Цена бессмертия - Питер Уорд

следует проявить должную осмотрительность и убедиться в легитимности компании, прежде чем решиться на этот шаг. Но эта рекомендация кажется неверной. Если и существуют настоящие клиники стволовых клеток, их почти невозможно отличить от мошеннических и опасных. Как же тогда имморталисту подобрать метод лечения стволовыми клетками, который поможет ему еще немного приблизиться к скорости убегания?

– Нет никаких доказательств того, что какой-либо вид терапии стволовыми клетками, доступный людям, увеличивает продолжительность жизни здорового человека, – сказал мне Моррисон. – Существуют некоторые виды такой терапии, особенно связанные с кровеносной системой, которые могут способствовать тому, что люди будут жить дольше, если у них нарушена функция иммунной системы или если это больные с определенной формой лейкемии. Но может ли терапия стволовыми клетками удлинить жизнь нормального человека? Нет никаких подтверждений этого.

Другие ученые пошли еще дальше Моррисона. «Я считаю неэтичным брать с пациентов деньги за лечение подобными непроверенными методами и давать ложные надежды», – сказал Пол С. Кнопфлер, исследователь стволовых клеток из Калифорнийского университета в Дэвисе, в интервью The New York Times в 2019 году[249]. В лабораториях по всему миру ученые пытаются выяснить, может ли настоящая терапия стволовыми клетками обладать антивозрастными свойствами, но результаты их работы пока скромные.

– На мой взгляд, улучшения, которые мы, вероятно, получим в результате этих исследований, сравнимы с тем, чего можно достичь, ведя здоровый образ жизни. Не курите, не ешьте слишком много, занимайтесь спортом, заботьтесь о себе, и вы уже сейчас сможете достичь того, что надеются получить благодаря этим исследованиям, – сказал Моррисон.

Между тем ученые и исследователи, занимающиеся непосредственно научно-исследовательской работой, все больше обеспокоены влиянием таких компаний на данную отрасль и формированием ее отрицательного имиджа. Энтони Атала, биоинженер, уролог и хирург-педиатр, а также директор-основатель Института регенеративной медицины Уэйк Форест, рассказал мне, что всегда старательно соблюдает правила FDA и считает их жизненно важными.

– Это просто вопрос расстановки точек над i и черточек над t: да, конечно, требуется больше работы, чтобы провести все материалы через FDA, но на это есть веские причины, – сказал он. – Они действительно хотят убедиться в безопасности того, что вы делаете, и с этим не поспоришь. Если вы вводите что-то в организм пациента, вы должны быть уверены, что не навредите ему. Мы продолжаем продвигать эти технологии и совершенствовать их. Это занимает больше времени, приходится делать больше работы. Но в конечном счете вы оказываете услугу пациенту, потому что предоставляете ему безопасный препарат и можете быть в этом абсолютно уверены. Кроме того, вы делаете одолжение себе, не используете короткие и легкие пути, что может обернуться против вас, когда все пойдет не так, как надо.

Многие имморталисты с нетерпением ждут, когда терапия стволовыми клетками получит одобрение регулирующих органов: они уверены, что могут побороть свои биологические часы, чтобы обеспечить себе вечную жизнь. Это приводит их к столкновению с правительственными структурами, такими как FDA, и приближает к либертарианским взглядам, упомянутыми Хоффманом. Некоторые либертарианцы считают, что FDA должно быть упразднено, и это хорошо сочетается с растущим спросом на экспериментальную медицину. По словам Моррисона, одним из ключевых элементов недавней кампании по устранению FDA стал закон «Право на попытку», который приобрел статус федерального при Дональде Трампе в 2018 году[250].

Этот закон дает смертельно больным пациентам право попробовать экспериментальные лекарства, которые не получили одобрения правительства. Ранее такие пациенты должны были обращаться в FDA для получения доступа к препаратам, которые не проходили клинические испытания и не были одобрены, и большинство этих заявок удовлетворялось. Теперь они могут полностью обойти эту систему – им нужно лишь согласие лечащего врача и производителя препарата. Закон также защищает врачей и компании от любых юридических последствий, если кто-то пострадает или погибнет. Те, кто хочет воспользоваться законом, должны доказать, что они исчерпали все другие утвержденные методы лечения. Законопроект был проведен при поддержке президента, который рассказал об этой идее в своей речи «О положении дел в стране». Во время церемонии подписания закона он сказал пациентам и их семьям: «Америка – нация борцов. Мы никогда не сдаемся, верно?» Против права на попытку выступили несколько групп, в том числе Американское онкологическое общество[251].

Комиссар FDA Скотт Готтлиб, врач и человек, переживший рак, за год до принятия законопроекта, выступая в конгрессе, выразил беспокойство: «Процесс клинических испытаний имеет решающее значение для разработки инновационных медицинских препаратов, которые могут улучшить или спасти жизнь пациентов». Он сказал, что необходим баланс между предложением пациентам новых методов лечения и обеспечением безопасности и эффективности этих методов[252]. Принятие закона почти ничего не изменило для пациентов: с 2009 года девяносто девять процентов запросов в FDA удовлетворялись в течение нескольких дней, а в некоторых экстренных случаях – по звонку[253]. Цель законопроекта, похоже, заключается в попытке политически мотивированных групп подорвать доверие к FDA и любым способам регулирования сферы здравоохранения.

– Право на попытку либо не будет иметь никакого значения, либо навредит людям, – предсказывает Шон Моррисон. – Тем не менее оно охватило всю страну, и было много людей, которые сочли его хорошим знаком. На первый взгляд неплохая идея – дать людям доступ к любой терапии, если у них серьезное заболевание. Но реальность такова, что у большинства людей нет возможности оценить, действительно ли лечение может принести им пользу или нет. В результате чего выстроилась очередь из желающих обокрасть отчаявшихся пациентов.

Терапия стволовыми клетками привлекает отчаявшихся, как ни одно другое открытие в медицине, и на то есть веские причины. Несмотря на относительную новизну, этот метод должен вызывать большой оптимизм – он открывает перспективы в лечении многих страшных заболеваний. Для многих имморталистов это представляет опасный соблазн. Сегодня в США действуют сотни грабительских клиник по лечению стволовыми клетками, и все они ждут, когда в их дверях покажется очередная жертва с вопросом об антивозрастных решениях. Все это поддерживается такими людьми, как Дэйв Эспри, который описал собственный опыт лечения стволовыми клетками в своем блоге, где он перечислил «грандиозные преимущества лечения стволовыми клетками». Они включают в себя более гладкую кожу, более долгую жизнь, гибкость и (что самое странное) увеличение размера пениса[254]. «Благодаря P-shot (инъекции стволовых клеток в половой член) вы можете увеличить длину и обхват члена на двадцать процентов, и это не шутка. В течение тридцати дней после процедуры вы должны использовать медицинскую помпу, чтобы создавать микроразрывы в пещеристом теле пениса, заживлению которых способствуют стволовые клетки», – пишет Дэйв. Я отправил статью Эспри о стволовых клетках Моррисону, и он сказал, что такие заявления «типичны для непроверенных компаний, занимающихся терапией стволовыми клетками, которые