Я - Товарищ Сталин 18 - Андрей Цуцаев

въезжали во двор. Двадцать человек на лошадях и мулах, в светлых одеждах с яркими узорами. Впереди ехал вождь Ибрагим Аба Гада — крепкий мужчина с прямой спиной и внимательными глазами. Генерал вышел к ним сам, без лишней помпы.

— Рад вас видеть, друзья. Заходите, не стойте на солнце. Мы здесь все свои, поговорим по-человечески, — сказал Витторио и кивнул переводчику, чтобы тот передал слова потеплее.

Вождь Ибрагим Аба Гада спустился с лошади и подошёл ближе. Он улыбнулся, обнажив белоснежные зубы.

— Мы тоже рады, генерал. Привезли кое-что в знак уважения. Надеемся, разговор у нас получится хороший и полезный для всех.

Сначала они начали вручать подарки прямо в большом зале. Первый дар — кинжал в ножнах. Рукоять была покрыта золотыми пластинами, в которых сидели мелкие рубины, игравшие красными искрами при каждом движении. Лезвие покрывали красивые гравировки, похожие на реки и горы родных земель. Ножны из крепкой кожи украшали серебряные накладки с узорами копий. Витторио взял кинжал в руки, повертел его и кивнул с одобрением.

— Отличная работа. Такой клинок не стыдно носить настоящему воину. Спасибо, это ценный дар.

Потом принесли ткани. Шёлковые шали глубокого синего цвета были расшиты золотыми нитями в красивых геометрических узорах. Края каждой заканчивались бахромой с золотыми нитями и мелким жемчугом, который мягко переливался. Отдельно лежали ковры ручной работы. Один большой, почти три метра, показывал в центре дерево жизни, а вокруг — цветы и животных. Краски были сделаны из натуральных растений, и рисунок выглядел живым на плотных волокнах.

— Эти ковры согреют любой дом. Мастера у вас настоящие художники, — сказал генерал, проводя рукой по одному из них.

Дальше пошли ювелирные изделия. Золотое ожерелье с крупными звеньями-каплями и лазуритом в каждом. В центре — медальон со львом из слоновой кости, окружённый изумрудами. Золотые браслеты с агатом и кораллами. Серебряный пояс с пряжкой-солнцем и топазами. Витторио внимательно рассматривал каждую вещь и улыбался.

Резная шкатулка из чёрного дерева удивила всех. На крышке была целая картина сбора урожая: люди с серпами на полях. Внутри лежали кольца — одно с большим сапфиром глубокого синего цвета, другое с рубином. Рядом — фигурки животных из камня: лев, слон, антилопа, — все с золотой фольгой.

Серебряные кубки для кофе имели красивые ручки и тонкую гравировку. Лук с колчаном стрел был сделан из рога и дерева, тетива крепкая, колчан обшит кожей с бисером. Серьги с золотом и бирюзой, кувшины с мёдом, мешки отборного кофе, два седла с серебряными стременами и расшитыми попонами — всё это заполнило часть зала.

Генерал благодарил за каждый предмет.

— Вы принесли столько красоты. Чувствуется, что это от души. Мы это ценим, — говорил он, и переводчик передавал тёплые слова.

После подарков всех позвали к столу. В большом зале стояли блюда с инджерой — лепёшками из теффа с разными соусами: овощными, мясными, пряными. Тушёное мясо ягнёнка пахло специями, рядом лежали свежие овощи, манго, папайя, бананы. Был плов с рисом, орехами и изюмом. Немного пасты с томатами и сыром для разнообразия.

Напитки были только местные и без алкоголя. Кофе варили крепким, с кардамоном и имбирём, разливали в маленькие чашки. Соки из граната и апельсинов с мёдом и водой. Настой из листьев освежал. Гости ели и пили неспешно. За столом говорили о простых вещах: о том, как прошёл сезон, какие проблемы с водой в районах, как меняется жизнь после последних событий в Италии.

— Генерал, кофе у вас здесь варят почти как у нас дома, — заметил один из старейшин.

Витторио рассмеялся:

— Стараемся учиться у хороших хозяев. Без этого никак.

Обед прошёл в дружеской обстановке. Когда все насытились, генерал посмотрел на вождя и предложил:

— Ибрагим, давай отойдём в тихую комнату. Поговорим без лишних ушей, как мужчина с мужчиной. Там и карты есть, и никто не помешает.

Они вдвоём с доверенным переводчиком ушли в небольшой кабинет. Двери закрыли. Вождь Ибрагим Аба Гада сел и сразу начал разговор более открыто.

— Генерал, ты знаешь, как всё поменялось после того, что произошло в Италии. Мир теперь другой. Маршал ди Монтальто обещал нам, что Абиссиния скоро получит настоящую свободу. Мы, оромо, надеемся, что с тобой можно будет договориться по-настоящему. Мы не хотим старых порядков, когда всем заправляли только амхара.

Витторио откинулся в кресле и кивнул, глядя вождю прямо в глаза.

— Ты прав, Ибрагим. Всё действительно меняется быстрее, чем мы думали. Италия никуда не уходит с этих земель, но мы больше не будем держать здесь всё железной рукой. Хотим новый подход, чтобы люди чувствовали себя хозяевами на своей земле. Я понимаю твои слова про амхара. Пёстрая страна, много народов, и всем должно быть место. Давай говорить прямо: что именно ты хочешь для своих людей?

Вождь наклонился ближе, голос стал тише.

— Мы просим автономию. Чтобы оромо сами решали вопросы на своих землях — и налоги собирали по-своему, и школы открывали, где дети учат наш язык, и пастбища контролировали без чужого вмешательства. С вами, итальянцами, договариваться проще. Вы не смотрите на нас свысока, как некоторые. Если мы будем работать вместе, то и порядок будет, и никто не останется в обиде.

Генерал улыбнулся и ответил, понизив голос:

— Слушай, Ибрагим, я тебе скажу так, как есть. Я поддержу тебя и твоих людей. Автономия в местных делах — это реально. Мы можем дать вам больше прав в управлении своими районами. Конечно, полностью отделяться никто не даст, но в повседневных вопросах вы будете хозяевами. Я напишу в Рим, что оромо — надёжные партнёры. Главное, чтобы мы держались вместе против общих проблем. Маршал тоже будет доволен, если здесь станет спокойнее.

Вождь кивнул и продолжил:

— Хорошо, генерал. Мы ценим такие слова. Если ты поможешь нам с автономией, мы поможем тебе держать порядок в этих землях. Оромо много, и если мы будем на твоей стороне, то и другие народы задумаются. Только давай без обмана. Мы устали от пустых обещаний.

Витторио положил руку на стол и ответил твёрдо:

— Никакого обмана, Ибрагим. Я человек слова. Поддержу тебя настолько, насколько это можно сделать сейчас. Будем работать шаг за шагом. Ты станешь сильным голосом оромо здесь. Если что-то пойдёт не так, приходи сразу ко мне. Вместе мы сможем изменить многое. Мир меняется, и мы должны меняться вместе с ним.

Они проговорили ещё долго, обсуждая детали: