Пламенев. Книга 13 - Сергей Витальевич Карелин

В саму Вязьму, однако, мы полетели не сразу. Хотя наших сил было достаточно, чтобы захватить дворец Железных и вообще что угодно в городе, если Георгия там не будет, его, скорее всего, успеют предупредить, и он сбежит. В отличие от форпоста или базы посреди океана, невозможно было скрыть захват посреди огромного города.

Так что, прежде чем отправляться в Вязьму, мы долетели до Рятки, где я оставил всю свою гвардию, не считая Агаты, а также свое оружие и броню, и отправился в Вязьму налегке.

Столица уезда показалась через два часа с небольшим. Сначала дым над горизонтом, потом крыши, потом весь город разом. Река, мосты, дворец Железных. Меня не было здесь уже почти шесть лет, но казалось, что все двадцать. Город стал меньше.

Единый я собрал за минуту, накрыл им нас обоих, и мы пролетели над домами в почти полной невидимости для Магов и детекторов Духа. По идее выхлоп энергии от полета Единый не мог скрыть — он скрывал только тогда, когда Дух никак не использовался. Но на такой высоте и с учетом моего уровня я сильно сомневался, что нашелся бы хоть кто-то, способный нас засечь.

Чтобы откуда-то начать, отправился к консульству Громовых. Там, по крайней мере, шансы, что мне выдадут Георгия без шума, были выше. Консульство стояло на прежнем месте. Двухэтажный дом с флагом Громовых, молния на синем, и два человека у входа. Мы приземлились в переулке по соседству.

— Мне нужно поговорить с кем-нибудь из руководства, — сказал я ближнему.

Он оглядел меня, не почувствовал никакой энергии и нахмурился.

— По какому делу?

— По срочному.

— Руководство занято. У госпожи Катерины слишком много дел, чтобы встречаться с кем попало. Если хотите, чтобы она вас приняла, записывайтесь на прием.

Катерина? Я нахмурился.

Катя сейчас должна была быть в Шуйске. Я, признаться, потерял ее из виду. Когда вернулся с черепахи, было не до того, но Наташа, приехав в форпост, рассказывала, что она вернулась в свой род и боролась за наследование. Если она в вяземском консульстве, значит, либо проиграла, либо что-то случилось.

Я потянулся восприятием. Дом раскрылся передо мной целиком. Наверху, в дальней комнате нашлись трое. Две ауры Железных (я узнавал их сталь издалека) и одна молниевая, Третьего Круга, очень и очень знакомая. Катя.

— Извините, но я пройду, — сказал охраннику и пошел мимо.

Он попробовал меня остановить. Взял за плечо, потом за руку, но я шел как ни в чем не бывало. Из-за двери вышли еще двое, и все четверо попытались меня остановить. Сначала физически, а потом магией, но первое я проигнорировал, а их молнии задавил в зародыше своим Духом.

Им оставалось лишь покорно идти следом. Второй этаж. Коридор, ковер, дверь в конце. За дверью говорили. Голос был женский, знакомый, только ниже, чем я помнил.

Я открыл дверь.

Кабинет был небольшой, с окном на площадь. За столом сидела Катя. У стола стояли двое Железных — оба Второго Круга. Все трое повернулись ко мне одновременно.

Железных я прижал. Не сильно, чуть-чуть, чтобы они не могли шагнуть и открыть рот, и оба застыли на месте, только глаза бегали. В глазах Кати вспыхнуло узнавание.

— Госпожа, он прошел…

— Я вижу, — сказала она. — Выйдите и закройте дверь.

Охрана вышла. Дверь закрылась.

— Здравствуй, Саша.

Лицо у нее было не таким, каким я помнил. Спокойное. Взрослое. Разные глаза глядели на меня без удивления, точно она ждала моего прибытия.

— Здравствуй, Катя.

Глава 15

В комнате застыли двое Железных, зажатые Духом, Агата терпеливо ждала за спиной, а мы молчали, точно двое, встретившихся на улице через много лет и не решивших еще, обниматься или просто кивнуть друг другу.

Наконец она встала. Обошла стол, остановилась передо мной и подняла руку. На полпути рука остановилась. Потом она просто тронула меня за рукав.

— Я слышала, что ты погиб. Рада, что это не так.

— Я тоже очень рад, — улыбнулся я. — Как ты?

— Ну… ничего вроде.

В прошлом мы решили все вопросы, но после стольких лет что-то из этого снова всплыло. Я ведь был ее первой любовью, и это сложно игнорировать.

Тем не менее она выбрала род, а не мой клан. Тянуть ее в свои сложности я не имел права, да и не хотел.

— Мне нужен Георгий, — сказал я. — Ты в курсе, где он?

Катя не спросила зачем. Повернула голову к двум Железным, застывшим с бегающими глазами, и усмехнулась. Коротко, устало.

— Спроси у них. Они как раз пришли меня сватать. За Георгия. Седьмой раз, кажется. Или восьмой, я сбилась.

— Сватать? Тебя?

— Меня.

— Ты же преемница.

— Им это не мешает. Даже при том, что у меня есть молодой человек.

— Кать. А почему ты вообще здесь? Ты ведь должна быть в Шуйске. Ты уезжала бороться за род.

— Я и боролась. — Она вернулась к столу и села на край. — И выиграла. Отец назвал меня преемницей, официально. Но на самом деле делать мне там нечего.

— Почему?

— Потому что отец в полном порядке и держит род в строгости. Я постаралась, чтобы он тщательно обдумал те не слишком достойные вещи, на которые род пошел ради мира с Железными, и убедила его, что, если мы хотим вернуть себе Вязьму, подобное больше недопустимо. Он согласился. И, когда мы уладили формальности, стало понятно, что я принесу куда больше пользы, если буду стараться на благо рода где-то, кроме Шуйска. Так что мы посидели, подумали, и он отправил меня сюда. Представлять род в Вязьме. Здесь хотя бы есть что делать.

— Например, отбиваться от Железных.

— Например. По закону я уже не могу выйти замуж в другой род, став преемницей. Но года три назад Железные получили покровителя из столицы. Не знаю, кто это, но с тех пор они ведут себя так, будто закон им не писан. Сначала снова начали предлагать династический брак, даже слияние родов. Потом стали давить, угрожать, несколько месяцев назад придумали накладывать на нас санкции. И все продолжают ходить ко мне с предложениями брака с Георгием.

Покровитель из столицы. Очевидно, это была Лилия.

— Ладно, — сказал я и отпустил двоих.

Они вздохнули разом. Один тут же шагнул назад, к стене. Второй остался где был.

— Где Георгий?

— Я не знаю, кто вы такой, — сказал первый. — И я ничего вам не скажу. Хоть убейте.

Второй глянул на него, как на дурака.

— Я скажу, — сказал он. — Все