Кровь зимы - Екатерина Насута

— Пожалуй, — согласилась Кая.

Свечение растекалось по камням лужами и лужицами, заполняло тонкие трещинки, складываясь узорами, порой поднималось на стены и даже расцветало причудливыми цветами.

— Как тебе здесь?

— Здесь?

— В данный момент. На лестнице, — княгиня осторожно коснулась стены. — Меня это место пугало… в доме моего первого мужа все было много проще. Волковы не из бояр, поэтому и порядки у них другие. Хотя домашних тоже представляли алтарю. Алтарь соединяет кровь, что увеличивает шанс детей родиться с правильным даром.

Её пальцы продолжали рисовать по камню, создавая престранный узор, в котором Кае хотелось увидеть смысл, но она понимала, что смысла нет.

— Но тот алтарь… другое. Совсем другое. Это как в храме. Статуи, обряды, приглашенный жрец… и ничего-то кроме. А здесь такое ощущение, что… что на тебя смотрят. Оценивают. И принимают решение. Я алтарю Скопиных не понравилась. Думаю, камень уже понял, что наша кровь не способна соединиться, хотя храм утверждал иное…

— Снова храм?

— Ты умная девочка… именно. Но брак был заключен. И благословение получено… хотя благословение — это вовсе не гарантия счастливого замужества, как и появления детей… и лучше узнать сейчас. Куда более надежный способ — проверить кровь претендента на алтаре рода. Не знаю, почему мой муж этого не сделал.

— Вы не спрашивали?

— Я не имела права задавать вопросы. Или, думаешь, я всегда была такой, как сейчас?

— Не знаю.

— Не была… после смерти Волкова я осталась молодой вдовой с ребенком на руках. А ещё долгами, обязательствами, которые при неисполнении порождали новые долги. И врагами, что не упустили бы случая урвать кусок. И потому, когда мне предложили новое замужество, а с ним и защиту для Волковых и сына, я недолго думала.

Странно.

Об этом Крыс не говорил. Хотя, Кая подозревала, что он очень о многом не говорил.

— Скопину, подозреваю, брак этот навязали. Он любил первую жену и согласился просто, чтобы не перечить князю из-за ерунды.

А это было ерундой?

— Вниз пойдешь сама, — Велислава Изяславовна отняла руку и посмотрела в пропасть. — Учти, это опасно. Смертельно. Ты можешь не справиться… я бы даже сказала, что шанс не справиться выше, чем справиться. Тебя ведь не учили, не объясняли, что делать. Я даже не уверена, что твой отец вовсе представлял тебя… мы не слишком ладили.

— Тоже подозревал вас в желании его убить? — не удержалась Кая. И тоже посмотрела. Впрочем, ничего, кроме черноты, не увидела.

— Излишняя прямота до добра не доводит. Но… нет, скорее они соперничали с Драгомиром. Один возраст. Сила, пусть не одна, но весьма схожей направленности. А Скопин был воином. Это тоже странно… Переплут не любит столкновений, а он вот… воином. И как все воины — человеком прямолинейным. Он ценил силу, а так уж вышло, что Драгомир был сильнее. И супруг не нашел ничего лучше, как ставить его в пример.

Странная откровенность.

Или она тоже обман?

Часть его? Врать ведь можно по-разному. В том числе и правдой.

— Но это уже не важно… он мертв, как и Лад, хотя, видят боги, я не причиняла ему вреда… могу поклясться.

— А надо?

— Если хочешь, — Велислава Изяславовна улыбнулась. И от этой улыбки её, такой безразличной, потянуло холодом. — Но ты права. Здесь давно научились прятать смысл за кружевом слов, так что клятвам стоит верить… избирательно.

— Мы идем наверх?

— Мне казалось, это очевидно.

— Но вы же сказали, что мне надо вниз? Если я правильно поняла.

А поняла Кая правильно. Сложно неправильно, когда вот так.

— Внизу алтарь. И я спускаться не рискну. Он и так едва жив, поэтому… если хочешь стать и вправду главой рода, то не оттягивай. Что?

— Ничего.

— У тебя очень выразительное лицо. Это может стать проблемой… тебе сказали, что я буду против? Что я стану отговаривать?

— Да.

— Будь алтарь поживее, я бы стала. Я бы связала тебя узами брака с кем-то из внуков, дождалась, возможно, появления ребенка… хотя нет. Вряд ли. Алтарь давно не получал крови.

Опять кровь?

— И поэтому год у нас есть, возможно, что и два. Причём на второй год твари уже почуют слабеющую границу. И сделают всё, чтобы прорваться. Так что два — это в идеальном варианте. Больше — сомневаюсь. Поэтому ждать появления твоих детей глупо. А вот если ты выживешь… скажу ещё прямее. Даже если ты не выживешь, алтарь получит свою кровь, и этого хватит лет на десять-пятнадцать. Может, и больше. Тебя ведь боги благословили? Вот, значит, кровь хорошая… за эти десять-пятнадцать лет я постараюсь вложить в голову сына мысль, что этот бастион ему не нужен. Мы отпустим Скопиных в их собственную жизнь. Передадим Великому князю, пусть устраивает браки, ищет наследников и что-то ещё придумывает. Советников вокруг много, — она взмахнула рукой. — А главное, что я буду считать себя свободной от клятвы.

— Вы…

— Я поклялась твоему деду, что присмотрю и за его сыном, и за внуками, когда те появятся… к сожалению, я не понимала, чем обернется это