Мастер на все руки - Онор Рэй

Артур осмотрел курицу и выщипал пару мелких перьев. Затем разрубил суставы, разделал тушку, переложил ее в большую, смазанную жиром сковороду и добавил немного соли.

Пока жарилось мясо, он занялся картошкой и при помощи навыка обращения с ножом порезал ее на равные кубики. Так же поступил с морковкой и сельдереем. Мудрый шепоток подсказывал, что кусочки одинакового размера готовятся более равномерно.

Курица уже начала подрумяниваться, поэтому он осторожно снял ее с огня, порезал на крупные куски и отправил в котел с бульоном вместе с лежавшими рядом приправами и, разумеется, щепоткой соли.

– Забыл про картошку и морковь? – рявкнул из-за спины Барлоу.

От неожиданности Артур подпрыгнул и едва не свалился с деревянного ящика-подставки. Он и не понял, что Барлоу стоит прямо за ним.

– Нет, сэр.

– Нет, шеф, – поправил Барлоу. – А теперь объясни, почему не добавил картошку.

– Потому что если добавить ее сейчас, а бульону вариться еще долго, она превратится в кашу. То же самое с морковкой, э-э… шеф. Сейчас я занимаюсь бульоном. Поэтому положил в котел курицу почти целиком. Потом сниму кожу и вытащу кости.

Барлоу молча сверлил его взглядом. Стараясь держаться спокойно, Артур продолжил:

– Часть овощей я обжарю на курином жире. Не все, но я подумал, что это придаст немного… разнообразия?.. – Он сбился под тяжелым взглядом шефа.

– Выпендрежник, – усмехнулся Барлоу. – Ты уделяешь много внимания текстуре, но… – Он многозначительно смолк.

Артур огляделся в поисках помощи. Напрасно: все на кухне были заняты, а Фрейя давно вернулась в приют.

– Но? – уточнил он.

– Как насчет вкуса? – Последнее слова Барлоу почти прорычал, и Артур невольно вздрогнул.

– Э…

Он спешно схватил ложку и попробовал бульон. Весьма неплохо. Следующими на очереди были овощи, хотя многого Артур от них не ждал.

Но как только оба вкуса смешались на языке, он понял: кое-чего не хватает. Эти ингредиенты всегда были под рукой даже у его матери.

– Надо добавить лук и чеснок?

– Ты спрашиваешь или отвечаешь?

Артур расправил плечи и встретился с Барлоу взглядом… правда для этого пришлось задрать голову, даже стоя на ящике.

– Где вы храните лук и чеснок?

Барлоу показал, и Артур поспешил за недостающими ингредиентами.

Через пару минут он уже обжаривал лук и чеснок на сковороде, пока лук не стал мягким и прозрачным. Вытащив из бульона кожу и кости, Артур измельчил крупные куски курицы и поочередно добавил в котел оставшиеся ингредиенты, начав с картошки. Так суп будет более наваристым.

Едва он успел добавить свежий горошек, как к нему снова подошел Барлоу.

Не говоря ни слова, он зачерпнул ложкой из котла, остудил и попробовал суп на вкус.

– Нужно больше имбиря и перца. В остальном приемлемо.

Артур облегченно выдохнул.

– Правда?

– Имей в виду, я могу в любой момент отправить тебя в мусорщики, если окажешься таким же бесполезным, как некоторые.

Последнее слово он гаркнул темноволосому парню, которого Артур заметил только сейчас. Тот отлынивал от работы в глубине кухни, надеясь, что на него никто не обратит внимания.

Не дав вставить ни слова, Барлоу снова повернулся к Артуру:

– Передай Фрейе, что я беру тебя в ученики на полставки.

Артур тут же сник.

– Полставки?

– Пока учишься, работаешь только полдня. Вдвое меньше времени – вдвое меньше плата. Все равно выходит пять медяков в неделю и один необычный осколок в месяц.

Артур вновь просиял.

– После уроков сразу сюда. Понял?

– Да, шеф.

– Хорошо. А теперь ступай.

Барлоу обернул ладони толстыми полотенцами и перетащил котел на другую плиту, где повара могли удобно разливать суп по мискам.

Артур довольно улыбнулся. Сегодня вечером кто-то отведает его супа.

И кстати о еде: он проголодался. Он так увлекся, что не отщипнул украдкой ни кусочка, разве что снял пробу.

Артур вышел на улицу, все еще улыбаясь и не замечая косые взгляды другого парнишки, который драил сковородки над огромной раковиной.

Один необычный осколок в месяц. Не так уж много, но медяки будут копиться. А благодаря классу «Игрок» Артур уже знал, как пустить их в дело.

Глава 29

Вскоре жизнь Артура в Улье волчьей луны обрела распорядок.

Почти все дни проходили одинаково.

Просыпался он под звон колокола, который приглашал воспитанников к завтраку. Колокол напоминал огромный металлический цилиндр и висел у входа между вестибюлем и общей столовой. Младшие дети, которым еще не исполнилось десяти, вместо работы за пределами приюта дежурили на кухне. Право взять молоток и бить в колокол по утрам и вечерам было особой привилегией. Счастливчик обычно колотил изо всех сил.

Потирая глаза, Артур садился на кровати и бросал мимолетный взгляд на соседа. Горацио спал как убитый и каждое утро вставал с большим трудом, ворча себе под нос.

Он был тем самым мусорщиком, на которого в сердцах жаловался шеф. Артуру хватило пяти минут, чтобы понять почему.

– Доброе утро, – обычно говорил он, стараясь начинать день вежливо.

Горацио пропускал его слова мимо ушей, будто ничего не слышал.

В ответ Артур пожимал плечами, одевался и шел по коридору в один из общих туалетов на этаже для мальчиков. При должной расторопности он сразу заходил и тратил положенные пять минут (их отсчитывал помощник Фреи), чтобы умыться и привести себя в порядок. Если же он медлил, то приходилось стоять в очереди.

Завтрак внизу всегда превращался в шумную суматоху. Многие воспитанники были осиротевшими фермерскими детьми, которых удалось спасти во время моровых извержений. Они с малых лет привыкли вставать ни свет ни заря.

К своему огорчению, Артур оказывался в самом конце мальчишеского стола, среди десяти- и одиннадцатилеток. Хоть он и знал, что крепнет день ото дня, до остальных ему было еще расти и расти.

Горацио, который в свои одиннадцать лет был куда выше Артура, садился рядом, только если не мог найти другого места.

– Передашь сок? – иногда просил Артур.

Горацио продолжал его игнорировать.

После завтрака всех детей младше двенадцати лет уводили в соседнее здание, где находилась школа.

Школа оказалась для Артура в новинку. В пограничной деревне о таком и не слыхивали. Нравится ли ему учеба, он пока не решил.

Да, уроки приносили новые навыки, но раньше его никогда не заставляли подолгу сидеть на одном