Песни седого Арала - Владимир Иванович Тюриков

Матниязов опускал груз словно на руках и положил его в кузов, как высказался стоявший неподалеку от нас бригадир комплексной бригады по добыче гранита Махсет Айтимбетов: «Ласково». Огромный трехосный самосвал присел под тяжестью и чуть покачался на колесах взад и вперед. Строповщики залезли в кузов, вскарабкались на глыбу и освободили ее от стальных пут. Крюк крана переместился туда, где его ждала очередная тяжесть. А мы, уступая дорогу другому самосвалу, начавшему пятиться под погрузку, остановились возле огромного серо-зеленого монолита и стали разглядывать затейливые узоры, выведенные на нем искусницей природой. Просто нельзя было не подивиться первозданной красоте, лишенной какого бы то ни было шаблона и стандарта, симметрии и расчета, с какой природа расцветила этот камень. Мы за свою жизнь немало повидали гранита всяких расцветок, рисунков и оттенков. Видели колонны дворцов и храмов, ступени лестниц и парапеты набережных, памятники и произведения скульптуры, полы на станциях метрополитенов и брусчатые мостовые, но никогда не испытывали такого трепетного восторга и преклонения перед природой-ваятелем, природой-живописцем, как здесь, в султануиздагском гранитном карьере. Там, в метро и во дворцах, в памятниках и скульптурах, природная красота гранита не воспринимается так очаровывающе-остро, искусство природы — творца и живописца — несколько затушевывается, потому что к граниту прикоснулась рука человека, она придала ему определенные осмысленные формы, наполнила их конкретным содержанием, отшлифовала и отполировала, зритель любуется и восхищается уже не достоинствами материала, а искусством мастера, вследствие чего природные достоинства и качества гранита как бы отступают на задний план. Здесь же, в карьере, гранитные глыбы были красивы сказочной красотой, дарованной им от природы, и эта природная красота везде выступала на первый план.

— Наш султануиздагский гранит, — говорит Абирбай Пирназаров с чувством законной гордости, — давно оценен по достоинству. Можно назвать десятки городов и объектов, где он нашел применение. Им, например, отделаны станции московского метрополитена «Планерная» и «Пушкинская». Обелиск «Город-герой Москва» тоже сооружен из султануиздагского гранита, из этого вот карьера и брали монолиты.

— А Ташкентское метро, — напомнил Рем Николаевич Данченко, — семь его станций тоже отделаны здешним гранитом. Обращали внимание на полы на станциях «Хамза» или «Чиланзар»? Как красиво выложены полы на них гранитными плитами?

— Красиво, — соглашаемся мы и признаемся, что и не подозревали о таком широком применении султануиздагского гранита.

Бригадир комплексной бригады Махсет Айтимбетов усмехнулся:

— Не знали… Да вот сейчас мы отбираем и вывозим монолиты, которые пойдут на отделку олимпийских спортивных сооружений. В этом году мы должны дать гранитных монолитов на тысячу квадратных метров плит, а в будущем, 1979 году, на три тысячи. Раз берут для олимпийских сооружений, значит, наш гранит чего-нибудь да стоит.

— Верно, Махсет, стоит, — одобрительно кивнул головой Абирбай Пирназаров. — Не зря наш гранит удостоен бронзовой медали на ВДНХ СССР.

Начальник участка Рахмет Абдалов говорил о Султануиздаге как о богатой природной кладовой и особенно расхваливал султануиздагский мрамор, которым отделаны новый вокзал и театр в Нукусе, новая автостанция «Самарканд» в Ташкенте, и который тоже на ВДНХ СССР удостоен бронзовой медали. Рахмет Абдалов, пожалуй, самый горячий патриот Султануиздага. По его мнению, богатства этого горного массива еще и не раскрыты по-настоящему. Сам он исходил и изъездил все горы и ущелья вдоль и поперек и мог рассказать, где и что находится.

