Колдуньи на Руси. Гадания на курице, Бабье царство и духи Оки - Надежда Адамович

что каждая его выпуклость помогает справиться с болезнью определенного органа. Некоторые считают, что это связано с энергетическими свойствами камня и его способностью воздействовать на организм человека.

Гусь-камень (Конь-камень) считается мужским. Люди верят, что он обладает мощной энергетикой и способен увеличить мужскую силу и репродуктивные способности тех, кто на нем посидит.

Если пара хочет обзавестись детьми, к целебным камням лучше прийти вместе, а потом выпить воды из родника и повязать на дерево ленточку.

«Следы» на камнях

Углубления на культовых камнях часто интерпретируют как «чашу» или «след». «Следовики» (камни с «отпечатком ноги» или похожим на него углублением) были нередки во всех приокских губерниях. О многих рассказывали, что это следы Богородицы или Параскевы Пятницы. Для лечения водой из таких следов умываются или ее пьют; для лечения женских болезней в «следы» встают[483] (этнографы рассматривают это как «ослабленную форму “пронимания”»[484]).

На тульских Башах был след уже забытого Бога: «Во время войны повздорили между собою, и Башиха за непокорность своему Баше получила удар сапогом. От этого удара, говорят, видна была долгое время ступня, а прежде и гвозди каблука»[485].

След был и на Синем камне в урочище Ольховец у подножия Лысой Горы в Орловской области. В 1555 г., во время Судбищенской битвы, русские сошлись с почти в 10 раз превосходящими их силами крымского хана Девлет-Гирея. И тогда с небес спустился Господь: стоя на Синем камне, он ободрял русских воинов, и от его стоп на вершине камня осталось углубление. Собирающаяся в нем дождевая вода считается целебной, а сам Синий камень — священным[486].

Чашные камни

Чашники, или чашные камни, — это валуны с углублениями. Несколько таких камней есть на Чертовом городище недалеко от Козельска Калужской области. Многогранная чаша камня «Чертов колодец» полна даже в сильную жару, а если воду вычерпать, к утру «колодец» вновь наполнится. Эту воду когда-то собирали для лекарских и колдовских целей[487].

На древнем городище у деревни Малые Сушки южнее Калуги был обнаружен камень с тремя явно искусственными лунками (сейчас камень вывезен). В Рязанской области чашники до сих пор можно увидеть на сельских кладбищах: в углубление ставят наполненный стакан или просто наливают воду или вино — «в помин». По представлениям сельских жителей, надмогильные камни являются домом для душ покойных, а углубление в них нужно, чтобы душа могла утолить жажду и умыться.

Охотники и грибники в Поочье время от времени натыкаются на валуны с «рисунками» и «знаками». На утраченном Синем камне у деревни Мимишкино под Касимовым, по рассказам, было изображение гусиной лапки. Подобное замечали и на камнях в Калужской области — на реке Рожня и под Кировом (на этот камень еще до недавнего времени приносили продукты).

Гусиная или утиная лапка — древний знак, связанный с Богиней в обличье первоптицы. В Поочье, в Мещёре, «галочку с черточками называли буквой “пат”, и связана она с женским детородным органом, в перевернутом виде галочка может символизировать рождение»[488].

Каменные бабы

Одна из самых больших загадок Поочья — рассказы о каменных бабах. Автор XIX в. Н. А. Рожественский писал: «Лет 50 тому назад я с отцом своим жил в г. Зарайске Рязанской губернии. Мне было тогда 8–9 лет. Отец при разъездах часто брал меня с собою. В наших путешествиях немало занимали и удивляли меня каменные человеческие фигуры, уставленные в довольно значительном расстоянии одна от другой по окраинам дорог, и в большинстве случаев в самом жалком состоянии: без рук, без голов, а были и такие, раздробленные части которых лежали в кучах. Фигуры эти… вытесаны были из камня весьма грубо, так что некоторые из них трудно было признать за изображение человека. Поясные; вышина их достигала 2,5 или 3 аршин[489], на головах однех имелось подобие шапок, у других голова покрывалась как платком. В последствии времени от жителей города Рязани я узнал, что эти фигуры называются каменными бабами; а народное предание гласило, что оне не что другое, как идолы, которым в древности народы поклонялись и особо чтили их. Вероятно, что теперь даже самые места, где оне стояли, вспаханы»[490]; «1 баба, на кургане в саду у одного из жителей города Рязани; имеет вид вооруженного воина с шишаком на голове и с копьем в руке»[491].

В «Книге Большому чертежу»[492] подобные изваяния названы «каменными девками». Сравнительно недавно о каменных бабах можно было услышать в Касимовском, Путятинском и Шиловском районах Рязанской области.

Особые рощи

В Бабьей роще неподалеку от старинного села Мервино (ныне в черте Рязани) когда-то в благодарность за исцеление привязывали ленточки на ветки деревьев. Бабья роща есть в Спасском районе вблизи урочища Волчьи ямы на берегу реки Пра. В лесу «Бабье поле» в Сапожковском районе, по легендам, «все деревья в основании раздвоенные, выглядят как женские ноги. И птиц там нет сроду, темно и тихо»[493]. А совсем недалеко — Бабий городок, где через старинные валы когда-то прогоняли скотину, чтобы не болела.

Знающие считали дубраву у села Шилово святым местом. «Пьяный лес» с кривыми деревьями под селом Тырново стал таким, по местным легендам, из-за сражения колдуний-вард. В Рязанской Мещёре вообще любой старый «несожанный» лес считался особенным — это, мол, «все одно, что мир нагорный, от рая кусочек оставшийся. Оттого и редко люди в лесах живут, так как выгнал Господь человека из рая и пока не для него этот мир». Ходить через такой лес побаивались — обратную дорогу можно было и не найти[494].

Священные рощи у мордвы и марийцев называются «керемети».

В Нижегородской области у деревни Марс есть памятник природы регионального значения — Марсовская священная роща. Когда-то здесь жили марийцы, удмурты и чудь. У села Новоселки находится священная роща Лукаш, в которой на вершине холма есть молельная поляна с огромным жертвенным камнем по центру. Из местных преданий и описаний этнографа Д. К. Зеленина (1878–1954), сделанных им в 1913 г., известно, что в роще отмечались эрзянские календарные праздники, обряды плодородия и общественные моления.

Этнограф-беллетрист П. И. Мельников-Печерский (1818–1983) описал священные рощи мордвы: «В лесу или роще избиралась небольшая четырехугольная ровная площадка, сажен в 20–30 длины и столько же ширины; ее огораживали, как сказано, плетнем, а иногда и высоким тыном. Загороженный таким образом кереметь имел трое ворот (орта), обращенных на восток, на юг и на север»[495].

Бабьи рощи считались «лечебными». Детей в них протаскивали через дерево с отверстием; «пронимали» через дупло или развилку; в дупле/развилке оставляли старую одежду (по поверью, вместе с болезнью). Это считалось верным средством от грыжи, испуга, полуночницы, собачьей старости