Магазин волшебных питомцев 5 - Сергей Шиленко

250–300 кг: не более 7 ягод. Превышение дозы чревато когнитивной перегрузкой и мигренью. У осла. Вы готовы к тому, что ваш ишак будет жаловаться на головную боль?

Примечание: Поумнение не гарантировано. Но мы искренне болеем за вашего подопечного.

— Принято.

Я развязал мешочек и высыпал на ладонь семь крупных, тёмно-синих ягод. Бросил их в чашу и размешал. Они утонули в светящейся массе, как жемчужины в песке.

Растительная основа готова. Теперь осталось самое интересное: добавить животные компоненты и запустить процесс тысячей единиц маны.

— Ну что, гурман, твой салат «Цезарь» почти готов. Осталось заправить соусом «Крылья Грифона».

Подошёл к ослу, который с любопытством следил за моими приготовлениями, и положил руку ему на холку.

— Не бойся, парень. Исчезнешь на пару минут, даже не заметишь.

Короткий ментальный импульс, и пространство, где только что стояло животное, схлопнулось. Следующая вспышка заставила вместо него появиться другое существо. Грифон недовольно качнул головой и мигнул третьим веком.

Сейчас он казался крупнее, чем в ночном лесу. Потому что занял всё место. Размах крыльев не позволял ему даже полностью их расправить в узком помещении. Голова с массивным клювом наклонилась. Янтарные глаза озирались по сторонам с откровенным отвращением.

— Клэ-эк!

Недовольный клёкот, полный царственного возмущения. «Что за курятник⁈» — читалось в его взгляде.

— Тихо-тихо, — я подошёл и без страха провёл ладонью по его мощной груди, покрытой густыми перьями. — Знаю, тесно. Сам вижу. Но мы это скоро исправим. И ты, кстати, можешь помочь.

Грифон склонил голову, а я перебрал пальцами перья.

— Мне нужно одно перо, — продолжил я, воркуя, как с капризным ребёнком. — Совсем маленькое. Взамен я обещаю тебе самое лучшее гнездо, какое только можно создать человеческими культяпками. Мягкое, просторное, с подогревом.

Грифон громко крикнул и тряхнул головой. Идея ощипывания ему явно не нравилась. Но образ гнезда зацепил. Он представил себе уют, тепло и безопасность. После короткого раздумья зверь издал тихий горловой звук. Согласие.

— Спасибо, дружище.

Выбрал небольшое пуховое пёрышко, идеально ровное, почти белёсое. Ухватился за основание двумя пальцами и резко дёрнул. Грифон вздрогнул всем немаленьким телом и снова недовольно клёкотнул.

— Всё, всё, больше не буду, — я похлопал его по груди и, не теряя времени, отправил обратно в Питомник. Стало просторно и тихо.

Убрав драгоценное перо в пакетик, отодвинул задвижку и вышел из подсобки. Между женщинами продолжался оживлённый разговор. Хмельникова всплеснула руками.

— Точно! День Пробуждения в Академии! Борис — почётный гость! А ты, Стасенька, наверное, как студентка будешь?

— Да, профессор Звенигородская пригласила меня помогать с показом питомцев.

Я прошмыгнул мимо них в процедурную. Там, в своём террариуме, мирно спал Сумеречный Аспид, свернувшись клубком. Подошёл ближе и осмотрел дно. На подстилке из листов бумаги, прямо у стеклянной стенки, лежала крохотная чешуйка. Чёрная, с серебристой прожилкой. То, что нужно.

Сдвинул крышку — дракончик тут же поднял серебристый клюв. Блестящие глаза уставились на меня с детским любопытством. Раздвоенный хвост вильнул.

— Спи дальше, мелкий, — я протянул палец и провёл по гладкой спинке. Аспид податливо выгнулся навстречу прикосновению. По серебристым полоскам вдоль боков прокатилась волна тусклого сияния.

Подобрал чешуйку и поднёс к глазам. Грань переливалась, как осколок витража. Какой талант достанется от него ослу?

