Антон Чехов - Полина Ребенина

не мог успокоиться, но вернула его к жизни любовь другой Анны Ивановны – урожденной Орфановой, которая была одноклассницей и ровесницей его семнадцатилетней дочери Александры. Но эта любовь и последовавший за нею в 1875 году брак вызвали новые семейные проблемы: старшие дети Суворина так и не признали мачеху. Будучи очень милой и привлекательной женщиной, она, по существу, не играла значительной роли в семье. Чехов шутя называл её «бесструнной балалайкой».

Слегка оправившись от удара, всю свою неукротимую энергию Суворин бросил на создание собственной газеты. В 1876 году он купил пришедшее в упадок «Новое время». В том же году Суворин с совладельцами «Нового времени» приобрели типографию на М. Итальянской улице, 47. В 1877 году Суворин перевел типографию в купленный им дом в Эртелевом переулке (ныне улица Чехова). Типография была оснащена новейшим оборудованием, первой в России начала печатать стереотипом на цилиндрических ротационных машинах французского производства. Для своих сотрудников Суворин создал прекрасные условия труда и жизни, что было весьма необычно в то время. Для работников типографии, конторы и книжного магазина было организовано ссудо-сберегательное и взаимно-вспомогательное товарищество. Мастера-печатники и рабочие бесплатно пользовались квартирами, нанимаемыми для них вне типографии; бесплатными были отопление, освещение, постельное бельё, услуги врача и лекарства. При типографии была организована бесплатная библиотека. С 1899 года печатные машины и станки приводились в движение электричеством. Для детей служащих и учеников типографской школы ежегодно устраивались новогодние елки. Типография принимала от редакции материал практически в течение всего дня. Телеграммы передавались до три часов ночи. На стереотипирование и сдачу стереотипа в машину требовалось не более 30 минут.

Владение собственной типографией позволило Суворину, во-первых, сократить расходы на выпуск «Нового времени», а во-вторых, осуществить давно лелеемую мечту о собственном издательстве. О том, что такая мечта прочно сидела в душе у Суворина, мы знаем из воспоминаний С. Ф. Либровича: «Как-то раз А. С. Суворин заговорил с М. О. Вольфом о русских книгах и выразил недоумение, что так мало выходит книг в России.

– Будь у меня капитал, – заметил он при этом, – я бы наводнил книжный рынок огромным числом книг». Вольф указал Суворину на трудности этого предприятия. «Суворин внимательно слушал, но затем упрямо повторил:

– А все-таки, будь у меня капитал, я бы издавал книги».

Суворин отсчитывал начало своей издательской деятельности с выпуска «Русского календаря». В первые годы он составлял календари сам, разрабатывал их структуру, всегда предлагая оригинальную подачу материала, и сумел сочетать энциклопедичность и высокие литературные качества с дешевизной издания. Сувориным же изданы знаменитые справочные ежегодники «Вся Россия», «Весь Петербург» и «Вся Москва».

Точное количество выпущенных суворинским издательством книг неизвестно, примерное число – 1600 названий общим тиражом 6,5 миллиона экземпляров. Наибольшей заслугой Суворина современники считали организованную им серию «Дешевая библиотека» (с 1879 года), состоящую из последовательно выпускаемых небольших по объему книг и брошюр. С 1880 года Сувориным издавался также журнал «Исторический вестник», возглавляемый С. Н. Шубинским.

Идею знаменитой серии Суворин заимствовал у французских и немецких издателей. Открывалась «Дешевая библиотека» произведениями крупнейших писателей России – «Горе от ума» Грибоедова, «Недорослем» Фонвизина и повестями Карамзина. К году смерти своего основателя в этой серии вышло почти 500 названий. Серия предназначалась городскому читателю; звездным часом Суворина стал тот момент, когда он первым в России выпустил массовым тиражом полное собрание сочинений Пушкина. На следующий день после начала продажи издания газета «Новое время» отмечала невиданный ажиотаж, поднявшийся вокруг этого события. У магазина стояла толпа, желающие приобрести собрание сочинений брали магазин чуть ли не приступом.

Вокруг этого издания было много шуму. Чехов писал: «Студенчество и публика страшно возмущены и негодуют… Галдят всюду и возводят на Суворина небылицы… Меня чуть ли не обливают презрением за сотрудничество в „Новом времени“. Но никто так не шипит, как фармачевты, цестные еврейчики и прочая шволочь. С другой же стороны, я слышал, что многие из интеллигентов собираются послать Суворину благодарственный адрес за его издательскую деятельность…» (Ал. Чехову, 19 февраля 1887 года).

Суворинские издания отличались чистотой набора, строгостью шрифтов, изяществом переплетов. Им было издано также некоторое количество «роскошных» изданий. Суворин проповедовал свободу журналистского высказывания и часто подчеркивал, что печатаемые в газете материалы могут идти вразрез с его личным мнением. Однако в целом «Новое время» поддерживало правительственную политику. Этот факт и по сей день заставляет радикалов обвинять Суворина в конформизме и в отходе от либеральных убеждений. В то же время многие из знаменитых современников издателя писали о принципиальном несовпадении взглядов Суворина и его газеты и, даже порицая «Новое время», оставались горячими защитниками и сторонниками его владельца. Таковы в наибольшей степени В. В. Розанов и А. П. Чехов, А. В. Амфитеатров, Н. С. Лесков и близко сошедшийся с Сувориным под конец жизни Ф. М. Достоевский. Суворин, несомненно, обладал большим личным обаянием, помогавшим ему завоевывать сердца людей; незаурядным умом, позволявшим разглядеть искры таланта даже в недругах; юношеским задором, который и в более зрелые годы заставлял его с азартом включаться в жаркие споры, и необычайным трудолюбием.

Семью Сувориных продолжали преследовать несчастья. В 1885 году от сахарного диабета умерла дочь Александра, в замужестве Коломнина. В 1887 году покончил с собой сын Володя, а через год умер от дифтерии Валериан, юноша-горбун, любимец Суворина. «Новое время» также приносило владельцу много огорчений. Особенно сильное возмущение либералов вызвала позиция газеты во время освещения «дела Дрейфуса» и студенческих волнений 1899 года. Все это провоцировало у Суворина приступы депрессии, во время которых он начал отходить от дел. Проявились панические атаки, в которых Суворин признавался Сытину: «У меня была болезнь духа… Приступы страха, упадок духа… Это очень мучительная штука. Эти предподписочные дни всегда для меня страшны. Я боюсь их… Мучительно боюсь… Все мне кажется, что подписка на „Новое время“ упадет, что от меня все отвернутся и я останусь один у разбитого корыта».

Суворин всю жизнь работал как вол, не разбирая дня и ночи. Вспоминая свою первую встречу с издателем, В. М. Грибовский удивлялся назначенному для него странному приемному часу – около полуночи. «Меня ввели в громадную комнату, ярко освещённую электричеством. Мельком я заметил ряды заставленных книгами полок или книжных шкапов по стенам, различные предметы искусства… Внимание моё было устремлено на то место, где у стола, заваленного книгами, газетами, глубоко опустившись в кресло, сидел и делал какие-то заметки на лоскутке бумаги создатель и руководитель влиятельнейшей русской газеты».

К концу века Суворин, собственник газеты «Новое время», владел еще десятком изданий, в том числе самыми популярными газетами Петербурга и Москвы «Вечернее время» и «Время», крупнейшей сетью по распространению периодики, насчитывающей до пятисот киосков, оборудованной по последнему