Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох

— Я сказал, только ответы. Ничего лишнего.

— Хорошо, хорошо, только не бейте.

Помощник снова ударил, снова писк и рыдания.

— Только ответы, — повторил Змей. Тут крышка сундука отворилась и меня вытряхнули на землю, как кусок дерьма. Я с трудом разогнул ноги. Взгляду моему открылось, что действо проходит на большой сцене, как Змей всегда любил. В огромном амбаре с бочками, и посреди сидели связанные морхеевы родичи и Вилей, с мешками на головах. А сам Морхей сидел перед Змеем на коленях. А возле меня два котла с горящим в них огнём.

Ательд взял Морхея за плечи, отвернул от родных ко мне. Вот и свиделись. Обстоятельства, правда, снова не ах.

— Поднимите, — тихо приказал Змей. Из темноты выступил еще один мальчик, а второй вышел из-за спины. Вдвоем подняли меня за плечи, прислонили спиной к стене. Голова моя моталась из стороны в сторону, так ослабил меня и яд и перенесённое.

— Воды, — сказал Змей. Один из мальчиков зачерпнул небольшим ковшиком из стоящей в углу бочки тухлой воды, вылил мне на голову.

— Просыпайся, Воронок, у меня для тебя подарок, — сладко проговорил Змей, подходя ко мне. Присел рядом на корточках. Заглянул в лицо. — Просыпайся. Пришло время.

Я поднял голову, посмотрел в глаза сидящему передо мной мучителю.

— Твое? — Спросил, вышло тихо и хрипло.

— Мое, — согласился Змей. — Потому как твое закончились. — Поднялся. — Четыре года тому назад. — Сказал с нажимом. — И ты это знаешь лучше меня.

После вздохнул и ткнул пальцем в Морхея.

— Знаешь его?

Я с усилием повернул голову, посмотрел, сколь мог изобразил равнодушие. Что сказать? И как отвести от них беду, которую я сам своей неосторожностью навлёк?

— Не помню. Должен?

— Должен, — тихо ответил Змей, переходя к Морхею. Теперь жест повторился, а вопрос был задан ему. Мальчик отошел за спину к Равесу. Там снова раздался писк. Морхей закрыл глаза. Не солжёт. Не сможет. Хотя, кто знает, спасла бы эта ложь нас обоих иль нет.

— Знаю, — ответил тихо.

— Откуда?

— Выкупил на ташерском рынке. За коня, — пробормотал Морхей, опуская голову. — Четыре года назад.

— Служил тебе? — Чеканил вопросы Змей, сверля меня взглядом.

— Ну, служил…

Змей медленно подошел обратно к мне.

— Служил, — медленно сказал он, перекатывая во рту слово. — Мне лгать нельзя, Воронок. Он это уяснил быстро, а ты? — я уж потерял осторожность, задрав голову, посмотрел на возвышающегося надо мною бывшего моего товарища.

— Ну, мне-то можно, — сказал с улыбкой, клоня голову на бок. Змей вздохнул.

— Последнее звено сегодня встало на место. Теперь я могу отправить отчет о своих действиях в Меиех-Адевь. Мне пришлось потратить три года, — опустился снова на корточки передо мною, ухватил его за волосы на затылке, с силой начал бить голову о стену на каждом слове.

*****

— Для чего? — удивился гость. Потемневшие глаза снова выдавали волнение. — Ведь вы оба уж в его власти? Зачем мучительство?

— Такова его натура, — хозяин безразлично пожал плечами. — Не мог он удержаться от выказывания власти над пленниками, и коль бы всё же отправился я в империю, было б мне в разы хуже, поверь.

*****

— Три долгих года, чтобы найти тебя, — он оставил меня в покое, вздохнул глубоко, успокаиваясь. Я с трудом поднял голову снова. Нельзя было дать ему повода чувствовать себя победителем. Уж я то знал, чем это оборачивается.

— Я лично допросил каждого в твоей цепи. Можешь быть доволен. Отчасти я отомстил за тебя. Твой тюремщик долго не желал признаваться в своем преступлении. Знаешь, за торговлю заключенными он должен был занять их место. Я сделал ему одолжение. Убил его быстро.

— Быстро ли? — усмехнулся я. Тянул время. Звал демона, но тот не желал показаться, а лишь наблюдал со стороны и пил моих страданий ровно так же как и чужую кровь.

Змей встал, прошелся к Морхею и обратно.

— Ну откуда ему было знать, что брошенный в яму узник понадобится снова, правда? Про приговоренных к забвению вспоминают только, когда попадается случай. А случаи те бывают редко, правда, Воронок? Тебе ли не знать. Большинство так и сгнивают там. В собственных нечистотах, глодая пальцы от голода. Он проявил милосердие…. По-своему. Перекупщиков я тоже нашел. Они едва тебя вспомнили. Но после некоторых уговоров все-таки рассказали про всех, кого выкупили у Арах-Экель. Даже подумал, что пошел по ложному следу. Но, вы там все такие, ты же видел лучше меня. Грязные, голодные, отощавшие и истерзанные. Все на одно лицо.

Змей улыбнулся, снова прошел к Морхею. Мальчики застыли, словно изваяния рядом с остальными пленниками. Купец оглянулся. Семья сидела молча, застыв, словно мыши перед удавом.

— Купца-работорговца я тоже нашел. Того, который польстился на малую цену. Там-то я сразу тебя раскусил. Купец ругался, ох, ругался на тебя. Потерял из-за тебя людей, а потом ещё и с жизнью расстался. Печальная участь. Потом я след потерял. В проклятой Ардени. Вырази благодарность этим людям. И случаю. — Змей с улыбкой посмотрел на Морхея. — Я скажу. Без них я бы не нашел тебя. Коль не случайная фраза в разговоре. Конец моей ссылке. Я возвращаюсь с победой.

Змей сжал губы в линию, прошел ко мне

— Долго искал. Три года! Не мог вернуться из-за тебя! — Снова присел в быстром порыве рядом со мною. — Твоя ошибка — это наша ошибка. Ну, почему ты не сдох? Почему?

Я опёр голову на стену.

— Прости, Змей, я старался. Правда, — и рассмеялся тихо. Змей со злобой сжал кулак, но не ударил.

— Мастер хочет тебя видеть. Поэтому ты отправишься в Меиех-Адевь. Вместе с моим докладом. Там тебе вынесут приговор, как и подобает. Умрешь достойно, — и гадко улыбнулся. — Если сумеешь. За твою слабость это более, чем милосердно.

— Слабости не было, — прохрипел я, втянув воздух сквозь разбитые губы. Они могли обвинять меня в чём угодно, но слабости я не явил. Магики лезут в голову хлеще червей в землю и вскрывают воспоминания, как молот хрупкое яйцо. Защита, что нам ставили, не сработала. Разве была моя в том вина?

—