— Все тут есть, если покопаться как следует, — говорит он. — Но мрамор уже сегодня мы можем и должны давать стройкам республики. А даем так, по капле, по собственной инициативе, потому что не оценили его как следует, хотя и удостоили медали.

— Подожди, не горячись, Рахмет, — усмехнулся Данченко. — Давай лучше покажем гостям наш мраморный карьер, пусть они сами увидят.

Посмотреть мраморный карьер мы согласились с удовольствием, и примерно через полчаса из царства гранита перенеслись в царство мрамора. Словно как в сказке или в театре произошла смена декораций. Те же обрывистые хребты с обеих сторон, те же нависшие скалы, но все другое. Во-первых, совсем иная палитра красок. В гранитном карьере господствовали серый и зеленоватый цвета разных тонов и оттенков. Здесь же удивительная смена красок. То перед вами полыхает в полнеба утренняя заря, то разливаются бирюзовые морские волны, то плывут по синему небу горделивыми лебедями бело-розовые облака, то расстилается песчаная пустыня с застывшими барханами. Алдаберген Бегенов, бригадир комплексной бригады по добыче мраморных блоков, в этом году награжденный орденом «Трудовой славы» третьей степени, и его товарищи по бригаде посреди этого мраморного великолепия были как сказочные исполины, творящие чудо красоты.

Немного в стороне от прочих лежал большой мраморный куб приятной бело-розовой расцветки с коричневатыми и желто-зелеными прожилками, создающими замысловатый рисунок. Мы поинтересовались, для какой цели приготовлен этот куб. Алдаберген Бегенов, погладив ладонью тепловатый мрамор, объяснил:

— Наш султануиздагский мрамор — цветной и по своим качествам является отличным отделочным строительным материалом. Этот куб, как и другие, будет в Нукусе распилен на плиты.

— Гранит и мрамор из наших карьеров, — продолжил его мысль Рем Николаевич Данченко, — идет на Нукусский гранитно-мраморный завод имени 50-летия Каракалпакской АССР, там распиливают блоки на плиты, шлифуют и отправляют на стройки. Отсюда гранитные и мраморные плиты идут во многие города страны: в Москву, Ленинград, Минск, Тольятти, Ташкент…

Рем Николаевич рассказал нам, что этот завод, которому всего пять лет, успешно выполняет плановые задания. Он выпускает в год до 30 тысяч квадратных метров изделий, выше проектной мощности. Здесь установлены новейшие шлифовальные и фрезерные полуавтоматы, станки для распиловки мрамора. В распиловочном цехе сейчас устанавливается итальянская конвейерная линия.

В тот же день мы побывали также на известковом карьере и на карьере мраморной крошки, где наблюдали работу замечательных султануиздагских горнодобытчиков, таких, как экскаваторщик Ибат Динариев, бригадир обжига извести Роман Исмаилов, садчицы известковой печи Тозагул Сапарбаева и Рано Батырова, оператор карьера мраморной крошки Умирбай Пиримбетов. Мастера своего дела, они понимают, что Каракалпакия сегодня строится, возводятся совхозные и колхозные поселки, растут города Нукус и Тахиаташ, Кунград и Турткуль, Бируни и Чимбай, Муйнак и Шуманай, прокладываются железные дороги и ложатся на лик пустыни новые автострады, и везде нужны строительные материалы, которые щедро дает людям Султануиздаг.

Уже вечерело, когда мы возвращались в Нукус, и по дороге заместитель генерального директора объединения «Каракалпакстройматериалы» Абирбай Пирназаров продолжал рассказывать о перспективах и проблемах развития промышленности стройматериалов в Каракалпакии. Он говорил, что уже сегодня султануиздагские карьеры обеспечивают облицовочными материалами — мрамором и гранитом, известью и мраморной крошкой, щебнем и цементом — не только стройки автономной республики, но и соседних Хорезмской и Ташаузской областей. В будущем промышленность стройматериалов Каракалпакии будет расти, так как строительство в республике набирает