Поэт ненаступившей эры. Избранное - Николай Иванович Глазков

норовит,

Раздор – причина многократных бед.

Но Сергий Радонежский говорит:

– Перед тщеславным братом я смирюсь,

Чтоб не смирялась пред Ордою Русь!

Поодиночке нас татары бьют:

Метлу не ломят, а ломают прут!

Но близок бой – нелёгкий бой с Ордой,

Когда ордынцев выметем метлой!

Единство нужно нам – об этом речь,

И богомаза кисть важна, как меч!

…Пришли на речку.

– Ну теперь, Андрей,

Ищи здесь камни, складывай в мешок.

Струится речка, реченька, ручей,

На берегу лишь камни да песок.

Художник – живописец наших дней –

Не ищет красок на брегах речных,

Не растирает краски из камней,

А в магазине покупает их.

Удобно, что химический завод

Их производит сколько надо тонн,

Но год иль пятилетие пройдёт –

Меняют краски свой оттенок, тон…

А камни? Камни сотни тысяч лет

Первоначальный сохраняют цвет.

И для искусства вечного неплох

Масштаб геологических эпох!

– Вот здесь, Андрей, – Онуфрий говорит, –

Среди камней отыщешь цвет любой,

И лишь для краски синей, голубой

Потребен редкий камень – лазурит[6].

Его нам от Уральского хребта

Везут купцы, а здесь такого нет:

Поблизости земные все цвета,

И далеко от нас небесный цвет!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ПЕРЕСВЕТ

Весенняя распутица,

Большая грязь.

Посередине улицы

Мужик увяз.

На улице, на площади,

Раздался крик:

«С телегою и с лошадью

Увяз мужик!»

Телега не порожняя,

И груз – не грош.

Спасите вы, прохожие!

А как спасёшь?

Теперь разлились реки-то,

Дороги нет.

Но вот идёт к телеге той

Брат Пересвет:

– Увяз, мужик-бедняга, ты,

Но не робей,

А распрягай конягу-то,

Да поскорей!

Мужик, погодку вешнюю

Вовсю кляня,

Под брань свою поспешнее

Распряг коня.

– Теперь садись в телегу-то,

Ух, прокачу!

– Шутник, шутить мне некогда!

– Я не шучу.

Тут дело невесёлое,

Шутить не след.

Телегу взял тяжёлую

Брат Пересвет.

Мужик глазища вытаращил,

Воскликнул: «Ах!» –

Рванул к себе и вытащил

Весь воз монах!

Мужик сказал: – Ну, милый мой,

Ты дюжих сил!

Да я б с такою силою

Татар побил!

Да мне бы от Всевышнего

Подобный дар!..

– Да не болтай ты лишнего:

Побьём татар!

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

КУЛИКОВСКАЯ БИТВА

Трава сраженьем не примята

И кровью не обагрена,

И сохраняет блеск парада

И та и эта сторона.

С той самой стороны ордынской,

Со стороны донских степей,

Рванулся всадник исполинский

Батыр Мамаев Челубей.

Он дивно слажен и отважен,

В очах сияние луча,

В его плечах – косая сажень,

В речах – уверенность меча:

– Сразится кто со мной? Такого

Среди московской рати нет!..

Но видит поле Куликово:

Не испугался Пересвет.

И не кольчуга, а рубаха,

Рубаха белая на нём:

Мог Пересвет пробить с размаха

Всяк щит с кольчугою копьём!

И о батыре Челубее

Судил, должно быть, по себе,

И доверялся, не робея.

Он не кольчуге, а судьбе.

И оба войска ждут решенья

Коварной воинской судьбы.

Герои начали сраженье,

Их кони встали на дыбы.

Столетьем кажется секунда,

И кто сильнее, кто слабей,

Кто победит? – Ответить трудно:

Кто, Пересвет иль Челубей?

Копьём тяжёлым русский воин

Татарский пробивает щит,

Но перед смертью враг спокоен:

И Пересветов щит пробит!

И наземь пал татарский ратник,

В рядах ордынцев вызвав стон,

А Пересвета конь обратно

Примчал убитым в русский стан.

Два войска двинулись на сечу,

И грянул Куликовский бой.

Ордынцам ринулся навстречу

Московский полк передовой.

По центру русских бьют ордынцы,

Теснят, громят за рядом ряд.

Не час, не два сраженье длится,

Но стойко русские стоят.

Мамай глядит на бой упорный

И видит: русским тяжело.

Сейчас он конницей отборной

Ударит в левое крыло.

На левый фланг текут ордынцы,

На левом фланге цвет их войск.

Фланг русских должен надломиться,

Растаять должен, словно воск.

Вперед идёт враг-неприятель,

Берёт в бою за пядью пядь –

И медленно к реке Непрядве

Фланг русских начал отступать…

Вдруг крики вражеские смолкли,

У них смятенье: князь Боброк

От берегов дубравных Смолки

Бросает в бой засадный полк.

Нетерпеливые, в засаде

Томились воины с утра

И думали, на битву глядя:

«Помочь товарищам пора!..»

Весь день удерживал в засаде

Их рассудительный Боброк,

А в этот миг сказал: «Дерзайте!» –

И хлынул воинов поток!..

Смешались сотни и десятки.

Исчезли стройные ряды,

И побежали в беспорядке

Войска прославленной Орды!

ГЛАВА ПЯТАЯ

СПАС

Одержана победа,

И враг бежал,

Но нету Пересвета,

И павших жаль.

И грусть звенит в веселье,

От битвы сей…

Уединился в келье

Чернец Андрей.

Намедни дал сам Сергий

Ему заказ:

Нужна для новой церкви

Икона – Спас.

А кто подобен Спасу?

Простой ответ

Возник внезапно, сразу:

Брат Пересвет!

Творящий только благо

Чудесный брат,

Он, Пересвет, однако,

И Пересвят!

Силач неимоверный,

Святой монах,

Такой же Бог, наверно,

На