Ассистентка по найму - Адриана Максимова

– Дорогая Джулия, вы не представляете, как помогаете мне, – вместо приветствия проговорил капитан Лейка.

– Добрый день, дама Солер, – сухо поздоровался Клод, избегая смотреть на девушку.

– Здравствуйте, лорд Аверилл, – холодно ответила Джулия, садясь за руль. Обернулась к капитану Лейка и протянула ему газету. – Вам может быть интересно.

Клод опередил капитана и принялся ее просматривать.

– Простите, – пробормотал он, покосившись на капитана. – Просто мне не терпится быть в курсе новостей.

– Понимаю. Тогда кажется, что все контролируешь и жить становится проще, – поддакнул капитан Лейка. – Но это не совсем так, лорд Аверилл. Вернее, это совсем не так.

Клод молча передал ему газету и стал смотреть в окно.

– Вы когда-нибудь прежде слышали имя Яго? – спросила Джулия.

– Не помню. Но вроде что-то знакомое, – хмуря брови, ответил Клод.

– Не самое распространенное имя в наших краях, – заметил капитан Лейка. – Насколько я помню, это псевдоним некоего художника.

– И почему я не удивлен? – пробормотал Клод.

– Приехали, – сообщила Джулия, остановив автомобиль.

Клод выскочил из салона первым, словно ему там было неприятно находиться. Поправил костюм и откинул назад светлые пряди волос. Капитан с трудом выбрался и вопросительно посмотрел на Джулию.

– Разве вы не с нами?

Джулия, которая считала, что ей в полиции сейчас делать нечего, засуетилась.

– Да, конечно, – ответила она и, бросив взгляд на капитана, ощутила, как ее охватывает волнение. Даже руки похолодели и покрылись потом. Что если он сейчас хочет рассказать о ее ложных показаниях? Она на деревянных ногах вышла из авто и пошла следом за капитаном. Клод опередил их и был уже в здании.

– Зачем приехал лорд Аверилл? – спросила Джулия.

– Ему надо поговорить с братом.

– Вряд ли Верджил захочет его слушать.

– И никто его за это не осудит. Но Клод должен попробовать.

***

Капитан Лейка попросил Джулию подождать возле кабинета Пратта. Она несколько раз прошлась по узкому коридору, залитому утренним светом. Солнечные дни призывали к легкости и беззаботности, и тот сумрак, что был на душе у Джулии, никак не соответствовал погоде, отчего ей было еще дискомфортней.

Не в силах больше томиться от неизвестности, она подошла к двери кабинета Пратта и прислушалась. Тишина. Странно. Разве они не должны обсуждать дело Верджила?

Дверь открылась так резко, что Джулия едва успела отскочить в сторону. В коридор вышел Клод с листком бумаги в руках и торопливо направился к лестнице. Следом за ним выглянул капитан Лейка и поманил Джулию к себе.

– Господин Пратт хочет с вами поговорить, Джулия, – ровным голосом проговорил он.

Джулия облизала сухие губы. Она не сомневалась: предстоящий разговор не сулит ей ничего хорошего. Собрав волю в кулак, заставила себя переступить порог кабинета следователя.

Глава 20

Верджил

Пратт несколько секунд внимательно смотрел на Верджила, будто пытался осмыслить и взвесить его признание в убийстве Керии. Прощупывал его честность. Следователь поправил стопку бумаги и, откинувшись на спинку кресла, задумчиво покрутил пальцами карандаш. Верджил начал нервничать. Ему казалось, что у Пратта должна была быть другая реакция на его слова.

В дверь постучали, и в кабинет вошел полицейский. Наклонился к Пратту, что-то тихо сказал и положил перед ним бумагу. Тот кивнул, и полицейский ушел.

– Вы готовы пройти следственный эксперимент? – не глядя на Верджила, спросил Пратт. – Показать, как вы наносили удары по Керии Смит, где оставили ее тело, когда уходили?

Верджил понятия не имел, что там произошло. Никаких снимков с места преступления тоже не видел, чтобы сделать хоть какие-то выводы для себя.

– Я имею права отказаться, – сказал он.

– Вы знаете, что за ложные показания предусмотрена уголовная ответственность? – сурово спросил Пратт. – Вам дадут реальный срок, лорд Аверилл, если вы решили развлечься за наш счет.

– Даже в мыслях не было, – проговорил Верджил и закашлялся. У него ломило кости и было ощущение, что растет температура.

– Ваша девушка рассказала о том, как вы провели ночь, когда убили Керию, – сказал Пратт, и Верджил удивленно уставился на него. Что еще за новости? – Джулия поступила очень храбро, учитывая ее положение. Но, прежде чем, принять решение, и пойти к судье, я хочу услышать подробности от вас. Как видите, вам больше не надо врать.

– Джулия сошла с ума, – растерянно прошептал Верджил. Ситуация была коварная. Он не знал, что Джулия сказала Пратту, и мог подставить ее своими показаниями. От мысли, что она, пытаясь его спасти, окажется за решеткой, у него заболело под левым ребром. Его молчание и нежелание говорить, могло дать точно такой же результат. Он потер руками воспаленное лицо. Наручники тихо звякнули. В памяти вспыхнула ночь, которую они провели вместе в Линкольне. Могла ли Джулия рассказать о ней?

– Похоже, она любит вас, – сказал Пратт и, потянувшись вперед, крикнул: – заводите!

Дверь открылась, и в кабинет вошел мужчина в сером переднике. По обе стороны от него стояли полицейские. Верджилу он показался знакомым, но он не смог вспомнить, где его видел.

– Вы узнаете этого мужчину? – кивнув в сторону Верджила, спросил Пратт вошедшего.

– Да, господин, – с почтением ответил тот.

– Подтверждаете, что видели его ранним утром в пятницу, в районе улицы Гилберта? – строго произнес Пратт.

– Да, конечно. Видел его, вот как сейчас, видел, – торопливо ответил мужчина, теребя края передника.

– Заверьте признание, – протягивая ему ручку, сказал Пратт. Свидетель склонился над бумагой, выводя размашистые каракули. Верджил, словно во сне, наблюдал за происходящим. – Вы же знаете, что вас ждет, если вы соврали?

– Знаю, знаю. Но только я правду сказал! – забеспокоился свидетель.

– Тогда с вами ничего не случится, – успевающее проговорил Пратт. – Не волнуйтесь. На днях вам пришлют вызов в суд. Сейчас можете идти.

Полицейские увели мужчину. Верджил снова закашлялся, и на лбу выступила испарина. Неужели у его невиновности есть свидетель?

– В ту ночь мы с Джулией занимались любовью, – заставил себя сказать Верджил. – И я очень надеюсь, что дальше этого кабинета эта информация не уйдет.

– Не дойдет, – пообещал Пратт. – Вы все еще настаивает на том, что это вы