Остывший пепел прорастает цветами вишни - Александр Петрович Нетылев

в тройку лучших вошел простолюдин. Подобный прецедент сделал меня, как четвертого, мишенью насмешек. Но я уверен, что с этим Цзянь Вэйаном, или как его зовут на самом деле, что-то нечисто.

— Нечисто, — согласился Байдзе, — Но это может объясняться и гораздо проще. На распределение мест влияет не только знание и талант, но и наличие покровительства при дворе. Как правило, первые места занимают либо дети министров, либо их ставленники.

Цзюй Юань поморщился, прекрасно понимая болезненный намек в свой адрес, крывшийся за этими словами.

Хоть он и вошел в число придворных чиновников, но в глазах отца остался лишь беспутным повесой.

Потому что не сумел пробиться в первую тройку.

— Мне докладывали, — продолжал военный министр, — Что Цзянь Вэйана неоднократно видели посещающим поместье министра юстиции. И даже сопровождающим его дочь во время прогулок по городу.

— Вы полагаете, что он его ставленник? — предположил Юань.

Байдзе покачал головой:

— Жунь Менгъяо принципиален. Даже если он благоволит этому юноше, то не стал бы помогать ему занять должность не по таланту. По крайней мере, таков тот Жунь Менгъяо, которого мы привыкли видеть.

Он внимательно оглядел лицо сына и, к своему огорчению, не нашел на нем признаков понимания. Вздохнув, военный министр пояснил:

— Ты должен вести игру по двум параллельным направлениям. С одной стороны, отправь своих людей на гору Тянь Динь, как и предлагает этот мошенник. С другой, за время их путешествия Палата Державных Наблюдений должна получить веские доказательства, уличающие в сговоре Цзянь Вэйана и Жунь Менгъяо. Меня не интересует мелкий чиновник шестого ранга, но через него мы вытянем рыбку покрупнее.

— Вы хотите обвинить министра юстиции в связях с демонами?

— Догадался, — хмыкнул Байдзе, — Не просто в связях. Я хочу, чтобы Его Величество считал, что последнее время воля Жунь Менгъяо не принадлежит ему самому. Что он — лишь марионетка в руках беловолосого демона. А если так — кто поручится за то, что любая из его инициатив не несет в себе скрытых мотивов, о которых не подозревал даже он сам?

— Это станет его падением, — сделал вывод Цзюй Юань.

И тут же получил увесистую затрещину.

— Никогда не дели непойманного зайца. У нас хорошая позиция, Ю-эр, но она бесполезна, если мы грамотно не разыграем стратегию. И кстати… тебе нужно будет познакомиться с барышней Жунь Ли. Мне докладывали, что Жунь Менгъяо планирует направить её на отбор невесты наследного принца. Если нам удастся выставить это частью планов демона, это также сыграет нам на руку.

Цзюй Юань улыбнулся:

— Говорят, она красавица…

— Ты должен думать о деле, а не о развлечениях, — холодно осадил его отец, — Идеально, если тебе удастся получить доказательства любовной связи между Жунь Ли и Цзянь Вэйаном. Но уж точно ты не должен порушить все раньше времени неуместным скандалом. Помни. Подготовь все фигуры. И лишь тогда делай решающий ход.

— Да, отец, — поклонился Юань, — А что по поводу…

— Да что тебе эта девчонка из борделя так в голову втемяшилась! — взвыл военный министр, — Не время сейчас, понимаешь?! Не время! Сейчас любая нерасторопность может стоить нам положения при дворе. А после того, как мы сокрушим Жунь Менгъяо, я тебе хоть десять таких куплю.

Цзюй Юань лишь вздохнул, не смея более спорить.

Он ни за что бы не признался, что в последние дни его мысли волнует лишь одна красотка с аметистовыми глазами.

Глава 20. Король Демонов занимается честным трудом

В собственном доме Мао Ичэнь не считал необходимым прятаться за ширму, чтобы переодеться, и кажется, не видел в этом ничего особенного, несмотря на присутствие в доме женщины. Когда Аосянь вчера обнаружила за ним такую причуду, то поспешила скрыться на верхнем этаже; несмотря на хорошую фигуру, Король Демонов вызывал в неё лишь страх и напряжение.

Страшно было подумать о том, что может прийти ему в голову в следующий момент.

Сегодня, к счастью, она спустилась на первый этаж, когда он уже успел надеть халат и сейчас критически осматривал себя перед зеркалом. Халат этот был не тем, который он носил вчера, и уж конечно не тем, что демонстрировал Демон-Лис, надевая личину богатого господина. Этот же халат слегка отличался покроем от тех, что носили большинство прохожих на улицах, был явно форменным и имел небесно-голубой оттенок.

Оттенок, который Королю Демонов определенно был не по нраву.

— Я в этом костюме похож на Небесного Императора, — ворчал он.

Аосянь выразительно промолчала. По её мнению, сравнивать правителей Небесного Царства и Царства Яростных Духов было просто кощунством.

Собрав волосы в хвост и прикрыв довольно нелепого вида головным убором, Мао Ичэнь довершил образ, повесив на пояс медную бирку с символикой Ведомства Исполнения Наказаний. Похоже, что он считал свои приготовления к первому рабочему дню завершенными.

Однако Аосянь покачала головой. Решительно подойдя к Королю Демонов, она протянула руки и слегка поправила его ворот. Любая асимметрия, любая небрежность ужасно раздражала аккуратную девушку.

Даже сильнее, чем раздражал её этот мужчина сам по себе.

— Спасибо, — улыбнулся Ичэнь, — Со стороны можно подумать, что ты обо мне заботишься.

Фыркнув, как рассерженная кошка, Фея-Бабочка поспешила отойти прочь. Она отвернулась, но все равно видела эту довольную улыбочку.

«Он наслаждается», — мелькнула мысль в её голове, — «Наслаждается моим унижением. Моим бессилием. Бог Войны поправляет ему одежды, кто бы мог подумать!»

— Оставляю дом на тебя, — сообщил Король Демонов, — Занимайся, чем хочешь. Ужинать можешь без меня: я поем по дороге.

Что именно он собирается есть, Аосянь постаралась не думать.

Очень постаралась.

— И еще одно, — добавил он, спохватившись, — Я повесил над дверями несколько оберегов. Слабеньких, всего лишь сигнальных, но постарайся их лишний раз не дергать, хорошо?

— К чему это притворное дружелюбие? — не выдержала Аосянь.

Развернувшись, она в упор посмотрела на своего врага, к противостоянию с которым готовилась полтысячи лет.

— Зачем спрашивать меня? Зачем делать насквозь фальшивые щедрые жесты? Зачем делать вид, будто мы друзья?

— Мы не друзья, — беззаботно ответствовал Демон-Лис, — У меня нет друзей. Но хороший враг… он, знаешь ли, стоит не меньше. И его тоже стоит ценить.

— В десять таэлей золота? — саркастически осведомилась Аосянь.

Он пожал плечами:

— За тебя я отдал бы и пятнадцать.

— Видимо, я должна чувствовать себя польщенной, — фыркнула Бог Войны.

Мао Ичэнь лишь пожал плечами:

— Должна — кому? Не мне, это уж точно. Но если хочешь, можешь рассказать госпоже Фенфанг, что она продешевила. Интересно было бы взглянуть на её лицо. Впрочем, неважно. Я во дворец; не скучай без меня.

«Скучать?»