Лекс. Книга 3 - Евгений Нетт

Я посмотрел на Элизабет, на Дмитрия. Чуть нахмурился, перебирая в голове ворох не слишком важных, но имеющих место договорённостей.

— Полагаю, речь о фехтовании? Клуб вообще функционирует?

«Надеюсь, это оно. Потому что в противном случае я ещё что-то забыл, и это будет крайне неприятно. Крайне».

— Вполне себе функционирует. Со вчерашнего дня, — Дима покивал, явно довольный тем, что я если и забыл, то хотя бы вспомнил менее, чем за пару секунд. — Конечно, старшекурсникам пришлось потрудиться, добиваясь разрешения на работу «военных» клубов, но успеха они всё же добились. И нам теперь есть, где сбросить пар.

— Ты говорил, что кое-что умеешь, — добавила Лиза, в свойственной ей манере перекатывающаяся с носка на пятку и обратно так, словно ей физически больно было стоять на месте. — И твой «лечащий врач» дал добро на физические нагрузки. Так что между парой спаррингов и тобой более ничего не стоит, Лекс.

— Хм, — я хмыкнул. — Надо полагать, что раз вы здесь, то махать железом предполагается уже вот-вот?

— У нас троих как раз очень удобное окно образовалось, — подтвердил Громов мои опасения. — Эльза что так, что так идти не хотела. У Виктора своя занятость с Мариэллой. Так что, если у тебя не было планов на эти три часа, то…

Я демонстративно развёл руками и слез с подоконника, сунув планшет в сумку. Из планов у меня было лишь «внеклассное чтение», но возможность размяться и посмотреть, чем вообще дышат клубы, открытия которых я совсем не ожидал, имела чуть больший приоритет.

— Веди, — я кивнул Громову. — Только если я завтра не встану, ответственность ляжет на вас двоих.

— Если ты что-то знаешь о клинковом бое, Лекс, то должен понимать и то, что за три часа, считая время на дорогу и приведение себя в порядок, упахаться в усмерть сложно, — пожал плечами брюнет, разворачиваясь и задавая направление. — Тем более, Эльза требовала за тобой присматривать. За рукой, в плане.

— Я понял, Дима. Идём уже.

До здания клуба мы добрались минут за пятнадцать, причём последние несколько сотен метров пришлось идти по безлюдной дорожке, огибающей парк академии по широкой такой дуге, чуть ли не вплотную примыкающей к границе закрытой территории.

Я ещё в прошлый раз отметил, насколько неудачно с точки зрения безопасности располагалось здание: отдельно стоящий корпус, густые деревья с двух сторон, хозяйственные домики поодаль и расположение, гарантирующее, что случайно сюда никто никогда не забредёт.

И после недавних событий этот недостаток, разумеется, без внимания не остался: уже издали можно было без труда заметить изменившуюся ограду — вместо формального кованого забора там теперь возвышалась чуть ли не крепостная стена.

Три метра состыкованного без единого шва камня, складывающегося в сложную композицию из совсем не повторяющихся геометрических фигур, — явно работа эрикс-эксперта, — и ещё метр переплетений кованого металла, образующего причудливые фигуры вдоль верхней границы.

Не абы что против диверсантов и террористов, но вкупе с расчищенным от растительности пространством и наблюдательными вышками через каждые полста метров какой-то эффект, безусловно, будет.

Как минимум, часть аристократии уймётся, впечатлившись визуально масштабными мерами по защите их драгоценных детей.

Вдобавок к монументальным элементам обеспечения безопасности были и реально действенные — то тут, то там встречались посты по два человека. А на территории самого клуба, укрывшись под навесом, мы заметили группу мужчин в уже примелькавшейся чёрной форме. Они о чём-то лениво переговаривались, попивая чай из термоса, пока один из них наблюдал за прибывающими студентами, делая пометки на экране планшета.

Ещё один безопасник обнаружился у входа в главное здание, но сейчас он был занят жарким спором со старшекурсником, и на нас внимания не обращал.

— Неплохо, — бросил я, едва заметив, что Громовы ждут моей реакции.

— Это ещё не всё, — Дима усмехнулся. — Боковые выходы замуровали, оставив один аварийный, и тот под охраной. Окна теперь постоянно закрыты, что для конюшни было бы фатально, не организуй администрация систему вентиляции. Её просили давно, да всё руки не доходили…

— Я даже не буду спрашивать, сколько лет бывшую конюшню использовали «как есть», потому что «всё равно скоро перестраивать», — хмыкнул я, ступая под своды просторного, посвежевшего во всех смыслах здания.

Внутри перемены оказались не настолько радикальными, но заметными. Исчез тонкий запах пыли, который улавливался за ароматом древесины в прошлый раз. И самой этой древесиной почти не пахло — так, едва заметно, и только если принюхиваться.

Новенькая вентиляция, элементы которой на фоне почтенного возраста экс-конюшни смотрелись чужеродно настолько, насколько вообще могли, тянула воздух куда-то под потолок. Стойка у входа, в наш первый визит пустовавшая, теперь встречала всех новоприбывших дуэтом из старшекурсника с нашивкой на плече, и очередным сотрудником Имперской Безопасности, которые, судя по их присутствию на территории Академии, планировали переехать сюда жить, не иначе.

— Господа, дама, — мужчина первым подал голос, окинув нас взглядом. — Имена, фамилии, ваши браслеты…

Мы назвались, продемонстрировав безопаснику свои академические профили.

— Господин и госпожа Громовы допущены, — произнёс он, переведя их катализаторы в учебный режим, в котором случайно что-либо сделать было невозможно — требовалось его предварительно отключить. — Господин Лазарь… вы поддерживаете активной технику?

— Всегда, — я вжал клавишу прерывания, ощутив, как жидкий металл под одеждой бесследно исчез. — Тренируюсь.

— Что ж… — мужчина и мой катализатор перевёл в учебный режим, кивнув. — Использование любых техник запрещено, кроме как в исключительных случаях. Остальные правила аналогичны общим для академии. Можете проходить.

— Благодарю. Лиза, Лекс, — Громов кивнул в сторону общего зала, где уже занималась пара десятков человек. — Не будем тянуть, время не резиновое.

— И то правда, — я хмыкнул, прикинув, что из трёх часов «окна» все пятнадцать минут ушли только на дорогу и формальности. — Как считаете, эта конюшня когда-либо удостаивалась чести быть охраняемой вот так, не хуже, чем любое административное здание?

— Сомневаюсь, друг мой, очень сомневаюсь, — Дима покачал головой, сразу пройдя к стойкам с оружием. Как раз там обнаружился и мастер Клаус, объясняющий что-то вездесущим старшекурсникам.

«Хотя казалось бы, именно старшие курсы обычно самые напряжённые в плане учёбы. Но „молодняка“ вокруг особо не видно».

А мастер тем временем заметил нас, дал отмашку старшекурсникам — и те смиренно замерли в ожидании. Сам же мужчина обернулся к нам:

— Лександр Лазарь, — он окинул меня взглядом, покивав чему-то своему. — Вижу, вы восстановились. Громов, под вашу ответственность.

— Да, мастер, — брюнет довольно глубоко поклонился, а Клаус демонстративно отвернулся, продолжив свой разговор с, по всей видимости, своими подопечными — крепостью и статью оба парня были не обделены.

Мы же отошли