Волшебный рог мальчика. Старинные немецкие песни, собранные Ахимом фон Арнимом и Клеменсом Брентано - Коллектив авторов

class="v">И вечер тот нескучный

Надежду заронил.

На арфе заиграла

Она мотив живой,

Толпа с мест повскакала

От музыки такой

И лихо в пляс пустилась.

Пока весь двор кутил,

На небе тьма сгустилась,

Письмо граф получил.

Его жена прислала

Отказ ему в ответ,

В письме не пожелала

Спасти его от бед:

К язычникам в позоре

Она не поплывет.

Граф понял, что он вскоре

В мучениях умрет.

День новый наступает,

Жена все при дворе.

Его она встречает

На утренней заре.

Вдоль крепости к супругу

Спешит она тайком,

А он, приросши к плугу,

Не ведает о том.

От той печальной встречи

Была она в слезах,

Лег тяжестью на плечи

Беспомощности страх.

Но что грустить без цели?

Играла всякий час,

Летели дни, недели,

Пускались гости в пляс.

За службу царь такую

Монаха наградил.

Корону дал златую

И яства предложил:

«Ешь, что душе угодно,

Будь пьян, монах, и сыт».

Монах же благородно:

«Мне орден не велит».

Монах оборонялся:

«Мне деньги не нужны,

Я ими не прельщался,

Они греха полны.

Не любим мы от века

Богатства тлен и прах.

Мне дайте человека,

Что пашет на полях».

И царь готов услугу

Такую оказать.

Был граф спасен от плуга,

Свободным стал опять.

Царь графа отпускает

С улыбкой на устах

И молвит, пусть он знает,

Что спас его монах.

Супруга в путь обратный

Спешит скорей уплыть,

А граф все подвиг ратный

Мечтает совершить.

Но денег больше нету,

А на призыв немой

Никто не даст монету —

И граф плывет домой.

Домой он приплывает

Последним бедняком.

Жена тепло встречает,

Проводит его в дом.

«Тебе писал я в горе,

Измаявшись от бед,

Но ты пуститься в море

Не захотела вслед».

Жена в ответ учтиво:

«Вы правы, господин,

Мне написать смогли вы

О тяжести кручин.

Мне ваша боль знакома,

Хоть я вам не мила,

Но я послу чужому

Поверить не могла».

День новый наступает,

И граф зовет друзей,

И каждый порицает

Жену в душе своей.

О том, что уезжала

Она спасти его,

Компания не знала

Друзей тех ничего.

Жена скорей вскочила,

Ушла из-за стола

И рясу нацепила,

В какой тогда была,

Взяла и арфу в руки —

К ним вышла в виде том,

В каком средь горькой муки

Играла пред царем.

Те звуки услыхали

Друзья все за столом

И теплый оказали

Игравшему прием.

Граф, музыки ценитель,

Сказал своим друзьям:

«А вот и мой спаситель,

Его я встретил там».

И тут жена открылась:

«Вы правы, господин,

Царь оказал нам милость,

Избавив от кручин.

Сказал, вас отпуская

С улыбкой на устах:

«Пускай живет он, зная,

Что спас его монах».

Друзья, бледнее тени,

Стыд осознали свой

И встали на колени

Скорей перед женой.

Был всякий друг известью

Такому очень рад.

Ах, верностью и честью

Мужья не дорожат!

Три зимних розы

Из «Изящного альманаха»

Раз ехал рыцарь со слугой

По утреннему лугу.

Кого ж он видит пред собой?

Прекрасную подругу.

«Привет, красавица моя,

Избранница земная,

Сегодня будешь ты моя,

Как ляжет тень ночная».

«Ах нет, с тобой не стану спать,

Коль не сорвешь три розы,

Они сумели устоять

И в лютые морозы».

Вскочил скорее он в седло

И быстро удалился.

Хоть снегу много намело,

С цветами воротился.

Три розы он под корешок

Сорвал своей рукою,

Изящно ей вручил, как мог,

Сокровище такое.

Увидев чудные цветы,

Она лишь улыбнулась:

«О, розы дивной красоты,

Я в вас не обманулась?»

«Мы неспособны на обман,

То скоро прояснится,

Когда на целый год твой стан

Ребенком округлится».

«Ах, лучше сжальтесь надо мной,

Ведь я лишь на полночи

Забыла прежний свой покой

И не смыкала очи».

«Не сетуй, милое дитя,

Останемся мы вместе,

И счастье к нам, с небес придя,

Тебе прибавит чести», —

Так рыцарь добрый обещал,

Но был горняк проворней.

Так наливай вина бокал

Взамен водицы горной!

Постоянный жених

Листовка

Андреас, мой святой патрон,

Мужа дай, тебя молю!

Пусть мой зов тебе смешон,

Старость ты призри мою.

Можно или будет сложно? – Можно.

Дашь мне мужа? Красота!

Постоянным будет он?

Будем верною четой?

Или он другой пленен,

А со мною лишь на время? – Всеми.

Всеми? Что-то тут не так!

А собою он красив?

Он богач или бедняк?

Робок или горделив?

Будет он мне долго парой? – Старый.

Старый? Но, наверно, мил?

Ну, скажи-ка мне скорей,

А добра-то он нажил?

Кто среди его друзей?

Знать, друзья его неглупы? – Трупы.

Трупы? Значит, богачи!

Ну, а где же его дом?

Есть ли кухня у печи,

Сколько комнат в