Золотая легенда. Жития святых - Иаков Ворагинский

Во-вторых, праздник поминает освобождение папы Александра, который шестым после Петра управлял Церковью. Папа Александр и префект города Рима Гермес, которого папа обратил в истинную веру, были посажены трибуном Квирином по разным темницам. Трибун сказал Гермесу:

— Я полагал, что ты, разумный и гордый человек, откажешься из чести быть префектом от мечтаний о другой жизни.

Гермес же ответил:

— Годы назад я тоже насмехался над этими мечтами, думал, что единственная жизнь — это та, которой мы живем сейчас.

Квирин возразил:

— Но откуда ты знаешь, что есть иная жизнь, кроме этой? Если ты мне покажешь это, и я стану верным учеником твоей веры.

— Святой Александр, которого ты держишь в оковах, мог бы научить тебя лучше, чем я, — ответил Гермес. И тогда Квирин проклял его со словами:

— Я велел тебе предоставить мне доказательства, а ты отсылаешь меня к Александру, который посажен за свои преступления! В любом случае я прикажу удвоить стражу около вас обоих, и если каким-то чудом увижу тебя с ним или его с тобой, то тогда, может быть, послушаю, чему вы учите и что говорите.

Квирин удвоил стражу. Но Гермес успел передать весть Александру. Затем, когда папа молился, к нему явился ангел и перенес его в камеру Гермеса. Когда Квирин в изумлении обнаружил их вместе, Гермес успел рассказать ему, как Александр воскресил к жизни умершего юношу, и тогда Квирин заявил Александру:

— У меня есть дочь по имени Бальбина, страдающая зобом. Если ты излечишь ее, то обещаю тебе принять твою веру.

Александр попросил его поспешить и привести девушку к нему в темницу.

— Но если ты здесь, то как я могу найти тебя в твоей темнице? — возразил Квирин.

— Поспеши же! — воскликнул Александр. — Тот, кто перенес меня сюда, вернет обратно сию же минуту!

Квирин пошел за дочерью, и они вместе отправились в темницу Александра, где и обнаружили папу, молящегося на коленях. Тем временем девушка стала истово целовать цепи узника в надежде, что он вернет ей здоровье. И Александр сказал ей:

— Дитя мое, не целуй моих оков, но постарайся найти цепи святого Петра, поцелуй их — и будешь излечена.

Тогда Квирин пошел в тюрьму, где когда-то содержался в цепях святой Петр, нашел там его оковы и принес дочери, чтобы она поцеловала их. И как только она исполнила это, немедленно была благословлена отменным здоровьем. Квирину пришлось попросить прощения у Александра, освободить его из темницы, а затем креститься вместе с домочадцами и множеством другого народа.

Впоследствии святой Александр установил празднование этого дня в первый день августа. Он также построил церковь в честь святого Петра-апостола, где с тех сохранялись его цепи. Эта церковь названа церковью Святого Петра в оковах[220]. И праздник поклонения оковам всегда привлекал в храм множество народу, выказывавшего цепям страстное почитание.

Как утверждает Беда, третьей причиной установления праздника было следующее. Император Октавиан и ставший его родственником благодаря женитьбе Антоний разделили империю между собой таким образом, что Октавиану достались Италия, Галлия и Испания на западе, а Антонию — Азия, Понт и Африка на востоке. Антоний был вздорным и похотливым человеком и, несмотря на то что был женат на сестре Октавиана, оставил ее и взял в жены Клеопатру, царицу Египта. Октавиан, оскорбленный такой выходкой, направил в Азию армию и наголову разбил Антония. Последний с Клеопатрой ускользнули от победителей, но, переполненные отчаянием, покончили с собой.

Тем временем Октавиан разрушил Египетское царство и превратил Египет в римскую провинцию. Он отправился в Александрию и лишил город его богатств, перенеся большую часть в Рим и тем самым обогатив республику настолько, что за один денарий теперь можно было купить столько, сколько раньше за четыре. Далее, поскольку Рим был истощен гражданскими войнами, он выстроил его заново, что позволило ему заявить:

— Я пришел в город кирпичный, а оставляю его мраморным.

Поскольку он сделал так много для процветания республики, то первым стал называться Августом, и его наследники также обладали этим титулом. А заодно точно так же, как это повелось после дяди Октавиана Юлия Цезаря, они стали называться цезарями. И месяц, который раньше назывался секстилием (поскольку он был шестым после марта), был переименован в август. Посему принято было поминать и чтить победу Октавиана именно в первый день августа, и римляне привыкли отмечать этот праздник вплоть до времен императора Феодосия, чье правление началось в 426 году н. э.

Евдоксия[221], дочь Феодосия и супруга императора Валентиниана, отправилась пилигримом в Иерусалим, чтобы исполнить обет, и там евреи предложили ей за очень высокую цену два звена цепи, которой святой Петр был скован в правление Ирода. Она вернулась в Рим в первый день августа и увидела, что римские язычники празднуют день поминовения языческого императора. Ей скорбно было видеть такое воздаяние почестей человеку проклятому, но она понимала, что нелегко будет отвратить народ от привычной культуры и установленных обычаев. И Евдоксия повернула дело так, что праздники продолжались, но постепенно стали прославлять святого Петра, называя этот день ad vincula. Она посоветовалась с благословенным Пелагием, тогдашним папой, и вместе они постепенно приучили народ избавиться от памяти царя нечестивых и предать его забвению, а вместо этого отмечать память князя апостолов.

Этот ход мысли устроил все партии, и Евдоксия достала цепи, привезенные из Иерусалима, и выставила их на всеобщее обозрение. Папа со своей стороны присовокупил к ним цепи, в которых апостол содержался во времена правления Нерона. И когда обе цепи положили рядом, они таинственным образом соединились, словно всегда были одной цепью. Таким образом папа и царица решили, что обожание, направленное на недостойного и проклятого язычника, лучше заменить обожанием князя апостолов. Они поместили соединившиеся цепи в церкви Святого Петра ad vincula, одарили храм особыми привилегиями и богатыми подношениями, закрепив все это указом, что день этот отныне будет праздноваться всюду. Так повествует Беда, и Сигеберт вполне с ним согласен.

Сила, заключенная в цепях, вполне явила себя в 964 году. Дьявол настолько сильно обуял одного из графов императора Оттона, что тот на глазах у всех рвал зубами свою плоть. По приказу императора графа привели к папе Иоанну, чтобы тот повелел обвить цепи святого Петра вокруг шеи несчастного. Но когда цепь легла на шею безумца, ничего не произошло. Ничего удивительного в этом не было, ибо цепь не обладала