Паутина Света. Книга 6 - Сергей Александрович Плотников

— Конечно, — улыбнулся я.

Додзё обычно имеет несколько внутренних дворов разного назначения. У Тенгу сходу гостей пускают только за ворота, в первый двор. Обычно там находится кто-нибудь из учеников, что общается с незнакомцами вроде секретаря на ресепшене, только без ресепшена. Выясняет, чего именно незнакомцы хотят. А также принимает посылки у роботов-курьеров, следит за чистотой и всё такое. Но хотя бы раз в день здесь же устраиваются какие-нибудь показательные активности. Принимают новых учащихся, ученики сдают публичные экзамены на пояса или владение оружием, просто проводят показательные выступления-постановки. Несколько раз в год проходят “выпускные”. А по выходным совмещают маленькую весёлую ярмарку с демонстрацией достигнутого совсем малышами.

По четвергам же ближе к вечеру первый двор открывают для всех. Хочешь — тренируйся сам, хочешь — попробуй повторять за кем-то из людей или демонов додзё. И если какой чужак напоказ демонстрирует что-то интересное — возможно, он удостоится внимания одного из старших учеников. А может — даже самого Тенгу.

— Давай для начала кое-что прикольное покажу, — судя по всему, сегодня следящий ученик был из числа аякаси. Под амулетом гражданина не разобрать, но взгляд такой… с оттенком потустороннего. С Синдзи, впрочем, он довольно тепло поздоровался безо всяких выкрутасов. Явно хорошо его знал.

— Держи, — я подал сыну несколько выуженных из специальной корзины боккенов и один синай. Повёл к грубым подобиям каменных статуй: они тут стояли себе в уголке, служили заменой макивар. Такая одновременно насмешка и показатель уровня мастерства.

Первую статую я без затей наискось перерубил Куро-сан. Принцип тут был тот же, что и у рубки заклинаний — так что сын без всяких проблем повторил. Разве что сосредотачивался на ударе несколько секунд.

— Смотри сюда.

Третий немного обработанный каменный столб встретился с “острием” боккена. Звук получился, как от удара бича или плётки. Камень стрельнул осколками и верхняя часть его медленно рухнула в неплотном облачке пыли, соскользнув по косой неровной трещине. Но и тренировочный клинок брызнул щепой, оставив в моих руках только рукоять.

Резка камней без всякой магии — итог обучения в Вороньем додзё. Покажи учителю — и тебя торжественно признают Мечником. Предложат перейти из старших учеников в младшие наставники. Но вот чтоб сломать камень считай что бамбуковым веником…

— А теперь обещанный прикол.

В это удар мне пришлось вложиться. Не просто направить нужным образом удар — а вложить всю силу и всю доступную скорость. Без глубокой медитации и чёткого расчёта, невозможного в бою, такой фокус не выйдет. Опять же надо не сломать синай раньше времени, просто об воздух…

Нарастающий свист оборвался болезненно ударившим в уши щелчком.

— Я-а… Я должен позвать сенсея-сама! — пятясь с круглыми глазами, хрипло каркнул дежурный, глядя, как на изваянии словно сама собой появляется и растет сеть трещин. И потом вся структура разом осыпается крупными осколками вниз

Вот, как-то так.

Тенгу не подвёл. Конечно, ему доложили, что в первом дворе дожидается не только незнакомец, но и ученик-Амакава, пришедший с ним. Да и незнакомец, если разобраться, тоже Амакава: новые технологии никто не отменял, и паспорт-амулет я нигде не выкладывал. Значит, что? Значит, надо подыграть. Это было красиво. Сумерки только-только обозначили себя — и по сторонам главных внутренних ворот полыхнули огнём две здоровенные чаши! Пламя само собой зажгло череду фонариков по стенам двора и ещё несколько, висящих на парочке деревьев. И это всё под сначала медленный, а потом ускорившийся барабанный ритм! Пафос!

Вышел Ворон не один, а с несколькими старшими ученикам и стайкой младших, надо полагать, особо доверенных. С огромным удовольствием разглядел среди условной малышни и свою троицу. Хорошо занимаются. Молодцы. Ринко, разумеется, тоже оказалась подле сенсея. Тем временем мы с Синдзи тоже не теряли времени зря: разошлись по сторонам энгавы и синхронно опустились на одно колено.

— Учитель! — хором.

Неожиданный поворот, согласен. Даже сам хозяин додзё на мгновение замедлил шаг. Но узнать меня не смог. Что ж, я и не питал иллюзий, что будет просто.

— Синдзи с достоинством несущего фамилию Амакава, я знаю, — наконец произнёс Учитель Воинов, и барабан тут же стих. — Кто же ты, зовущий меня своим учителем?

— Ваш ученик, Учитель, — не меняя позы, ответил я. — Когда-то не по своей воле мне пришлось прервать обучение. Я был… далеко. Мне пришлось самостоятельно развивать те основы, что ты в меня вложил. Слушать других наставников. В бою прозревать новое. Учиться, глядя на врага. И вот я тут. Прошу, проверь меня!

— Не просто поединок, проверка? — опять помолчав, переспросил Тенгу, жестом приглашая нас встать. — Может, всё же скажешь, кто ты. Имя ведь у тебя есть?

— Меня зовут Алекс, а фамилия… — я бросил быстрый взгляд на Синдзи. — уже несколько дней как Амакава.

— Алекс прошёл обследование и проверки и признан членом Старшей семьи, — подтвердил мой сын.

А вот это уже не просто заготовка, а согласованный с СБ клана “слив”. Шила-то в мешке не утаить. Те, кто пристально следят за Особой Зоной Такамия, не пропустят появление нового человека в составе клана. Поэтому вот так, по частям будет сливаться в открытый доступ неофициальная версия обо мне для них. Где с моих собственных слов, где — с оговорок других Амакава.

— Вряд ли бы я мог забыть ученика-Амакава, — покачал головой Ворон.

Он хотел сказать что-то ещё, но вдруг остро посмотрел на меня. Ну да, единственный Амакава, учившийся у Тенгу и пропавший не по своей воле — Юто. Но результат оказался тем же: узнать того Юто во мне он не смог. Но зато поймал подсказку и теперь знает, на что меня проверять.

— Что ж, — Тенгу состроил подобающее сенсею крутого додзё выражение лица, опять включаясь в постанову. — Я вижу у тебя меч, Алекс Амакава. Он ведь у тебя не для красоты? Младшие ученики, идите и принесите тренировочные мишени!

Думаю, правильнее было сказать “показательные мишени”: слишком близко от первого двора весь этот реквизит хранился. Сенсей захотел, чтобы я поучаствовал в чём-то вроде тамэсигири, сиречь “проверочном разрубании мечом”. Причём предполагалось, что я сам выберу, на каком этапе остановиться. Не полезу рубить камень или стальную пластину, например. Логично, в принципе.

— Всё готово, выходи,