Между Явью и Навью - Евгения Владимировна Потапова

– Конечно, приглядим, - важно кивнул Кузьмич.

Люба через пятнадцать минут выскочила на улицу, посмотрела на старую яблоню, блинчиков под ней уже не было.

– Значит, приняла Жива мои дары, - подумала она.

Она села в лодку и направилась к дому бабы Нади. Калитка у бабушки оказалась чуть приоткрытой. Люба точно помнила, что ее закрывала за собой. Она остановилась около дома, привязала лодку и с опаской двинулась во двор.

– Дома она, дома, ты иди не бойся, - выглянула из сарайки Аглая.

– Корову подоила? – спросила Люба.

– Баба Надя только что подоила, - ответила скотница.

– Ну это хорошо.

Люба постучала в дверь и толкнула ее от себя. Она легко поддалась.

– Доброе утро, - прокричала она.

– Ох, Люба, ты чего так кричишь? Напугала меня, - выглянула из коридора баба Надя, - Не стой на пороге, проходи.

– Как вы? – спросила Люба, заходя в избу.

– Я ничего так, и Захар тоже ничего, живы вроде, не померли, - ответила баба Надя, - Чай со мной будешь пить?

– Буду, я хоть и дома позавтракала, но почему бы еще не выпить, - улыбнулась Люба.

– Тогда погодь немного, я пропущу молоко на сливочки, и мы с тобой почаевничаем. Ты молодец, прибежала корову доить.

– Так жалко скотинку-то, что же она мучиться будет. Еще нужно к Люше сбегать, посмотреть, как она там. Да и Захара не мешало бы проведать.

– Это правильно, - кивнула бабушка.

– Как так получилось, что на вас Василиса напала? Она вроде должна была быть ослабленной и немощной, - спросила Люба.

– Это тело должно было быть таким, а вот мы-то с Захаром не учли, что душа у Васьки уже темная стала, злая, нечисть, одним словом, и силы в ней много. Она-то ее и подняла с места. А мы с ним прохлопали этот момент, не подумали об этом, вдвоем задремали, как только в сон-то нас сморило, так она на нас и набросилась. Захара быстро выпила, а я с ней еще поборолась, только хапнула она от меня сил очень много, я и ослабла, и уволокла меня в подпол. Эх, Любашка, теряю хватку.

– Так вы каждый день с такими созданиями сталкиваетесь?

– Да первый раз такое вижу. Хотя знаешь, все же видала я таких, - задумчиво сказала баба Надя, - Или что-то типа такого, давненько, правда. Человек, когда в кому попадает, то может его тело и кто другой занять. Вот они такие и лезут сюда, в наш мир. Ох и страшные вещи потом творят, - покачала она головой.

– Чего с Васькой решили делать? – спросила Люба, - Дед Степан сказал, что она всю болячку у Захара забрала.

– Есть такое, забрала, - кивнула баба Надя, - А ты его из Нави вытащила?

– Вытащила.

– Ну так-то он мужик хороший, и время его не пришло уходить. Но в следующий раз лучше такие вещи не делать. Навь и Доля могут наказать за самоуправство, - покачала головой баба Надя.

– Доля? – удивленно спросила Люба.

– У каждого есть своя доля, судьба, то есть, если по-современному говорить, - Управляют ей Доля и Недоля – сестры, и вот они очень не любят, когда в их работу вмешиваются. К непокорным направляют Лихо одноглазое, чтобы оно плохую судьбу накликало на того, кто пытается судьбу изменить.

– А я-то думаю, чего он за мной таскался.

– Ну тебя он трогать точно не будет, а вот смотрел на того, кого ты оттуда вытаскивала, думал кликать на него плохую судьбину или так отпустить.

– Там еще какой-то странный дядька ходил, - сказала Люба.

– Может, душа чья заблудилась, а может, какая новая нечисть завелась, - махнула рукой баба Надя. – Пока это не твоя заботушка.

Пока они разговаривали – молоко превратилось в сливки.

– Молочка с собой возьмешь к Захару и сливок, - сказала бабушка, - Ну и тебе гостинца дам.

Люба попила с бабой Надей чай, рассказала, как в Навь ходила за Захаром.

– Смотри-ка, уже успела со всеми перезнакомиться, - ухмыльнулась бабушка, - Быстро соображаешь, что да как.

– А куда деваться-то? Захар мне помог со свекровью, да с братом мужа, да и вообще хороший человек.

– Ну да, тут нам с ним повезло, хоть не в Макаровну характером пошел. Тебе, кстати, когда за наследством ехать? – спросила баба Надя.

– Через две недели, - ответила Люба.

– Хоть бы к тому времени вода сошла.

– Я Живу просила сегодня, блинами ее угощала и семечками, да пшеном.

Баба Надя с удивлением посмотрела на Любу.

– Это кто же тебя научил да надоумил? - спросила она.

– Так Груша-домовушка сказала, да Маша – жена мельника.

– Может и услышит тебя богиня, давно про нее никто не вспоминал. Надо тоже ее попросить, да дары принести, - задумчиво сказала бабушка. – Ладно, милая, беги к своим больным, а то же мы с тобой можем разговаривать до бесконечности, а мне прилечь надо, все же хорошо с меня Васька хапнула.

– Так а чего с Василисой делать? – спросила Люба.

– Я пока не придумала, - вздохнула баба Надя, - Может, попозже чего на ум придет.

– Надеюсь, придет.

Люба взяла пакет с гостинцами и направилась к Захару и Люше.

Я ей за это денег дал

Люба добралась до дома Захара. Тот во дворе поправлял забор да сооружал новую лавку.

— О, Любашка, крепкого здравия, — улыбнулся он во весь рот.

— Доброго здравия, Захар, — кивнула Люба, выбираясь из лодки.

Он бросил молоток и кинулся помогать ей затаскивать лодку на сушу.

— Как ты? — спросила его Люба.

— Отлично! — улыбнулся он. — Ни болей никаких, ни кашля, я словно заново родился.

— А так оно, наверно, и есть, — задумчиво кивнула Люба. — Дед Степан сказал, что Василиса всю болячку из тебя вытянула.

— Я ее об этом не просил, — усмехнулся он. — Это целиком и полностью ее инициатива. Я ей за это денег дал.

— В смысле денег дал? — удивленно спросила Люба.

— В прямом смысле, в карман сунул пять тысяч. Было бы больше налички, отдал бы всё, что есть. За работу нужно платить, чтобы болящему боком