Вампиры. Происхождение и воскрешение. От фольклора до графа Дракулы - Кристофер Фрейлинг

К счастью, прозвенел звонок к началу третьего акта, и антракт подошел к концу.

Единственным чувством, которое я испытал, когда мой сосед ушел, было чувство абсолютного одиночества в этом огромном здании. Поэтому я полностью сосредоточился на пьесе. Мог ли я судить ясно? Нет, конечно, пока нет: «Вампир» был одной из первых мелодрам, которые мне довелось посмотреть.

Третий акт был всего лишь повторением того, что произошло в первом. Рутвен, которого его друг Обри считал погибшим на ферме Марсдена, вновь ожил под поцелуями луны – сущий могильный Эндимион. Он вернулся в замок раньше брата Мальвины и настоял на женитьбе; когда Обри прибыл, то увидел, что невеста наряжена, а часовня подготовлена. Он подошел к своей сестре, чтобы сообщить ей ужасную новость о смерти ее жениха, и, пораженная его бледностью и отчаянием, Мальвина воскликнула:

– Дорогой брат, что случилось?.. Ради всего святого, расскажи мне все!

– Тогда соберись с духом, – сказал Обри.

– Ты меня пугаешь! – воскликнула Мальвина. Затем, повернувшись к двери, – Милорд давно приехал.

– Поскольку я должен разбить твое сердце, знай, что все мои планы рухнули. Ужасное, непредвиденное событие лишило нас: меня – друга, тебя – мужа!.. Несчастный Рутвен…

В этот момент Рутвен вышел вперед, схватил Обри за руку и сказал ему мрачным голосом:

– Помни о своей клятве!

При этих словах, как раз в тот момент, когда вся публика разразилась аплодисментами, из одной ложи раздался громкий свист. Я обернулся, и все в оркестре и в партере тоже. Аплодирующие поднялись толпой и закричали: «Выведите его!» Но свистун продолжал свистеть, спрятавшись в своей ложе и укрывшись за перегородкой как за неприступным валом. Не знаю почему, но я решил, что это был мой сосед, который наконец-то удовлетворил свое желание высмеять пьесу, вызывавшую у него отвращение на протяжении всего вечера. Спектакль прервался: Филипп, мадам Дорваль и Териньи стояли на сцене, не в силах вымолвить ни слова, крики «Выведите его!» стали еще громче, кто-то послал за полицейским.

Всмотревшись в ложу, я увидел сквозь прутья решетки силуэт досаждающего свистуна. Это действительно был мой сосед. Прибыл сотрудник полиции. Несмотря на все протесты, свистуна выпроводили из театра, а пьеса возобновилась под топот и крики «браво».

Пьеса подходила к концу. Обри скрутили слуги лорда Рутвена и увели его от Мальвины, она осталась без защиты. Рутвен схватил ее; открылась дверь – дверь часовни, освещенной для ночного бракосочетания. Мальвина не решается заключить брак без своего брата, но Рутвен становится все более настойчивым; ибо если кровь юной девушки не даст ему новую жизнь в течение нескольких минут, он будет уничтожен, как и предсказывал ангел брака! Внезапно в часовне появляется Обри, вырвавшийся из рук своих стражей, он останавливает свою сестру и умоляет ее не продолжать. Рутвен вновь напоминает Обри о его клятве.

– Да, – говорит Обри, – но вот-вот пробьет час, когда я смогу все рассказать.

– Негодяй! – кричит Рутвен, выхватывая кинжал. – Если ты произнесешь хоть слово…

– Ты получишь ее только через мой труп! – кричит Обри, усиливая сопротивление.

– Что ж, тогда вы оба погибнете! – говорит Рутвен.

Еще чуть-чуть, и он ударит Обри. Пробивает час; Мальвина падает в обморок в объятиях Бригитты; гремит гром.

– Погиб! Уничтожен! – кричит Рутвен.

Он роняет свой кинжал и пытается сбежать. Тени поднимаются из-под земли и уносят его; ангел-разрушитель появляется в облаке; сверкает молния и Рутвен окончательно исчезает среди теней.

Вампир Варни

Джеймс Малкольм Раймер

Монтегю Саммерс (и прочие вампирологи начиная с 1920-х годов) считал, что «Вампир Варни» был написан Томасом Прескеттом Престом – самым плодовитым писателем школы писак «Солсбери сквер» и создателем Суини Тодда. Но в 1963 году Луис Джеймс установил, что автором «Варни», вне всякого сомнения, является шотландец Джеймс Малкольм Раймер – доказательством послужили два альбома для вырезок, принадлежащих ему. Раймер (также известный как Эррим и Мерри) был бывшим инженером-строителем, который начал работать в типографии Ллойда в начале 1840-х годов. Он надеялся, что это станет ступенькой к более респектабельной литературной карьере, и в статье о популярной литературе (июнь 1842 г.) высмеял дешевую литературу ужасов:

«Если автор хочет стать популярным – то есть, чтобы его читало большинство, – он должен, прежде чем начать писать, хорошо изучить тех, которых он собирается обслуживать… Но, могут спросить, как же тогда нам объяснить сохранявшийся так долго вкус к кровавым произведениям ужаса?

Очень просто. Любить суеверия – привилегия невежественных и слабых. Единственное сильное ментальное ощущение, на которое они способны, – это страх… Есть миллионы умов, у которых нет выбора между банальной сентиментальностью и нелепыми призраками детской».

Но несколько лет спустя Раймер осознал, что обладает необычным талантом к написанию успешных ужастиков – две его самые известные работы, «Ада преданная» и «Варни» (обе 1845–1847), держались в списке бестселлеров Ллойда в течение пятнадцати лет после первой публикации. Однако его цинизм по отношению к «невежественным и слабым» иногда проявлялся в том, как он писал: Луис Джеймс описал Раймера как «умного и разностороннего писателя, который мог манипулировать клише готической мелодрамы с отстраненностью». Эта отстраненность отчетливо заметна во многих фрагментах «Варни», где он открыто нападает на своих читателей. Но Раймер, похоже, «хорошо изучил тех, кого он собирался обслуживать»: в конце первой части сэр Фрэнсис Варни утверждает, что использовал свой предполагаемый «вампиризм», чтобы терроризировать семью Баннерворт и украсть их зарытые сокровища (для скептически настроенных городских читателей); во второй половине в леденящий душу момент он обнаруживает, что он действительно вампир (это для тех, кто хочет «нелепых призраков детской»).

За семь лет до появления Варни «Вампир» Полидори был переиздан «Библиотекой романтиков и писателей» в недорогом иллюстрированном формате. Раймер почерпнул большинство своих сюжетных идей из этого источника, но в процессе доведения успешной идеи до ума (более 850 страниц) он также внес существенные изменения в формулу Рутвена – изменения, которые пятьдесят лет спустя найдут отражение в «Дракуле» Брэма Стокера.

Выбранные мной отрывки из «Варни» дают представление о стиле Раймера и демонстрируют связь с «Дракулой» (сцена с Кларой Крофтон, возможно, вдохновила Брэма Стокера на сцену с Люси Вестенра, хотя и в характерном мелодраматическом стиле), а также показывают, как Раймер расширил формулу Рутвена (иногда путем заимствования целых сцен из Шекспира!). Одно изменение, внесенное Раймером, не было подхвачено Брэмом Стокером: в «Варни» добрые силы никогда не уничтожают вампира; пока герои стоят в стороне,