Мой верный - Эмилия Грин

Артем поднял голову, и наши взгляды встретились.

Его был тяжелым, полным невысказанной боли и тоски. Пропасть. Нас теперь разделяла непреодолимая бездна.

Я обратила внимание на осколки в его руках, издав истеричный смешок.

— Если захочешь поговорить, я в соседней спальне, — глухим голосом проговорил Артем и, не глядя на меня, вышел.

Но я недолго оставалась одна.

Мое сердце сжалось, как у человека на грани инфаркта, когда я увидела Пашу.

Я закусила губу при виде лукавой мальчишеской улыбки Левицкого. Серьезные серые глаза светились пониманием и теплотой.

И я разревелась, охваченная бурей самых противоречивых эмоций.

— Ну что, Сахарок, пришло время учиться жить заново?

POV Кирилл Воронов

На календаре была середина декабря, и пространство вокруг нашего бизнес-центра напоминало волшебный лес — кругом заснеженные елки. Только новогоднего настроения у меня ни черта не было. Еще и с женой с утра умудрились поругаться.

Я настаивал отменить некоторые ее встречи, да и в целом, пока ситуация с Полянским не разрешится, без надобности не выезжать из дома. Даже с телохранителем. А моя Алина, видите ли, нарасхват — каждый день у нее расписан, в шоуруме перед праздниками толпы женщин, жаждущих купить наряды из новой коллекции, а еще постоянные предложения о съемках и интервью.

Извини, родная, но придется охладить твой пыл.

Потому что здоровье и безопасность моей жены для меня важнее всего.

Откровенно говоря, я очень напрягся после известий от Артема. Не представляю даже, что бы со мной было, окажись Алина на Сашином месте. Тут здоровый мужик с крепкой психикой бы не вывез, а она, хрупкая девчонка, попала в такую заварушку. И после всего этого узнать о потере ребенка… Полный мрак.

Да, об этом брат тоже мне рассказал, что удивительно, ведь мы никогда особо не откровенничали.

Но если он поделился…

«Давай не будем ссориться?» — отправил Алине сообщение я и спустя несколько секунд получил сухой ответ:

«Воронов, дома поговорим».

Воронов!

«Поговорим. Всенепременно».

Кашлянув, я перевел взгляд на сосредоточенное лицо брата.

Мы только закончили обсуждение рабочих вопросов.

Несмотря на отзыв нашей компании в самый разгар торгов, никто из постоянных партнеров не отказался от сотрудничества, и акции «Апостол-групп» практически не упали в цене. Кроме того, у компании, выигравшей тендер, внезапно начались проблемы с документами — это означало, что для нас еще не все потеряно.

Однако брат решил сменить тактику и на некоторое время затаиться, не проявлять больше интереса к покупке того участка.

— Что с крысой? — снова заводясь, спросил я.

Мы не сразу вычислили «предателя» — человеком, сотрудничающим с Полянским, оказался один из наших проверенных людей, зарекомендовавший себя еще во время работы с отцом. Его завербовали, подсадив на какую-то дрянь. А зависимые люди за дозу мать родную готовы продать… Это был нож в спину.

Однако Артем с Толей решили пока не спешить с казнью, установив за предателем слежку. Самым сложным было делать вид, что мы ни черта не понимаем. Но это было необходимо, чтобы выяснить масштаб утечки информации и в итоге сыграть на опережение.

Перефразирую известное изречение: если притвориться трупом и поплыть по реке, можно узнать много нового о своих врагах.

— Все под контролем, — брат поднес сигарету ко рту и крепко затянулся. — Но Полянский не дурак, поэтому мы организовали небольшой спектакль по его душу. Пусть дедушка немного расслабится… — снова затянувшись, Артем бросил окурок в пепельницу.

— Как Саша? — негромко спросил я.

— Есть прогресс. Передай Алине спасибо, это была ее идея с танцами, — брат подцепил из сахарницы кусочек рафинада и положил его в рот.

— Ну хоть какая-то помощь, — вздохнул я. — Алина переживает, что Саша не хочет ее видеть. Она ведь не понаслышке знает, каково это — находиться в затяжной депрессии…

Я потер подбородок, с тяжелым сердцем вспоминая о том времени, когда мы с Лебедевой были не вместе. Столько лет потеряли. Дураки.

— Я тоже надеялся, что она обрадуется ее визиту, — отчужденно произнес Артем. — Увы. Я слышал, как Саша говорила Елене, что подруга не поймет ее чувств, потому что у нее есть ребенок, — отводя взгляд, добавил он.

— Так что там с этими танцами? — я попытался заполнить повисшую паузу.

— Они уже посетили два занятия, — нехотя отозвался Темыч, покручивая пачку сигарет в руках.

— Они?

— Да. Саша танцует в паре с Левицким.

Чего?

— Не понял.

— Кирилл, я вроде внятно изъясняюсь, — огрызнулся брат.

— Но… Она с ним? Какого хрена?

Я никак не мог этого понять, особенно учитывая явный интерес Паши к Александре. Я бы такого точно не допустил.

— Наверное, потому что спустя три недели затворничества Саша впервые согласилась не только покинуть свою комнату, но и выйти из дома. Да и… — Артем сглотнул. — Я не ожидал, что это будут парные танцы.

— Так поговори с ним!

— Мы уже пообщались, — уголки губ старшего брата слегка дрогнули. — Я ему доверяю.

Интересно, и давно Темыч стал таким доверчивым?

— Вы с Сашей… ну…

Черт.

Почему же так трудно было сформулировать свои мысли, когда вопрос касался личной жизни Артема? Реально ведь, такой разговор проходил между нами впервые.

— Ты хотел полюбопытствовать, есть ли у нас секс? — он мрачно усмехнулся, устремив на меня усталый взгляд. — Нам бы хоть поговорить для начала, Кирюх… Она не идет на контакт. На половой тем более.

— Но вы ведь почти месяц живете вместе, — обдумывая его слова, продолжал допытываться я.

— Как соседи. Обитаем в разных комнатах, — Артем снова потянулся к сигаретам. — Единственное, что она мне озвучила за все это время, что собирается съехать, как только немного придет в себя. Но пока мы не решим вопрос с Полянским, я не могу ее отпустить. Ты сам это понимаешь, — просипел он, сделав пару судорожных затяжек, после чего затушил сигарету о край пепельницы.

— И ты не пробовал… ну… Прийти к ней ночью, залезть в кровать… — не зная, что еще сказать, я покачал головой.

— Кирилл, я в курсе про твою страсть пробираться к Алине в спальню ночами, однако у нас с Сашей не тот случай. Но, отвечая на твой вопрос… — он опустил голову, надавив пальцами на глаза. — Я пробовал. И все стало только хуже. Она назвала меня, цитирую: «Животным, до сих пор воспринимающим ее исключительно как свою подстилку». И разрыдалась.

— Да уж. Ситуация… — протянул я. — Но танцы с Пашей…

Мне вспомнился полный страсти танец Александры в объятиях