Скорость? Сила?

А что ещё ему привить?

Мне нужно что-то… эффектное. Что-то, что заставит олигарха Хмельникова не просто заплатить, а ахнуть от восторга. И тут в голове родилась идея. Дерзкая, абсурдная и оттого совершенно гениальная.

Вернулся в торговый зал.

Елена Борисовна с видом заинтересованной меценатки рассматривала медный прибор Стаси, а та вдохновенно объясняла принцип работы резонансного контура, водя пальцем по корпусу. Тоша дремал у ног хозяйки. Коша невозмутимо вылизывал бок. Архимед сидел на прилавке и комментировал:

— Физика! Кванты! Эйнштейн! Птичка не понимает, но одобр-р-ряет!

— Просто невероятно! — кивала Хмельникова. — Это твоё устройство, Стасенька, оно и правда может найти затерянные сокровища?

— Теоретически, если сокровище имеет остаточный магический фон, то да! Но основная задача…

— Сокр-р-ровища! — тут же перебил Архимед. — Золото! Пиастр-р-ры! Архимед в доле!

— Отец наверняка очень тобой гордится. — Елена Борисовна вернула аппарат девушке.

Стася тяжело вздохнула и опустила глаза.

— Папа всегда недоволен, когда я занимаюсь чем-то, что не связано с семейным бизнесом. Я на артефакторику без его одобрения поступила…

Хмельникова почувствовала, что наступила на любимую мозоль, и спешно решила сменить тему:

— А покажи, как именно работает твой стабилизатор.

Стася оживилась и начала крутить ручку на боковине корпуса, а Елена Борисовна, подавшись вперёд, рассматривала россыпь крошечных рун.

Я прошёл к стеллажу, где на средней полке, между пакетом собачьего корма и когтеточкой, неподвижно стояла каменная фигурка Гоши. Малая Моховая Гаргулья в дневном режиме окаменения выглядела как дешёвая декоративная статуэтка. Ни один покупатель в жизни не заподозрил бы, что эта штуковина живая.

Достал нож и, удерживая фигурку одной рукой, начал скрести по плечу гаргульи. Елена Борисовна оторвалась от прибора Стаси и удивлённо спросила:

— Денис Валерьевич, что вы делаете?

С тихим скрежетом из-под лезвия посыпалась серая пыль. Я подставил прозрачный пакетик и собрал туда около чайной ложки.

— Не обращайте внимания. Производственная необходимость.

— Геолог! — авторитетно заявил Архимед. — Каменотёс! Шахтёр! Кирку ему!

Стася прыснула в кулак. Елена Борисовна неуверенно улыбнулась, решив, видимо, что странности мага-приручителя — это профессиональная специфика, с которой лучше не спорить.

Я спрятал пакетик в карман и уже собирался нырнуть обратно в подсобку, как вдруг раздался тонкий жалобный писк.

Пушок на коленях Хмельниковой приподнял голову с витым рогом и задрожал. Фиолетовые глаза кролорога остекленели. Малыш явно почуял что-то, от чего ему стало нехорошо. Крылышки судорожно раскрылись и захлопали.

Он спрыгнул с колен хозяйки. Елена Борисовна ахнула и потянулась за ним, но Пушок метнулся под потолок.

Стасин прибор тихо гудел. Медный корпус слабо вибрировал, испуская некие магические колебания. Остальные звери никак не отреагировали, но для чувствительного кролорога это послужило каким-то раздражителем.

Пушок задел лапкой стойку с поводками, крючки звякнули. Нырнул за стеллаж с кормами и снова вылетел на открытое пространство. Его крылья не созданы для серьёзных перелётов. Он хаотично метался в воздухе, сшибая с полок баночки с витаминами и минеральными добавками.

— Пушок! Милый, вернись! — вскрикнула Елена Борисовна, вскакивая на ноги.

Тоша заинтересовался суматохой и поднял голову. Раздвоенный язык уловил запах паники. Варан тяжело развернулся в