История Дании с древнейших времен до начала XX века - Коллектив авторов -- История

в отличие от соседних Швеции и Норвегии, где наиболее заметное место заняли немецкие купцы. Но, безусловно, и в Дании ганзейцы держали в своих руках внешнюю торговлю всех скандинавских стран, промысловые паи, финансы и большой кредит, городское управление; они господствовали на знаменитых сионских ярмарках в Сканере и Фальстербу, ссужали королей и подкупали магнатов, могли устроить разорительную торговую блокаду и ввергнуть Север в войну. Именно у Дании в то время были наиболее сложные отношения с северонемецкими соседями — из-за Шлезвига и преобладания на Балтике.

Денежные и политические затруднения, связанные с великодержавными амбициями, побуждали датских королей использовать объединенные силы всей Скандинавии. Но позиции ее соседей — Норвегии и Швеции — были неодинаковыми.

Господствующий класс Норвегии, малочисленный и слабый, не располагал ни крупными имениями, ни замками; укреплены были лишь королевские и епископские резиденции. Страна не обладала ресурсами для содержания рыцарского войска. Постоянно нуждаясь в привозном хлебе и сбыте основных богатств страны — древесины, рыбы, масла — через немецких купцов, Норвегия не могла сломить экономическую зависимость от вендской Ганзы, которая хозяйничала в стране, подчинила себе ее порты, монополизировала вывоз рыбы. Норвегия особенно пострадала от аграрного кризиса: число крестьянских дворов сократилось почти вдвое, землевладельцы потеряли до ¾ ренты. Из 300 знатных родов сохранились или удержали свои позиции только 60. Ослабевшее норвежское государство не могло эффективно противостоять нажиму более сильных соседей.

Швеция, напротив, стала активным персонажем истории уний. Страна располагала большими культурными площадями, значительными запасами железных и медных руд. Ее дворянство было заметно богаче и многочисленнее, оно включало особенно много «скандинавских семей». Не менее половины крестьян составляли свободные мелкие собственники. Ганза не имела в Швеции таких доминирующих позиций, как в Норвегии. Значительную роль играла торговля между пограничными территориями, прежде всего через области Сконе и Халланд — «торговый перекресток», средоточие важных добывающих производств («зерно, скот, рыба), ярмарочной торговли и пошлинных поступлений. Выгоды торговли и соперничество из-за Юга Скандинавского полуострова являлись постоянными факторами политических отношений в Северной Европе того времени.

XIV век в Швеции начался политическим кризисом: раздроблением страны между сыновьями Магнуса Ладулоса, мятежами бондов, сменой правителей. Очередной король, 3-летний Магнус Эрикссон (1319—1363) унаследовал также корону Норвегии (1319—1355), т.е. обе страны на три с лишним десятилетия соединились в персонально-династическую унию. Получение Магнусом II в залог Сконе и Халланда (1332—1360) позволило на время присоединить к этой унии и часть датских территорий. Ведя сложную игру с Ганзой, Магнус Эрикссон расплачивался с ней (как позднее и Маргрета Датская) широкими привилегиями в Норвегии. Поэтому норвежцы разорвали унию с Магнусом и избрали королем его второго сына Хокона Магнуссона (1355—1380), брак которого с Маргретой сулил уже тройственную унию. Но на сей раз отступили шведские аристократы: союз с Данией в победоносные для нее годы показался им опасным, и они пригласили на престол Швеции Альбрехта Мекленбургского (1364—1389). Но он не оправдал надежд местной знати, так как повел курс на усиление короны, предпочитая опираться на соотечественников-немцев. В результате шведская знать снова обратилась к идее унии.

В такой обстановке умер король Хокон. Его сын Олаф наследовал трон Норвегии вместе с принадлежащими ей островами (1380—1387); за мальчика правила, конечно, Маргрета. Так образовалась датско-норвежская уния, просуществовавшая 400 лет. Опираясь на недовольство шведской знати королем-чужестранцем и апеллируя к тому, что Олаф — единственный законный потомок Фолькунгов скандинавского происхождения, Маргрета присвоила подрастающему сыну титул «законный наследник Швеции», присоединив его к титулам «король Дании, король Норвегии» (1385). Теперь наметилась уже тройственная уния скандинавских государств.

Между тем Альбрехт возмутил шведских аристократов — в связи с возникшим в 1386 г. «делом» их богатейшего лидера Бу Йонссона (Грипа), который владел чуть ли не половиной фрэльсовой земли страны. Он скончался, оставив малых детей и завещав опеку над своим огромным состоянием группе магнатов. Однако король Альбрехт презрел это завещание и вознамерился присвоить его владения. И шведские господа попросили Маргрету о помощи.

Но через год в Сконе после краткой болезни скончался юный король Олаф. Маргрета стала управлять «за своего сына». Ее права были, конечно, сомнительными. Поэтому датская знать на сконском ландстинге объявила ее не королевой, а «[благородной] госпожой Дании, распорядительницей и полноправной опекуншей государства». В феврале 1388 г. риксрод Норвегии, а в марте риксрод Швеции также признали Маргрету правительницей своих стран. Маргрета не только окончательно реализовала и юридически оформила унию, но и сформировала ее общую политику, следуя принципу своего отца Вальдемара IV Аттердага — всегда стремиться к главенству Дании.

Правительница решительно вступила в войну с Альбрехтом. В 1389 г. его армий у Фальчёпинга была разгромлена, сам он с сыном и многими рыцарями оказался в плену. Впоследствии, выкупившись из плена за 60 тысяч марок серебром, Альбрехт обосновался на Готланде и стал пиратствовать на Балтике. Затем последовало освобождение от мекленбуржцев всей Швеции. Последним — после отречения Альбрехта от престола — свою покорность Маргрете выразил Стокгольм, с его немецким гарнизоном и немецкими гильдиями. Не отступали лишь мекленбургские ганзейские города Висмар и Росток. Война продолжалась до середины 90-х годов.

Между тем внучатый племянник Маргреты Эрик Померанский (внук ее сестры Ингеборг), едва достигший восьми лет, хлопотами правительницы был признан королем Норвегии (1389), затем Дании — как Эрик VII и Швеции — как Эрик XIII (1396).

Заключение унии

В 1397 г. Маргрета с 15-летним Эриком прибыла в Кальмар — важный шведский торговый город, порт и крепость. Туда же приехали 133 датских рыцаря, до полусотни членов риксрода и господ из Швеции и Норвегии. Состоялась тожественная коронация Эрика как общескандинавского государя.

Скандинавское триединство — огромная политическая сила европейского Севера — реализовалось. Под властью датского государя оказались Дания (со Сконе, Халландом и Блекинге), Швеция с финскими землями и Норвегия с Исландией, Гренландией и Фарерами. При этом каждая страна надеялась решить свои особые задачи. Дания рассчитывала использовать общие усилия и ресурсы унии, чтобы проводить свою великодержавную политику. Значительная часть шведской аристократии надеялась при общем короле сосредоточить государственное управление в своих руках: это были «скандинавские семьи юга, знать районов озера Меларен а также епископы. Продатской партии противостояла группировка господ, более связанных с балтийской торговлей и Ганзой, но в то время эта последняя партия была слабее. Впрочем, «продатская и прошведская» партии отличалась одинаково аристократическим составом; столкновения между ними и в период разработки унии, и на ее протяжении не имели принципиальной национальной основы, а определялись скорее особенностями отдельных шведских областей и групп дворянства.

Наименьший энтузиазм уния вызывала у Норвегии, которая к тому времени