Принцип равновесия - Валерий Михайлович Гуминский

находится лесной массив. Фундамент уже залили, рабочие ждут отмашки. Не хочу давать никаких шансов для врагов с большого расстояния подсматривать за нашей жизнью. Глухой высокий забор с видеокамерами, магическими «сигналками» и хитроумными ловушками начисто отобьют желание злодеев лезть туда, где их не ждут. Мирослава полностью поддержала меня. Нападение на Журавлиху она хорошо помнит. Кирпичный забор, конечно, не панацея от нападения, но всё же усиливает обороноспособность.

А вот то, что Илья покинул усадьбу — плохо. За ним могут следить спецслужбы, а то и организовать похищение. Опять же, управляющий может послать людей от моего имени. У него есть такие полномочия.

Лора не пошла со мной к жёнам, а убежала на тренировочную площадку. Вот же неугомонная. Вроде бы девушка, а любит мужиков по земле валять. Водяной совсем испортил рыжую. Кстати, хорошо бы этого спеца заполучить. Да разве согласится князь Борис отпустить одного из лучших бойцов в Москву?

Мира, Настя и Алика нашлись в летней беседке. Они сидели в креслах и разговаривали о своём, о девичьем. Данька спал на диванчике, укрытый тёплым одеялом. Погода хорошая, уже совсем тепло, хоть до лета ещё почти месяц. Возле декоративного пруда возились двое работников, очищая поверхность воды от мусора. Благодать.

— Привет, красавицы, — я поцеловал каждую из своих женщин и сел в свободное кресло. — Есть что рассказать?

— К нам сегодня заглянули соседи, — доложила Настя. — Княгиня Мосальская, Надежда Степановна. Интересовалась, как мы устроились, всё ли нам нравится. Оказывается, она меня знает через графиню Комаровскую.

— Ну вот, и знакомые появились, — усмехнулся я. — В гости звала?

— Звала, — подтвердила Мирослава. — Но сначала нужно устроить приём в особняке, позвать всех наших соседей, а их не меньше сотни. И только потом мы можем с чистой совестью ходить по гостям.

— Девяносто шесть человек, — уточнила Алика, улыбаясь.

— А графиню Комаровскую не забыли? — мне казалось важным показать поддержку старой и одинокой женщине. Она и так из своего дома почти не выходит, показывая безразличие ко всем светским развлечениям.

— Конечно, Настя настояла, — кивнула Алика. — А ещё семья Окуневых, родители Насти и её братья. Ты же не против?

— Почему я должен противиться? — я пожал плечами. — Иначе никто не поймёт, почему нет родственников на вечеринке.

— Это не вечеринка, а статусный приём, — поправила меня Мирослава. — От него зависит, как нас воспримут жители посёлка. В идеале надо бы приобрести особняк в Москве, чтобы там устраивать встречи. Вполне может быть, что и император к нам заглянет.

— Кстати, а Долгоруких мы приглашаем? — оживился я. — Всё-таки эта усадьба — его подарок.

— Так-то желательно, но император не поедет, — задумалась Настя. — Императрица, наследник или кто-то из близких родственников вполне могут удостоить нас чести. Да, я это вариант продумывала, хотела с тобой обсудить.

— До приёма ещё достаточно времени, приглашайте, — мне мысль Насти показалась правильной. Пусть Долгорукий и лелеет мечту выкосить все потенциально опасные Роды, но не совсем же он с катушек съехал. А присутствие кого-то из правящей семьи положительно скажется на репутации Волоцких.

— Отлично, — обрадовалась Настя.

В моём кармане зазвонил телефон. Данька сонно заворочался под одеялом, и Мирослава с укором посмотрела на меня. Я вскочил с кресла и одним движением перемахнул через перила веранды, чтобы не разбудить сына. Услышал за спиной аханье и добродушно-ворчливый голос старшей жены:

— Как есть мальчишка!

Звонила Ирина.

— Колояр, я вместе с Нилом сейчас нахожусь в одной конторе, специализирующейся на поставке электронных систем слежения и дронов. Я думаю, нам всё понадобится. Но они цену заламывают.

— А оно того стоит? — расхаживая вдоль голых кустов сирени, спросил я.

— Системы хорошие, с защитой от магических атак и возможностью автономной работы без электричества. Ну и дроны… Нам не помешает десяток прикупить. Это значительно расширит возможности визуального контроля.

— Не спорю. Берите, что считаете нужным.

— А как с оплатой? У нас лимиты.

— Плевать на лимиты. Покупайте, но всё равно поторгуйтесь. Если крупный опт возьмёте, обязательно скинут, — я заметил идущую ко мне Алику и поспешил закончить беседу. — Дроны — это расходники. Берите больше.

— Я тебя поняла, — повеселела Ирина. — Пока, Яр. Скоро приедем.

Я тоже попрощался с Лапочкиной и отключил вызов. Алика видела, что я был занят разговором, поэтому не торопилась подходить.

— Что, милая?

— Ты просил меня связаться с князьями, которые имели дружеские отношения с Пронскими, — Алика вцепилась в мой локоть, и мы медленно пошли по дорожке вокруг пруда. — Конечно, я разговаривала с их секретарями, но двое из князей потом лично перезвонили. Князья Львов и Курбский дали согласие встретиться с тобой. Сегодня в девять вечера Алексей Фёдорович ждёт тебя у себя в особняке. А Курбский, к сожалению, сможет принять только на следующей неделе, в офисе на Яузском бульваре.

— Отлично, — я оживился. Мне не давало покоя прошлое Ильи Савина. Если он является хранителем очень опасных секретов, Елизаров рано или поздно может до него добраться. И как тогда я поступлю? Отдам парня на съедение или встану на защиту? Обязательно нужно подтверждение, что Савин — тот самый управляющий, служивший у Пронских. И тогда я буду знать, как мне вести себя, когда папка окажется в моих руках.

Глава 9

Князь Львов оказался человеком общительным, умел поддержать беседу, очень тонко шутил на тему взаимоотношений между аристократическими родами. Мы сидели в его кабинете уже второй час, неторопливо попивая коньяк. В качестве презента я преподнёс хозяину особняка коробку испанских сигар. Тот с удовольствием выкурил одну и одобрительно отозвался о качестве табака.

— Колояр, вы в Москве человек новый, хотя уже оставили свой след, — добродушно проговорил Львов, сидя напротив меня в мягком кресле. — Я имею в виду дуэль с Лицыным. Вы подорвали его невероятное самомнение о непобедимости. С тех пор, как он встал на ноги, дрался два или три раза, не более. Создается впечатление, что Лицын перестал искать смысл жизни в бретерстве.

— А где он сейчас, кстати? — полюбопытствовал я.

— Открыл школу фехтования на Тверской, — усмехнулся Львов. — И знаете, отбоя от учеников нету. Молодые дворяне его хорошо знают. Слава скандалиста и дуэлянта порой даёт неплохие дивиденды.