Сбеги от меня, если сможешь - Кристина Майер

- Ладно, мы пойдем, нам ещё до дома добираться, - завершает эту нелепую сцену отец.

- До встречи, - прощается Кориков, салютуя полупустым стаканом с коньяком.

Отправляю с родителями большую часть охраны, что весь этот вечер незримо держала особняк Кориковых в оцеплении.

- Будь осторожен, - просит отец, недовольно косясь на две машины охраны, которые едут со мной.

Как я и предполагал, сегодня в меня никто стрелять не стал. Кориков решил не портить свой юбилей возможным неудавшимся покушением. А может, просто не нашел новых исполнителей. Взять такой заказ - подписать смертный приговор… и не только себе. Многие наемники это понимают, поэтому не берутся за заказ, боятся мести отца.

- Приезжаю на конспиративную дачу глубоко за полночь. Заглядываю к Хакиму, он до сих пор в медикаментозном сне. Док уверяет, что все под контролем и отправляет меня спать.

Поднимаюсь в нашу с Ледышкой комнату. Мне, словно воздух нужно ее увидеть. Нахожу ее спящую в кресле. Мне нужно в душ, но я решаю сначала перенести ее в постель. Подхватываю аккуратно на руки, но все равно бужу. Испугавшись, она вскрикивает.

- Это я…

- Илай! - обнимает за шею, но ее радость быстро тухнет. Она отстраняется и зло фыркает: - От тебя воняет Силиной! - я даже в темноте вижу, как вспыхивают злостью ее глаза. Моя дикая кошка выпускает коготки, лупит меня кулаками и ругается: - Как тебе верить, если ты мне врешь!

- Я тебе не врал! - рявкаю я.

- Я слышала разговор охранников, покушались на тебя, а не на Хакима! Ты мне солгал! Если врешь в одном, значит, врешь и в другом!

- Я никого не трахаю, Ледышка. Тебя хочу, но ты не даешь. У меня скоро яйца взорвутся, - возвращает меня в кресло. Хватает руку и прикладывает к своей натянутой ширинке. - Похоже, что я сегодня кого-то трахал?!

Глава 54

Глава 54

Мелина

Состояние Хакима остается тяжелым. После долгих упрашиваний, меня пустили к нему на две минуты. Я наивно верила, что услышав мой голос, он откроет глаза, на деле не смогла выдавить ни звука. Увидев его такого бледного и обездвиженного, я расплакалась.

- Нечего по живым слёзы лить! Давай, иди отсюда, - получила нагоняй от врача, вернулась в спальню, где меня ждало кресло с пледом.

За серым пасмурным окном шел дождь со снегом. Картина за окном отражала мое настроение. Я извелась. Извелась от тревог и переживаний. Одна в чужом доме. Ни общения, ни друзей, ни Илая. Я каждую минуту боялась, что с ним может случиться беда. День сменился вечером, вечер ночью.

Спустившись на кухню за чаем, я не стала включать свет. Щелкнув по кнопке чайника, отошла к окну. Открыла створку, чтобы запустить свежий воздух…

- … я Хакима ещё больше зауважал… - услышав разговор охранников, застыла на месте.

- Если бы не Хаким, мы бы сейчас хоронили младшего Ледовского, - голоса охранников отдалялись, но услышанного было достаточно, чтобы в моей душе застыл холод.

Он меня обманул! Сказал, что его не было с Хакимом! Его могли убить…Эта мысль на репите крутилась в голове, не отпуская не на секунду. На автомате заварив чашку чая, поднимаюсь к себе. Беру в руки телефон, чтобы набрать Илаю, но покрутив его в руке, откладываю в сторону. Боюсь отвлечь или помешать. Главное, чтобы он вернулся живым домой, а поговорить мы успеем.

Выпив травяной чай прямо в кресле, я поленилась спускать чашку на кухню, оставила на подоконнике, решив отнести позже. Боялась пропустить возвращение Илая, он обещал приехать ночевать. Ждала… смотрела на часы каждые несколько минут, горела в ревности и страхе за него, а ещё боролась со сном. Боролось со сном несколько часов, но всё-таки уступила и сдалась. Веки потяжелели настолько, что я просто не смогла их поднять.

Пробуждение было неожиданным и пугающим. Я не успела взять чувства и эмоции под контроль, выплеснула на Илая весь тот компот, в котором варилась последние несколько часов и даже несколько раз ударила. Во мне лавой кипели ревность и страх, я боялась его потерять.

Обвиняя Илая во лжи, я кричала, что он мне изменяет! Вновь мои сомнения выплеснулись наружу.

- Я никого не трахаю, Ледышка! - в ответ нервно произносит Илай. - Тебя хочу, но ты не даешь. У меня скоро яйца взорвутся, - возвращает меня обратно в кресло. Хватает руку и прикладывает к своей натянутой ширинке. - Похоже, что я сегодня кого-то трахал?! - требуя ответа, последнюю фразу повторяет два раза.

Наша ссора меняет тональность, словно по щелчку. В воздухе продолжает искрить. Мы заземляемся на клочке поля наэлектризованного сексуальной энергией. Взгляды скрещиваются. Моя рука сжимается на его паху. Он это чувствует. Я наблюдаю, как меняется дыхание Илая, как темнеет его взгляд.

- Тормози, Ледышка, - едва заметно мотнув головой, просит Илай. Его голос режет мои нервы низкой хрипотцой. По коже бегут мурашки. - Я не остановлюсь, если ты не уберешь руку, - предупреждает Ледовский. Он такой серьезный и напряженный, у меня просто дыхание перехватывает от такого Илая.

От волнения сбивается дыхание, пальцы немного подрагивают, но глядя прямо в глаза Илая, я транслирую свое согласие.

- Ледышка… я не дам тебе передумать, - рычит он, подхватывая меня с кресла. - Сначала душ, - командует он, унося меня в ванную комнату.

- Я уже была в душе, - слабо сопротивляюсь, когда Илай начинает срывать с меня одежду.

- Нет, Ледышка, ты не передумаешь, - неправильно истолковывает мое вялое сопротивление, прижимает к кабинке душевой и смачно целует в губы.

Включает воду, первые холодные капли воды обжигают кожу, я вздрагиваю и пищу. Согревает меня Илай. Его тело не только крепкое, но и горячее.

- Это нам не понадобится, - демонстрируя внушительную эрекцию, стягивает с себя боксеры. Следом слетают мои трусы и бюстгальтер. Наши влажные тела трутся друг об друга.

Ледовский умудряется одной рукой вылить на себя половину флакона геля для душа. Не выпуская меня из поля зрения, быстро намыливается. Я залипаю, когда он проводит мыльной ладонью по эрегированному члену.

- Потрогай, - заметив мой интерес, командует Илай.

Пока я набираюсь смелости, он сам перехватывает мою ладонь и кладет