Фабрика смерти - Ота Краус

свидетельствуют показания очевидцев: Кули, Клодзинского, Кулки, Крауса, Фолтиновой, Поребского, Елена, Пятковской, Костюшко, Габрайского, Марии Будзяшек, Михалины Едрусяк, Сосновской, Франкевич, