Между Явью и Навью - Евгения Владимировна Потапова

— Хочешь сказать, что она деревню таким образом защищала? Хоть о покойных плохо не говорят, но она в праведных делах замечена не была.

— Это ты зря так про нее говоришь. Я ее записи читал. Она по каждому человеку записи делала. Бабушка многих от пьянства избавила, да порчи страшные снимала, да привороты.

— Угу, только многие вещи она сама и делала, — покачала головой Люба.

— Но и хороших дел у нее на счету много, — не соглашался с ней Захар.

— Ладно, не буду я с тобой спорить, — махнула она рукой, — Что сделано, то уже сделано, но до сих пор нам ее дела аукаются.

— Ну так она ушла, а магия осталась, — развел он руками, — Ты чай пей, конфетки ешь.

— Я ем-ем, — улыбнулась Люба, — Эх, как хорошо, что ты не помер. Ты хоть помнишь, как в Нави был?

— Конечно, помню, — кивнул Захар.

— Страшно было? — спросила она.

— Нет, спокойно, я сел и ждал, когда за мной придут. А ты меня как узнала? Я ведь поначалу и не понял, что ты — это ты. Там, в Нави, ты совсем другая.

— Так я на тебя глянула и сразу поняла, что это ты. Я вот даже не помню, как ты там выглядел, — пожала она плечами.

— Это значит, что тебя Навь приняла.

— Это разве плохо?

— Нет, не плохо и не хорошо. Об этом лучше с бабой Надей поговорить. Она в этих делах лучше разбирается. И выбраться ты смогла сама, без чужой помощи, и не заблудилась там, — сказал Захар.

— Я сказки очень люблю, а еще у меня память хорошая, — улыбнулась Люба. — Ладно, Захар, благодарю тебя за чай и за конфетки, побежала я. Мне еще Люшу оформить надо в программе. Сам понимаешь, работа. Да надо бы к Кикиморе заскочить, ее здоровьем поинтересоваться. Она тут за вами с бабой Надей присматривала, толком ночью не спала. Человек-то уже пожилой, такие нагрузки.

— Люба, да нормально всё с ней. Здесь такое место. Оно всем тем, кто тут живет, силы дает.

— Но я всё же проверю.

— Ну беги, — кивнул он. — Идем, я тебя провожу.

Он помог ей спустить лодку на воду, и Люба направилась к Лешему, но сначала решила кое-что спросить у бабы Нади.

Глава 33-34

А какое у бабы счастье?

Люба заскочила в избу к бабе Наде.

— Ты чего, стрекоза, прискакала? — спросила бабушка, выглядывая из кухни. — Случилось что с Захаром или его работниками, али Васька из подпола выбралась?

— Нет, там вроде всё нормально. Баба Надя, как определить, тот ли человек из Нави вернулся или кто-то другой? — поинтересовалась Люба.

— А чего такие вопросы, что-то тебе показалось?

— Да Захар меня с толку сбил, говорит, что я в Нави совсем другая была, не такая, как в жизни. Вот думаю, а вдруг Захар — это вовсе не он, а кто-то другой, а я перепутала всё, — выпалила Люба.

— Я тебе кое-что скажу. Такие, как мы, кто может ходить туда и возвращаться обратно, видят человеческую душу как в Яви, так и в Нави. Вот ты как поняла, что это Захар там?

— Ну не знаю, — пожала плечами Люба.

— Ты в лицо к нему заглянула? — спросила бабушка.

— Нет, просто увидала, что Захар сидит, и всё.

— Вот ты как только его увидала, то сразу поняла, что это он. Это чутье у нас такое.

— Ясно, — нахмурилась Люба.

— Чего бровки насупила? — спросила баба Надя. — Чего-то не поняла?

— Всё поняла. Зря только тебя потревожила.

— Не зря, — помотала головой баба Надя. — Это хорошо, что у тебя вопросы есть, надо спрашивать, и стесняться тут нечего.

— А правда, что ты меня на свое место готовишь? — спросила Люба.

— Это как получится, как судьба твоя сложится, — ответила баба Надя. — Я многих обучала, да только никто не остался.

— А Лена, которая Кикимора, тоже наша родственница?

— Да, тоже наша кровь течет в ее венах.

— Как интересно.

— Еще вопросы есть?

— Наверно есть, но пока я их не помню, — улыбнулась Люба.

— Ну как вспомнишь, так забегай. Ты сейчас куда, домой? — спросила баба Надя.

— Нет, к Лешему забегу, его тетушку Калину проведаю, ну и на бабу Лену посмотрю, а то же всю ночь около вас сидели. А они уже в возрасте.

— Не тревожь их пока, скорее всего, спят они, — сказала баба Надя. — Если приболеют, то либо меня позовут, либо тебя.

— Ну хорошо, не надо так не надо. Тогда я на работу и потом домой, — кивнула Люба.

— Беги, стрекоза, — улыбнулась бабушка. — Мать-то тебе не звонила?

— Да звонит иногда, всё у них нормально. Переживала, как мы тут в воде живем, звала к себе. С бабушкой иногда созваниваюсь, тоже вся испереживалась. Дядька купил себе квартиру, теперь там ремонт делает, дома практически не живет. Вот нас к себе звала, говорит, скоро комната освободится и можно жить.

— А ты? — спросила баба Надя.

— А я чего? Да ничего, у меня тут целый свой дом, вот только удобств нет, но зато никому мы не мешаемся, и что хотим, то и делаем, и тут у меня работа и торчать на одном месте не надо.

— А то, что место такое, не смущает?

— Если бы смущало, то давно бы уехала, — ответила Люба. — Ладно, побежала я, а то дома практически не появляюсь.

— Беги, голубка.

Люба выскочила из дома бабы Нади и направилась в ФАП. Там ее встретил Яромил.

— И когда у нас эта Венеция закончится, — ворчал он под нос, затаскивая лодку на сухое место.

— Я Живу утром просила, может услышит меня, — сказала Люба.

— Может и услышит, — кивнул он. — Я вот избу протопил уже. Новости мне последние расскажешь? Говорят, Васька нашлась.

— Нашлась,