После нас - Катерина Затула

— Никита!

Он ухмыльнулся и поправил Алису на руках. Она по-прежнему не обращала на нас внимания и увлечённо показывала за окно.

— Биби, — серьёзно сообщила Алиса.

— Да, биби, — согласился Никита, посмотрев в окно. — Красивая. Представительского класса.

Затем его взгляд снова медленно прошёлся по мне и уголок губ поднялся вверх.

— Хотя с нашей мамой ей конкурировать сложно. У мамы комплектация значительно богаче.

— Азаматов!

Он невинно приподнял брови.

— Что? Я с ребёнком обсуждаю машины.

— Ты сейчас договоришься.

Алиса снова ткнула пальчиком в окно:

— Биби!

— Вот и я говорю: биби, — серьёзно подтвердил Никита. — А мама почему-то нервничает.

Он коротко рассмеялся, но затем его взгляд снова потемнел.

— Кать, я всё-таки не железный. А ты стоишь передо мной голая, прикрывшись подушкой размером с салфетку. Поэтому иди оденься, иначе до вечера мы не дотянем.

Я невольно фыркнула и начала пятиться к выходу из гостиной, продолжая прикрываться подушкой. Уже в коридоре услышала его тихий голос:

— Иди, накинь что-нибудь… Желательно то, что легко снимается.

— Азаматов… Я тебя сейчас убью!

Я остановилась и заглянула обратно в гостиную. Никита встретил мой взгляд. Его насмешливая ухмылка вдруг стала мягче.

— Не надо меня убивать, Аверина. Оденься и возвращайся. Я завтрак заказал.

Он произнёс это так спокойно и естественно, словно подобные утра случались у нас постоянно. Я ничего не ответила. Только крепче прижала к себе подушку и скрылась в коридоре. Я закрыла дверь спальни и несколько секунд просто стояла. Пыталась понять, что вообще сейчас произошло. Ещё десять минут назад я была уверена, что Азаматов сбежал. Потом решила, что он забрал Алису. А теперь...Теперь он стоит на моей кухне, держит на руках нашу дочь, которая почему-то его уже не боится. Шутит, заказывает нам завтрак. Будто это самое обычное утро в нашей жизни.

Я медленно подошла к умывальнику и включила воду. Холодная. Отлично. Именно это мне сейчас и было нужно. Я умыла лицо, подняла голову и посмотрела в зеркало и замерла. Потому что улыбалась… Как последняя идиотка. Я сразу нахмурилась.

— Даже не начинай, Аверина.

Потому что я прекрасно знала эту улыбку. Так я улыбалась тогда, в нашем прошлом. Когда ещё верила, что у нас может быть что-то большее, чем просто секс после шести тридцати. Я отвернулась от зеркала. Нет, нельзя снова туда возвращаться. Он всё ещё тот же Азаматов. А я всё ещё та женщина, которая его... Я не дала себе договорить. Открыла шкаф и достала халат. Но мысли всё равно возвращались к одному вопросу. Зачем он остался?

Я вернулась на кухню. Никита стоял у острова, а Алиса сидела у него на руках и сосредоточенно тыкала пальчиком в экран его телефона, что-то объясняя на своём языке. Они выглядели слишком естественно вместе. Я приказала себе не думать об этом. Не искать скрытого смысла в обычной утренней картине, которой вообще не должно было существовать. Просто подошла к ним.

— Зайка, идём ко мне.

Алиса сразу потянулась навстречу, и я забрала её. Я поцеловала её в волосы и прижала к себе. А ещё поняла, что мне необходимо было чем-то заняться, лишь бы не смотреть на Никиту. Проверить подгузник, покормить, сделать всё то, что я делала каждый день последние полтора года. То, в чём я очень хорошо разбиралась. Потому что разобраться в том, что творилось сейчас у меня внутри, я не могла.

Никита молча наблюдал за мной. Я открыла холодильник.

— Если ты собираешься её кормить, то она уже ела.

Моя рука замерла на дверце.

— Что?

— Я её покормил.

Я медленно повернулась.

— Ты? Чем?

— Я нашёл в холодильнике творожок для детей, добавил туда банан. Она съела почти всё.

Это выбило меня из колеи сильнее, чем должно было. Никита говорил так спокойно. Будто он всегда стоял на моей кухне, кормил нашу дочь и ждал, когда я проснусь. Я отвернулась, закрыла холодильник и всё равно достала кастрюлю из нижнего шкафа. Никита несколько минут продолжил смотреть на меня, затем подошёл и перехватил меня за запястье. Не больно, но достаточно крепко, чтобы заставить остановиться.

— Посмотри на меня, Аверина.

Я нехотя подняла глаза.

— Что случилось? Скажи мне чётко и словами. И без твоего любимого «ничего».

—Почему ты решил, что что-то случилось?

Он невесело усмехнулся.

— Потому что пять минут назад ты смотрела на меня. А сейчас делаешь всё, чтобы этого не делать.

— Тебе кажется.

— Не кажется.

Его взгляд стал внимательнее. Прошёлся по моему лицу, словно он пытался найти ответ без слов.

— Почему ты шарахаешься от меня с того момента, как вышла из комнаты?

— Я не шарахаюсь.

— Ты даже кастрюлю достала, чтобы второй раз накормить ребёнка. Лишь бы чем-нибудь заняться.

Я отвела глаза.

— Азаматов, не придумывай.

Он не отпустил моё запястье.

— На шутки обиделась?

— Нет.

— Я не хотел тебя обидеть. Ты очень красивая женщина, Катя. Особенно голая. А я мужчина, который тебя хочет и не собирается делать вид, что не смотрит.

Несмотря ни на что, уголок моих губ дрогнул.

— Очень трогательно, Азаматов. Я почти расчувствовалась от таких тёплых слов.

— Как умею.

Он снова стал серьёзным.

— Тогда объясни мне. Потому что я явно что-то пропустил.

Сказать ему правду? Что пустая кроватка едва не довела меня до остановки сердца? Что первой мыслью было: он забрал у меня Алису? Я посмотрела на него и глубоко вдохнула, прежде чем заговорить:

— Почему ты утром меня не разбудил, сам пошёл к Алисе и унёс её? Я вообще не понимаю, как могла так проспать.

Никита несколько секунд смотрел на меня, а затем его губы дрогнули.

— Хочешь вежливый ответ или честный?

Я серьёзно посмотрела на него.

— Просто ответ, Никита.

Он наклонился немного ближе и понизил голос:

— Потому что ты мало спала, Катя. А под утро ты вырубилась у меня на груди и даже не пошевелилась, когда Алиса проснулась.

— Это не объясняет, почему ты меня не разбудил.

— Хорошо. Совсем честно? — Его взгляд медленно скользнул по моему лицу. — Ты заснула только под утро после того, как я всю ночь тебя трахал. Будить тебя через час, чтобы ты сварила Алисе кашу, было бы даже для меня слишком