Развод в 46. В его компании меня не существует - Виолетта Весна

После открытия Тамара пригласила меня в бывший штабной модуль. Его собирались переоборудовать в кабинет координаторов. На столе лежали акт финального этапа и проект нового договора.

— Финальный результат по договору принят, — сказала она. — Сто шестьдесят пять тысяч за продление перечислим по отдельному акту. Новый договор — на шесть месяцев, три объекта, оплата по каждому этапу. Работаешь как ИП, можешь привлекать помощника, но сохраняешь личную ответственность за отчеты.

— Кто принимает?

— Руководители объектов и я по общему результату. Павел участвует только там, где его компания ведет технический блок. Оплату и продление он не определяет.

Я открыла договор. Проверила объем, сроки, порядок доступа, ответственность, прекращение, оплату и конфликт интересов. Попросила изменить формулировку, которая позволяла заказчику требовать устные срочные задачи без дополнительного соглашения. Тамара согласилась: срочное действие могло быть начато устно только для предотвращения непосредственного ущерба, а объем и владелец решения фиксировались в тот же день.

Юрист внес правку. Я прочитала ее еще раз.

На последней странице стояло мое имя. Не в примечании, не в списке родственников директора и не в чужом рассказе об общей команде.

Я поставила подпись под договором, каждое условие которого понимала.

ЭПИЛОГ. Свое имя

В феврале следующего года у меня было три клиента, одна помощница на неполной ставке и правило не отвечать на рабочие сообщения после восьми вечера, если речь не шла о непосредственном риске.

Последнее оказалось труднее всего.

— Инна Сергеевна, письмо от подрядчика пришло в двадцать ноль семь, — сказала Алина, сидевшая за вторым столом в нашем небольшом офисе. — Я поставила ответ на утро. Там вопрос о переносе встречи, не авария.

— Правильно.

— Вы уже открыли его на телефоне?

— Только тему.

— И три приложения.

Я убрала телефон в сумку.

— Поэтому ты работаешь со мной. Не позволяешь руководителю нарушать собственный порядок.

— Это входит в мои обязанности?

— С сегодняшнего дня. Добавим в приложение к договору.

Алина рассмеялась и закрыла ноутбук. Она училась на вечернем отделении и занималась реестрами, протоколами и первичной проверкой комплектности. Я не называла ее своей заменой и не передавала задачи без владельца. В трудовом договоре стояли часы, оплата, обязанности и порядок сверхурочной работы. Через полгода она собиралась перейти на полную ставку, если практика продолжит расти.

Мои три клиента не были похожи друг на друга. АНО «Открытые мастерские» развивало программы в депо. Частный заказчик восстанавливал два корпуса бывшей фабрики под небольшие производства. Третий проект занимался ремонтом сети районных библиотек. Я не обещала спасать сроки. Составляла цепочки решений, находила разрывы и заранее называла цену изменения.

Деньги приходили на расчетный счет ИП. Налоги уходили по календарю. Раз в месяц бухгалтер присылал отчет, который я действительно читала.

В этот же день поступил очередной платеж Сергея — сто двадцать тысяч рублей. Все выплаты за одиннадцать месяцев пришли по графику. Я проверила назначение, сохранила выписку в папку соглашения и не написала ему благодарность. Исполнение обязательства не нуждалось в личной награде.

До полного расчета оставалось девятнадцать платежей. Я не включала их в обязательный бюджет практики и не тратила заранее: часть направляла на ипотеку общего дома, часть оставляла в резерве до снятия залога. Если график нарушался, у меня были документы и порядок действий. Если соблюдался, нам с Сергеем не требовалось встречаться ради подтверждения каждой суммы.

О «Северном контуре» я знала немного. Компания отказалась от части крупных объектов, продала один кран по согласованной с банком цене и сохранила основной коллектив. Сергей нанял операционного директора с трудовым договором и полномочиями. Его имя стояло на сайте рядом с именем генерального. Для меня там по-прежнему не было должности, но теперь это не было потерей: у меня существовала своя работа.

Сергей звонил только по двум темам — платежам, если банковский день менялся из-за праздника, и Валерии, когда требовалось согласовать общую семейную дату. В остальном их отношения принадлежали им.

Валерия защитила дипломный проект в начале февраля. Она предложила систему дворовых мастерских для подростков и пожилых жителей, получила высшую оценку и приглашение в городское бюро. На защите мы с Сергеем сидели в одном ряду, но приехали отдельно. После выступления Валерия обняла нас обоих и ушла праздновать с друзьями.

— В воскресенье ко мне? — спросила я.

— Да. А в субботу мы с папой едем смотреть объект его нового директора.

— Хорошо.

— Вы не будете просить пересказывать?

Сергей ответил раньше меня:

— Не будем.

Мы с ним посмотрели друг на друга. Это было не примирение и не новая дружба. Только правило, которое оба наконец исполняли.

Киру я встретила случайно на деловом форуме. Она работала коммерческим директором компании, производившей оборудование для учебных мастерских. На ней был синий костюм, в руках — папка с каталогами.

— Здравствуй, Инна, — сказала она.

— Здравствуй.

— Слышала, у тебя своя практика.

— Да. А у тебя новое место.

— С апреля. Здесь все полномочия записаны до