Цена предательства: Месть по нотам - Lana Rubi

Дориан сидел рядом, прислонившись спиной к шершавому валуну. Его лицо было в ссадинах и подсохшей крови, дыхание давалось с трудом, но я всем телом ощущала, как напряжены его мышцы. Он всё ещё не ослаблял бдительности и чутко контролировал каждый шорох вокруг.

Я тихо положила голову ему на плечо, и наши пальцы крепко переплелись. Мы сидели так невероятно долго, не произнося ни слова. Просто слушая, как далеко внизу шумит река, и чувствуя, как с каждым глубоким вздохом жизнь медленно возвращается в наши измученные тела.

Я заговорила первая:

— Как ты узнал, что мне понадобится помощь?

— Я только вчера узнал, что ты Валерия Ван-Торн, — он внимательно посмотрел на мою реакцию, и я почувствовала, как внутри всё сжимается.

И?.. — я сглотнула, боясь услышать ответ.

— И всё понял, — он мягко улыбнулся, и в этой улыбке не было ни капли осуждения. — Понял, в какую опасную игру вы ввязались и что без меня вы вчетвером просто не справитесь.

Улыбка Дориана стала чуть шире:

— Я тут же приказал установить наблюдение за Морвеном, Эн и Борком. И когда разведка доложила, что они спешно выдвинулись за тобой и Эдмундом в его поместье, стало очевидно, что что-то явно надвигается. Я и сам собирался сюда наведаться. Правда, тайком. Алисия вчера раскрыла мне, где лежат все доказательства, что Кросс-Варн — предатель.

— Так вот зачем ты так усердно её обхаживал, — не выдержала я.

— Очень надеюсь, что в твоём голосе говорит ревность, — он лукаво улыбнулся.

Значит, Дориан знает всё. Знает, что я лгала ему. Знает, кем я являюсь на самом деле.

Сердце забилось где-то у самого горла. Я опустила взгляд на наши переплетённые пальцы, не в силах посмотреть ему прямо в глаза.

— Теперь ты знаешь правду, — тихо произнесла я. — Я была замужем дважды. Точнее… я дважды вдова— На моих губах застыла горькая усмешка. — У меня двое детей, собака, наследственные земли и целый ворох проблем в придачу. Что ты на это скажешь?

Я с замиранием сердца подняла глаза, готовая встретить в его взгляде разочарование или холод. Но Дориан лишь тепло улыбнулся и, притянув меня к себе, невесомо поцеловал в висок.

— Меня всё устраивает, — он мягко, но уверенно сжал мою ладонь. — У каждого из нас есть шрамы и своё прошлое. Я не ищу идеальную женщину без истории. Я ищу ту, с которой хочу писать свою собственную. И эта женщина — ты.

Я судорожно выдохнула, чувствуя, как с души спадает тяжелый груз. Он принял меня. Всю, со всеми тайнами, прошлым и ложью.

— Тори, — тихо произнёс он, посмотрев мне прямо в глаза. — Есть кое-что, что ты должна знать.

Я подняла бровь, но промолчала, давая ему говорить.

— Я не просто генерал, — он сделал паузу, словно взвешивая каждое слово. — Я Верховный главнокомандующий соседней империи Арканум, наделённый абсолютными полномочиями своего венценосца.

Моё сердце пропустило удар. Я открыла рот, чтобы возмутиться, но тут же захлопнула его. Злиться я не имела права. Сама скрывала от него не меньше.

— И это ещё не всё, — продолжил он, и в его голосе зазвенела сталь. — Я Дориан Вальдар. Наследник одного из древнейших родов Арканума. И, как ты уже знаешь, кузен Эниры.

Я замерла.

— Вальдар? — прошептала я, чувствуя, как сердце начало стучать сильнее. — Из правящего дома?

Он молча кивнул, и в его глазах мелькнула тень вины.

— Да. Мне часто приходится скрывать не только чин. Но и своё имя, и свою кровь.

— Почему? — мой голос дрогнул.

— Потому что моё имя — это мишень, — тихо ответил он, опуская голову. — Я постоянно нахожусь под угрозой. Заговоры, покушения, предательства — это моя повседневность. Каждое моё решение влияет на судьбы тысяч людей. Каждое моё слово может разжечь войну или предотвратить её. Я ношу на своих плечах ответственность, которая не даёт мне права на слабость.

Он поднял глаза, и в них была такая уязвимость, что у меня перехватило дыхание.

— Я рассказываю тебе всё это не для того, чтобы впечатлить. Я хочу, чтобы ты понимала, с кем связалась. Моя жизнь — это не романтика при свечах. Это постоянная опасность, тени за каждым углом, кровь на руках. И я не могу обещать тебе только спокойную жизнь. Но я могу обещать, что ты всегда будешь в безопасности. Что я защищу тебя ценой собственной жизни.

Он сделал паузу, и я увидела, как напряжена его челюсть, как сжаты кулаки. Он боялся. Боялся, что я испугаюсь.

— Я понимаю, если это слишком. Если ты ...

— Нет, — перебила я, чувствуя, как внутри что-то сжимается. — Мы оба лжецы. Носили маски, прятали свои истинные лица. Но теперь масок больше нет. — Я нежно провела рукой по его лицу.

Он поднял глаза, и в них вспыхнула надежда.

— Никаких секретов, — прошептал он. — Никакой лжи. Только ты и я.

Я кивнула, ощущая, как с сердца спадает тяжелый груз. Мы оба хранили тайны и скрывали настоящих себя. Но именно это молчаливое понимание, каково это, жить во лжи ради долга и защиты близких, сблизило нас сильнее любых слов. Сделало родными душами, отыскавшими друг друга в мире, пропитанном предательством.

Наш тихий разговор прервал звук приближающихся шагов. Морвен остановился в нескольких шагах от нас: его лицо оставалось строгим, но в глубине взгляда читалось невольное облегчение.

— Тори, — он коротко кивнул мне, после чего перевёл взгляд на Дориана. — Генерал. Что делаем дальше?

Дориан медленно поднялся, подавая мне руку и помогая встать. Его губы тронула едва заметная, но многообещающая усмешка.

— Есть одна весьма интересная находка в винном погребе. Морвен, иди за мной.

Мы двинулись к поместью. Борк, не теряя ни минуты, уже раздавал чёткие указания отряду Дориана: нужно было опечатать периметр, выставить охрану и подготовить раненых к транспортировке. Эн тем временем деловито расставляла флаконы с целебными зельями. Я молча опустилась рядом с ней, принимая из её рук бинты и мази.

Минут через двадцать из дома вышли Дориан и Морвен. В руках генерал держал увесистую кожаную папку, и по тому, каким хищным, победным блеском зажглись его золотые глаза, я поняла, они нашли именно то, за чем