

Слово «подарок» заставляет мою кожу покрыться холодным потом.

Отец…

Черт, я не знаю, как об этом молчать. Да, он пробыл в подвале Гительсонов много лет, совершенно спятил и больше похож на животное, чем на человека, так что еще сутки хуже ему не сделают, – куда хуже? – однако я не могу абстрагироваться.

Лео не виноват…

Это все его дядя.

Я обещала, что не испорчу Лео единственный праздник подобным ужасом. Тем более… я не знаю, как после такого мы можем быть вместе, и, похоже, это наш первый и последний Новый год друг с другом.

Завтра наши пути разойдутся.

Взяв себя в руки, нервно отшучиваюсь, хотя на самом деле хочется рыдать.

– Я уже купила футболку с шакалами, еще не успела тебя осчастливить.

– Отличный подарок, – низким голосом выдыхает Лео в районе моего виска. – Но я хочу еще один.

– Какой ты избалован… ой!

Лео прикусывает мое ухо и упирается руками в стену, не выпуская меня из своего капкана.

– И чего ты хочешь? – хмурюсь я.

– Узнаешь, – таинственно произносит он. – Чуть позже.

Я упираюсь ладонью ему в грудь, пальцы касаются прохладной ткани черной рубашки и прощупывают крепкие мышцы.

– Ты совершенно не умеешь дружить.

– Я создан для любви, – шепчет Лео мне на ухо, хрипло посмеиваясь. – А ты живешь ради любви. Помнишь? Твои слова.

– Я была под действием дряни, подсыпанной Фурсой. Не обольщайся.

– Ну, ну…

Я сильнее вжимаюсь в стену, когда Лео склоняется чуть ближе, скользя пламенным дыханием по моей щеке. Черт. Раз уж я не могу рассказать об отце, нужно отвлечься, вспомнив первоначальную цель визита.

Виктор.

Нахмурившись, я говорю:

– Мне нужна твоя помощь, Лео.

Он не сразу осознает серьезность моего заявления и продолжает издеваться:

– А что мне за это будет?

– Ты даже не спросил, какая помощь, – злюсь я.

– Мне все равно, – отрезает он.

Я закатываю глаза.

– Ева, – тяжело вздыхаю. – Мне нужно ее разговорить.

– Тут я не помощник.

– Это же твоя сестра! – возмущаюсь я. – Придумай что-нибудь.

– Чего ты хочешь от нее добиться? Думаешь, она убила Виктора? Он ей нравится. Слишком… нравится. Не стала бы она его убивать.

– Ты потребовал, чтобы Виктор рассказал Еве правду о прошлом, о том, что он натворил в школе. Так, может, он рассказал? И вот что вышло! Если с Виктором что-то случилось, я тебе не прощу, Лео, ясно?

– Эй, – он оскорбленно мрачнеет и отстраняется на полметра, – мою сестру изнасиловали, а Виктор повел себя как последняя тварь. Не того человека ты защищаешь.

– А сколько человек убил ты? А сама Ева?

Я тычу пальцем ему в грудь.

– А из-за кого все началось? – парирует он.

Меня окончательно накрывает:

– Да, давай винить Виктора во всех грехах твоей семьи!

Лео берет меня за плечи и проникновенно выговаривает:

– Я лишь хочу, чтобы ты успокоилась.

– Как я могу быть спокойна, когда мой близкий друг, возможно, мертв?!

– Ключевое слово: возможно. Я так не считаю. Ева бы…

Он осекается, когда мы оба слышим треск фарфора у лестницы на второй этаж.

– Упс, – говорит Ева, наигранно осматривая осколки, – а я думала, что вы уже и потрахаетесь при мне. К тебе можно приставить двадцать пять шпионов, братец. Ты ни одного не заметишь.

Разворачиваясь в сторону сестры, Лео устало отвечает:

– Последний снайпер, который пытался меня убить, промахнулся шесть раз, пока я сам его не нашел. Как не потерять хватку, когда охотиться за тобой нанимают идиотов? И не обязательно бить статуэтки драконов, чтобы дать о себе знать. Люди придумали открывать рот и издавать звуки.

– Меня бесят драконы. Ненавижу их. Что хорошего в ящерице с крыльями? Кто вообще до такого додумался, а? Гадость. Хрень какая-то, ну?

Ее слова, скачущие интонации, позы… в каждой мелочи читается что-то нездоровое и чудаковатое.

Она эмоционально размахивает руками, и в следующую секунду я округляю глаза, видя то, что падает из-за стены мраморной лестницы и шлепается прямо за спиной Евы.

– Ой, – тихо восклицает она. – Suimasen…

У ее ног лежит человек. По всей видимости, мертвый человек? Учитывая, что он не шевелится.

Меня бросает в холод.

– Ева, – рычит Лео, закрывая мне обзор своим телом.

Но я выглядываю со всех сторон, чтобы убедиться в реальности происходящего.

– Я не виновата, что он грохнулся, он сидел вполне устойчиво!

– Это кто? – ужасаюсь я.

– Японец, – пожимает плечами Ева.

– Киллер, – вмиг добавляет Лео и сдается, позволяя мне вдоволь рассмотреть добычу его сестры. – Враги семьи наняли двоих киллеров, чтобы избавиться от Стеллы. Двоих же?

Ева с улыбкой кивает. Много раз. Будто сломалась.

– Все пойманы. От еврея уже избавились, осталось узкоглазого завернуть. – Она опускается на корточки перед трупом и по-детски лопочет: – Сейчас мы его уютненько скрутим и отправим в кислотную ванну. Да? Кто у нас будет купаться, кто грязный плохой мальчик? Хотел зарезать Стеллу…

– Ева, убери его отсюда, – требует Лео.

На его лице отражается столько эмоций, сколько я не видела за последние полгода.

– Уберу, но сначала, – она угрожает нам пальцем, – я кое-что скажу. Слушайте сюда. Внимательно, да? Я. Не. Убивала. Виктора.

Я выскакиваю из-за Лео и едва не вцепляюсь в волосы Евы, но труп заставляет меня остановиться в двух метрах от этой сумасшедшей. Мне дурно.

– Не верю ни единому слову. У тебя даже сейчас – буквально! – труп под ногами!

– Но не Виктора же, – удивляется Ева как ни в чем не бывало.

– Где он? – кричу я. – Ты последняя, кто его видел!

Ева фыркает.

– И что? Мы провели ночь в лесу, а утром он сбежал. Вот и всё. Больше я его не видела. Он не отвечает на сообщения и звонки. Я… – Ева кусает губы, а потом беспечно заявляет, будто потеряла носок в шкафу, а не