Академия - Кир Злой

Я начал лихорадочно шарить взглядом по полу. Где он?

Легкий металлический хруст привлек мое внимание. Звук доносился слева, от соседнего стола, где сидел насупленный Валериан.

Мой взгляд упал под столешницу фон Райта. Штифт был там. Он висел вниз головой, зацепившись за ось маховика Валериана, и с упоением догрызал толстую стальную шпильку — ту самую, что удерживала тяжелое колесо на валу.

Вкусно. Ням-ням.

У меня перехватило дыхание. Если Валериан сейчас запустит колесо…

Глава 20

— Эй, ты чего уставился? — рявкнул Валериан, заметив мой взгляд. Он еще не остыл после провала с болтом.

— Я… — я судорожно соображал. — У тебя там… шнурок развязался.

Валериан инстинктивно глянул вниз. Этого мгновения мне хватило. Я сделал вид, что споткнулся, падая на колено рядом с его столом. Моя рука метнулась под маховик. Пальцы сомкнулись на холодном корпусе паука ровно в тот момент, когда он проглотил последний кусок шпильки.

— Смотри под ноги, Безумный лавочник, — фыркнул Валериан.

— Прости, — пробормотал я, поднимаясь и пряча брыкающегося Штифта в карман.

«Ты что творишь⁈» — мысленно заорал я на него.

Штифт довольно икнул и затих. Дело было сделано. Крепление маховика Валериана теперь держалось на честном слове и силе тяжести.

Я вернулся к своему столу, стараясь не смотреть на обреченный механизм соседа.

Нужно было закончить задание.

Первым делом вызов Воды. Тонкая струйка ударила точно в зазор оси, вымывая вековую грязь. Затем Температура. Резкое охлаждение вала. Вода внутри мгновенно схватилась тончайшей корочкой льда. И наконец Воздух. Легкий толчок в лопасть.

Лед под тяжестью вала начал подтаивать, создавая идеальную водяную подушку. Маховик, скользя как конькобежец, завращался бесшумно, набирая скорость от малейшего усилия.

— Лед как смазка… — магистр Вейн всплеснул руками, подняв облако меловой пыли. — Господа, вы видите? Большинство из вас пытались вышибить дверь. Арден же просто смазал петли.

Он повернулся ко мне, и в его глазах промелькнул неподдельный интерес ученого.

— Останьтесь после занятия, Арден. У меня есть один капризный узел, мне пригодится ваш подход.

Сзади раздалось презрительное фырканье.

Валериан фон Райт, услышав похвалу в мой адрес, окончательно потерял самообладание. Его лицо пошло красными пятнами, а в глазах зажегся недобрый огонь.

— Смазка для слабаков, — процедил он сквозь зубы, но так, чтобы слышал весь ряд. — Настоящая магия — это мощь.

Он встал в стойку, отставив ногу назад. Вокруг его пальцев задрожал воздух — не легкий сквозняк первой ступени, а плотный, вибрирующий поток.

Я напрягся. Это был не легкий ветерок для сдувания пыли. Это был резкий порыв — навык, которым обычно сбивают равновесие противника или усиливают прыжок. Вторая ступень Ученика.

— Крутись! — рявкнул он и резко выбросил ладонь вперед, посылая воздушный импульс точно в лопасть маховика.

Удар был такой силы, словно колесо с разбега пнули невидимым сапогом. В любой другой ситуации маховик бы просто раскрутился, набирая обороты. Но Штифт уже съел фиксирующую шпильку. Тяжелое стальное колесо, получив магический пинок и не встретив сопротивления на конце оси, слетело с вала.

БА-БАХ!

Стальной диск упал на пол, выбив фонтан щепок, подпрыгнул и с жутким гулом покатился, врезавшись в ножку стола, за которым сидел Питер Вуд.

В классе повисла мертвая тишина. Валериан стоял с вытянутой рукой, глядя на голую ось. Лицо аристократа побелело. Он рассчитывал на триумф силы, а получил катастрофу.

— Впечатляюще, фон Райт, — голос магистра Вейна прозвучал пугающе тихо. — Вторая ступень на второй неделе? У вас талант.

Валериан попытался гордо выпрямиться, но магистр тут же остудил его ледяным тоном:

— Талант разрушителя. Я просил заставить механизм работать, а не добивать его. Если у вас чешутся руки что-то сломать, вам прямая дорога на факультет Боевой Магии. Там любят тех, кто сначала ломает, а потом думает. А здесь мы строим.

Я вернулся на место, пряча ухмылку. Штифт в кармане довольно заурчал и транслировал мне сытое ощущение.

Вкусно. Еще.

* * *

Когда аудитория опустела, я подошел к кафедре. Магистр Вейн стоял над столом, рассматривая через лупу странное устройство, стеклянную сферу, внутри которой на тончайшей игле балансировал золотой диск.

— Знаете, почему я попросил вас остаться? — спросил он, не поднимая головы.

Я напрягся. Неужели заметил?

— Потому что вы единственный, кто сегодня думал головой, а не мягкой частью тела, — Вейн брезгливо кивнул в сторону места Валериана. — Фон Райт — варвар. Сломать ось из закаленной стали голыми руками… Сила есть, ума не надо. А вот ваш трюк с ледяной подушкой был изящен.

Я выдохнул. Он списал все на грубую силу Валериана. Пронесло.

— Мне пригодится такой человек, как вы, — продолжил Вейн. — Умеющий работать тонко. Посмотрите сюда.

Он отодвинулся, позволяя мне взглянуть на прибор. Золотой диск внутри сферы едва заметно дрожал.

— Это прототип для навигации в тумане. Но есть проблема. Воздух.

Вейн постучал пальцем по стеклу.

— Внутри сферы воздух работает как передатчик. Любой внешний шум, любой удар — и воздух бьет по диску тысячами невидимых молоточков, сбивая настройку.

— А если выкачать воздух? — предположил я.

— Правильно. Нужен вакуум. Но когда я включаю насос, перепад давления меняет температуру, и игла деформируется. Мне нужен кто-то, кто сможет удерживать температуру иглы абсолютно стабильной в процессе откачки. Мои лаборанты слишком грубы, они замораживают механизм. А у вас… у вас есть чувство меры.

Вейн мечтательно посмотрел на сферу.

— Мне нужна идеальная пустота, Арден. Потому что только в пустоте объект перестает зависеть от мира. В вакууме нет звука, нет трения, нет «ударов». Там остается только собственная вибрация предмета. Его суть.

Меня словно током ударило.

Время замедлилось. В голове вспыхнули слова Оракула: «…коснуться его не молотом, а шепотом пустоты».

Я смотрел на стеклянную колбу, но видел решение для кристаллов связи.

«Молот» — это внешняя среда. Воздух, ударная волна, магия, пущенная через атмосферу. Все это ломает хрупкую структуру кристаллов при попытке их разделить.

«Пустота» — это вакуум.

А «Шепот»…

Вейн сказал: «В вакууме остается только собственная вибрация».

Мне нужно поместить кристалл в вакуумную камеру и найти его собственную частоту резонанса. Заставить его «петь» без воздуха. И тогда он не треснет от внешнего удара. Он просто разойдется на части, следуя своей внутренней структуре.

Загадка была не о высшей