Золотая легенда. Жития святых - Иаков Ворагинский

известному своей жестокостью — по другим источникам, это был сам царь Испании, — чтобы получить его согласие на похороны. Но он заточил учеников в темницу. Когда же на землю спустился сон, ангел Божий отворил темницу и позволил узникам убежать. Жестокий деспот, узнав об этом, послал за беглецами солдат, но когда солдаты бежали по мосту, тот рухнул, и они утонули в реке. Весть об этом дошла до тирана, и он, опасаясь за себя и свой народ, послал гонцов к ученикам, прося их вернуться, и обещал, что сделает для них все, что они попросят. Они вернулись и обратили ко Господу всех жителей города.

Услышав об этом и немало рассердившись, Лупа ответила ученикам, пришедшим к ней с согласием царя:

— Идите и возьмите волов, что пасутся у меня в горах, запрягите обоих в повозку, положите в нее тело вашего учителя и отвезите туда, где сами пожелаете вырыть ему могилу!

Но это была волчья затея, ибо царица знала, что быки дики и не приручены, что не надеть на них ярма и не ввести их в упряжь. А если даже и удастся каким-либо чудом запрячь их, то они разбегутся в разные стороны, разобьют повозку, затопчут тело и убьют самих учеников.

Но никакая мудрость не устоит против Бога! Ученики, не подозревая о коварстве Лупы, отправились в горы. По дороге на них напал огнедышащий дракон, но они встретили его святым крестом — и тварь развалилась пополам. Затем они осенили крестом и быков — они тут же стали смирными и позволили надеть на себя ярмо. Затем они погрузили на повозку тело святого Иакова, так и лежавшего в скале, и быки, хотя никто не погонял их, привезли тело прямо во дворец Лупы. Этого оказалось для царицы достаточно: придя в себя от изумления, она уверовала в Бога и стала христианкой. Царица подарила ученикам все, что они просили, отдала дворец под церковь памяти святого Иакова, щедро ее одарила и провела остаток жизни в заботах о нуждающихся.

Папа Каллист рассказывает о том, что в епархии Модены жил человек по имени Бернар, которого поймали и в цепях заточили в подземелье башни. Там он постоянно молился святому Иакову, и тот появился пред ним и сказал:

— Иди и следуй за мной в Галисию!

Апостол разрушил цепи узника и исчез. Бернар с цепями, все еще свисавшими с шеи, поднялся на верх башни и, спрыгнув на землю, не получил никакого вреда, несмотря на то что башня была высотой в шестьдесят локтей.

Беда Достопочтенный пишет, что некий человек совершил чудовищный грех, грех настолько ужасный, что епископ побоялся отпустить его. Он отправил этого человека к святому Иакову с бумагой, на которой сей грех был записан. В день празднования в честь святого грешник положил бумагу в алтаре у престола и стал молиться Иакову, чтобы тот разрешил его от греха по своему милосердию. После этого он развернул бумагу и увидел, что слова о грехе исчезли, — и возблагодарил Бога и святого Иакова, и рассказал всем о случившемся.

От Губерта Безансонского мы знаем, что около 1070 года тридцать человек из Лоррена отправились пилигримами в Компостелу к могиле святого Иакова. Все они, за исключением одного, поклялись помогать друг другу в пути. И вот один из них заболел. Остальные пилигримы четыре ночи ждали, не станет ли ему легче, а потом оставили его. Остался с беднягой лишь тот, кто не давал клятвы. К вечеру больной умер у подножия горы святого Михаила. Спутник его испугался пустынного места, темноты ночи, враждебности местного народа и присутствия мертвеца, но тут перед ним явился святой Иаков в сияющих рыцарских доспехах, успокоил его и сказал:

— Я возьму тело, а ты садись на лошадь позади меня!

Они помчались и перед рассветом прибыли в Маунт-Джой, что неподалеку от Компостелы[227] и могилы святого, совершив путешествие, обычно занимающее пятнадцать дней. Святой оставил там и мертвого, и живого, наказав выжившему читать канон святому Иакову и похоронить усопшего. А тем, кто отправился с ним в это путешествие, повелел сказать, что паломничество их напрасно, ибо они нарушили клятву. Человек исполнил веления святого и передал товарищам его слова.

Папа Каллист говорит и о том, что некий немец с сыном около 1020 года отправились пилигримами на могилу святого Иакова. Они остановились переночевать в Тулузе, и там трактирщик напоил старика и подложил ему в вещи серебряный кубок. Утром пилигримы отправились дальше, но трактирщик объявил их ворами, обвинив в краже серебряной чаши. Они сказали, что готовы понести наказание, если он найдет у них чашу, и, когда она обнаружилась, оба предстали перед магистратом.

Они были осуждены отдать все имеющееся трактирщику, а одного из них распорядились повесить. Отец хотел умереть вместо сына, а сын вместо отца, но в конце концов повешен был юноша, а отец, убитый горем, отправился к святому Иакову. Тридцать шесть дней спустя, возвращаясь обратно через Тулузу, он проехал мимо того места, где был повешен сын, и разразился горькими сетованиями. И вдруг юноша, все еще не вынутый из петли, начал утешать отца, говоря:

— Не плачь, дорогой мой отец! Мне никогда еще не было так хорошо, ибо святой Иаков принял меня на небеса и овеял небесными радостями!

Услышав это, отец побежал в город и позвал людей. Они сняли юношу с виселицы еще живым и вместо него повесили трактирщика.

Гуго Сен-Викторский рассказывает историю о пилигриме, шедшем к святому Иакову, которому по дороге явился дьявол в обличье святого и, стеная о ничтожестве своей жизни, заявил, что был бы счастлив, если бы пилигрим во имя его убил себя. Пилигрим вытащил меч и пронзил себя. Человек, у которого он гостил, заподозрил убийство и испугался за свою жизнь. Тем не менее умерший воскрес и рассказал, что, когда дьявол, склонивший его к самоубийству, потащил его душу к пыткам ада, их встретил святой Иаков, вырвал ее у дьявола, привел на Божий суд и, несмотря на обвинения дьявола, приказал пилигриму вернуться к жизни.

Аббат же Гуго из Клюни рассказывает так о молодом человеке из окрестностей Лиона, который постоянно и с большой преданностью посещал могилу святого Иакова. Однажды ночью по дороге в Компостелу он попался в ловушку разврата, и вскоре дьявол, принявший облик святого Иакова, появился перед ним на дороге и сказал:

— Знаешь ли ты, кто я?

Юноша спросил, кто же он, и дьявол ответил:

— Я святой