Жуля, я и снежный роман - Ана Ховская

– Нет, я не был женат. Есть младшая сестра, учится в аспирантуре.

– Ого! – искренне заинтересовалась Марта (это её мечта после декрета). – И что изучает?

– Международные отношения. Мечтает работать дипломатом.

– Впечатляет! – заметила я.

– Вы ведь на международных рейсах? – перевёл взгляд на меня Валерий.

Я кивнула.

– Значит, тоже что-то вроде дипломата, – улыбнулся уж очень внимательно.

Пожалуй, ты мне немного нравишься. Но это неточно!

– Да так и есть! – замахала ладонями маман, привлекая к себе внимание. – Вы знаете, что она в совершенстве владеет тремя языками? Представляете, Валерий? Мне такое никогда не давалось, поэтому я не смогла пройти на конкурс «Мисс Вселенная», – огорчённо вздохнула и закатила невинные глазки.

Не сказать о себе любимой, как же! Ну давайте, хвалите её семеро!

И конечно, посыпалось:

– Ну что вы, Лариса Львовна, вы бы там всех переплюнули, – улыбнулся Саша.

– Ларушка, ты только вымоталась бы, а результат был бы тот же, что и всегда, – первое место! Ты прекрасна, дорогая! – поцеловал руку жене дядь Слава.

И ещё пять минут бла-бла… Получив порцию комплиментов, вампир насытился и засюсюкал с мужем. А вот Валерий всё это время смотрел на меня с искренним интересом.

Окей, ещё тебе бонус за хорошее поведение на борту!

– Так какими языками владеете? – поинтересовался он в паузу.

– Английским, немецким и арабским, – снова вмешалась маман прежде, чем я успела открыть рот. – И ещё на китайский поглядывает!

Ну, на мне же только слюнявчика не хватает. Слушайте, я может, и пообщалась бы с парнем, но из-за бесконечного давления мне на него смотреть тошно!

– Арабский? – удивился Валерий.

– Было интересно, – улыбнулась я, – к тому же это наше частое направление. Люблю Эмираты.

– А вы знаете, что мужчины-арабы часто откровенно обсуждают бортпроводниц? – с умным видом вставила маман. – А когда знают, что наши девушки владеют языком, ведут себя благовоспитанно.

– И такое бывает? – деликатно поддержал Валерий и опустил глаза: должно быть, уже устал играть в пинг-понг с непризнанной «Мисс Вселенной».

Ничего, терпи, дружок, я всю жизнь играю, а ты мужчина, всего-то полтора часа прошло. Ещё пара сетов, и маман уложит тебя на лопатки. Может, и настойки не потребуется.

– Жень, а вы… – начал было Валерий.

– Почему бы вам не перейти на «ты»? – влезла маман, беря меня за руку.

Я даже зависла от такой бесцеремонности, поймала понимающий взгляд Валерия и смущённо опустила глаза на бокал.

– Да, наверное, так будет проще, – первым проговорил он.

– Да, почему бы нет! – поддержала Марта, а за ней и Саша.

– Ой, как я рада! – хлопнула в ладоши маман. – Давайте уже шампанского?

– А мы настойки папы бахнем! – потёр ладони Саша и подмигнул Валерию.

– Я остановлюсь на вине, – вежливо отказался тот. – Не пью крепких напитков.

– И правильно. Каждому своё, – поддержал дядь Слава.

– Валерий, а вы, наверное, и спортом увлекаетесь? Мы с Евгенией в прошлом месяце на каток ходили – она там такие пируэты выписывала, будто родилась в коньках, – неожиданно выдала маман.

Я поперхнулась глотком глинтвейна.

Да ты коньки в глаза не видала, а я их с детства ненавижу!

– Мам… – улыбнулась я, обтирая губы салфеткой и многозначительно глядя на неугомонную родственницу.

– Ну это же правда! – не унималась та. – На льду она выглядит олимпийской чемпионкой.

Божечки, ну почему все вокруг нормальные, кроме тебя?

Опершись на стол локтем, я снова затеребила чёлку. А Валерий с восхищением округлил глаза:

– Правда? Я на коньках еле стою. Зато на лыжах неплохо.

– О! – оживилась маман. – Значит, можем взять вас в компанию на горнолыжку. Евгения, едем на выходных! – за всех решила главнокомандующий.

У меня уже форель назад просится, а Валеру, я смотрю, ничего не берёт? Извини, маман, но я нарушу твои грандиозные планы…

– У меня завтра последний день отпуска, – попыталась вежливо выйти из положения. – Ещё не знаю своего расписания.

– Как? У тебя же отпуск до десятого? – возмущённо повернулась ко мне она.

– Нет, мам, десять дней, а не до десятого, – соврала я, уж точно не собираясь оставаться здесь до конца отпуска.

А куда податься? Переезжать в дом? Что-то я пока не готова туда вернуться… Ладно, потом придумаю: ещё целый вечер в штопоре…

В этот момент сверху в одно из блюд упал мячик, а за спиной закричала Лиза:

– Папа, посли иглать с Зулькой!

Маман сжала вилку и губы. Марта и Саша переглянулись, улыбнулись по-доброму.

– Идите купать мячик, – Марта достала игрушку из салата и передала блюдо мужу. – И это на кухню, пожалуйста.

– Похоже, мой ужин окончен, – засмеялся Саша, поднимаясь. – Меня призывает мой генерал. Лизун, за мной!

Он взял блюдо и мячик, Лиза, звонко смеясь, подбежала к отцу и захлопала в ладоши, а я поймала себя на ощущении, что безумно хочу оказаться на его месте: чтобы моя дочь устраивала невинное безобразие за столом и играла с Жулькой, а напротив сидел он – мой обожаемый и любящий муж.

От яркой фантазии в груди запекло. Я погладила горло ладонью и оглянулась на Жульена. Тот хотел было подойти, но маман тихо пресекла:

– Жульен, сидеть!

Ну всё – капец твоим тапкам!

Манюня обиженно забрался под кресло, положил мордашку на лапы и тоскливо смотрел на меня.

Извини, манюнь, сегодня возьму тебя в постельку.

– Давайте за Рождество! – поднял бокал дядь Слава, и я благодарно улыбнулась ему.

– С Рождеством! – мы чокнулись.

Через несколько минут вернулись Лиза с Сашей и сели у камина. К ним присоединилась Марта. А за столом взял инициативу дядь Слава, заговорив о факультете программирования в нашем универе, на что Валерий с удовольствием откликнулся. Маман не пыталась влезать, лишь кивала в паузы: соблюдала принцип – молчи, сойдёшь за умную.

Всё было не так уж плохо в этот раз, если говорить о госте. Даже подозрительно. Я невольно стала рассматривать Валерия «под микроскопом»: выбрит чисто, подстрижен, заметно держит форму (или наследственность хорошая), ногти не грызёт, рукава пиджака не затёрты – чистоплотен. Кроме прочего, уравновешен и деликатен, язык подвешен… Придраться не к