После развода. Право на тебя - Натали Нил

— уже взрослые люди. Воспитывать тебя уже поздно. Мы с Ингой — простые люди и тягаться с тобой не можем. Но хочу, чтобы ты знал. Если ещё раз моя дочь из-за тебя не то, что на больничной койке окажется, а просто заплачет… Я справедливости искать не буду. Я просто найду способ пристрелить тебя.

Эльдар кивает:

— Понял.

— Вот и хорошо.

Только сейчас папа опускается на стул. Мама молча поднимается, достаёт чашку и ставит перед Эльдаром. И только сейчас я чувствую, как отпускает напряжение в мышцах рук. Я до сих пор сжимала пальцами столешницу, даже не замечая этого…

Глава 65

В салоне джипа пахнет дорогой кожей и сиренью, звучит спокойная музыка. Эльдар ведёт машину и улыбается, будто знает что-то смешное, о чём не собирается рассказывать. А я смотрю на его руки на руле — широкие ладони, спокойная хватка, никакого напряжения. И ведёт он спокойно, расслабленно… Хотя это вовсе не в его характере. Эльдар — это всегда скорость и контроль. А сейчас едет и улыбается, как человек, у которого всё получилось.

— Чему улыбаешься? — не выдерживаю я.

Он скашивает на меня взгляд.

— Думал, с твоими родителями хуже будет. Считай, обошёлся малой кровью — всего лишь пообещали пристрелить. Но это не страшно. Я знаю одного очень классного хирурга.

Хмыкаю. Смотрю в окно на людей на тротуарах. Потом всё-таки спрашиваю — то, о чём думаю уже давно:

— Кстати. Кто в тебя стрелял?

Пауза. Совсем короткая, но я её замечаю. Лицо Эльдара темнеет. Улыбка уходит.

— Есть вещи, о которых не стоит знать, Марта. Просто разборки. Больше такого не будет. Я избавился от этой части своего дела. Не хочу, чтобы ты за меня переживала. Больше никакого даже серого бизнеса. Свой первый миллион я уже давно заработал.

— С чего ты взял, что я за тебя переживаю?

Эльдар тихо смеётся, кивает.

— Хорошо. Скажу по-другому. Я за тебя переживаю. Хочу, чтобы ты жила в безопасности… И была счастлива рядом со мной.

Эльдар протягивает руку, берёт мою ладонь и подносит к лицу. Я чувствую, как тёплые губы касаются кожи.

— Милая, я всё сделаю, чтобы ты улыбалась.

Забираю руку и отворачиваюсь к окну, пряча улыбку. Красивые слова, но мне нравится их слышать.

Машина тормозит у подъезда. Эльдар глушит мотор, смотрит с прищуром:

— Я поднимусь?

Но я качаю головой:

— Не сегодня. Я устала.

Он не отвечает сразу. Смотрит вперёд, на тёмный двор, и я вижу, как чуть напрягается скула. Недоволен. Но когда оборачивается — на лице уже ничего, только ровная полуулыбка.

— Хорошо, дорогая. Отдыхай.

Я уже тянусь к ручке двери, но всё же интересуюсь:

— Ты сейчас куда?

— В клуб, — пожимает плечами. — Потом домой.

Его клуб… Сеть клубов. Это то, что мне не нравится. И то, от чего Эльдар не хочет отказываться.

Толкаю дверцу и выхожу в холод вечера.

— Марта…

Наклоняюсь.

— Я люблю тебя, детка.

Смотрю на него секунду — на чисто выбритое лицо, на тёмные глаза, в которых нет ни капли игры. Он всегда серьёзно говорит о любви.

Киваю и захлопываю дверь.

Иду к подъезду, не оглядываясь. Слышу, что он не заводит мотор, ждёт, пока я скроюсь за дверью подъезда. Он всегда так делает.

В кабине лифта прислоняюсь спиной к холодной стенке и закрываю глаза.

Я люблю тебя, детка.

В последний месяц Эльдар проявлял ангельское терпение. Мы пробуем. Но именно пробуем. Все его попытки на близость я пресекала на корню. Хотя каждый раз потом приходилось принимать прохладный душ. Моё тело реагирует на него, и контролировать это я не могу. Не знаю, кого мучаю больше — его или себя.

Я успела переодеться в домашний костюм, когда в дверь позвонили. За дверью — Камал. За последний месяц он стал частым гостем у меня.

— Доброго вечера, Марта Игоревна! — белозубая улыбка освещает молодое лицо. — Эльдар Тагирович приказали передать, — он протягивает мне пакет.

Спорить бесполезно. Благодарю и принимаю посылку. На кухне выставляю на стол судочки: нарезка рыбная, нарезка мясная, фирменный салат клуба, мой любимый десерт. Да, Эльдар умеет ухаживать. Вернее, заботиться.

Я терпеть не могу готовить. Да и некогда мне. После операций я иногда тело еле до постели дотаскиваю. Эльдар взял всё в свои руки. Теперь у меня холодильник всегда забит готовой едой. Сначала я протестовала, а потом оценила удобство и перестала брыкаться. Хочет? Пусть балует. Он мне до конца жизни должен.

Засунув всё в холодильник, я пошла в зал и выловила из шкатулки пулю, что достала тогда из груди Эльдара. Села в кресло и прикусила губу. Гладкий металл холодит пальцы. Маленький кусок металла, который мог оборвать жизнь. Если бы Эльдара привезли не ко мне… Прикрыв глаза, зажимаю в кулаке пулю и выдыхаю. Хватит, Марта. Оставь прошлое прошлому. Чего ты хочешь прямо сейчас? Давай, смелее. Только честно…

Тянусь за телефоном. Эльдар отвечает на третьем гудке. Фоном звучит музыка, весёлые голоса. Он ещё в клубе.

— Да, милая. Тебе что-то не понравилось из доставки?

Усмехаюсь. Он уже привык, что если я звоню, то по делу. Никогда просто так.

— Нет. Мне всё понравилось. Спасибо…

— Хорошо, — в голосе появляются бархатные нотки. Он доволен, что угодил.

Я делаю паузу, прежде чем сказать то, что говорю.

— Эльдар, я… не могу заснуть.

Теперь пауза с той стороны. Наконец, он отмирает:

— Буду через пятнадцать минут.

Пока он едет, застилаю постель свежим комплектом белья. Внутри что-то тихо дрожит от принятого решения.

Меняю домашний костюм на пеньюар нежно розового цвета. Он делает меня моложе и свежее. Под него — комплект аппетитного кружевного белья, купленного неделю назад. Распускаю волосы по плечам.

Смотрю на себя в зеркало и замечаю едва заметный румянец. Покусываю губы, чтобы они стали красные, и усмехаюсь. Глаза блестят — и я не знаю, что с этим делать. Волнуюсь, как девчонка перед первым свиданием… Наверное, я и есть сегодня та самая девчонка.

Эльдар звонит коротко. Я открываю и отступаю. У него в руках ведёрко со льдом, из которого торчит горлышко шампанского. Его глаза расширяются, когда он видит меня в полном амурном камуфляже. Не глядя, ему удаётся поставить ведёрко на комод.

— Марта… — он ослабляет галстук и делает шаг ко мне — медленно,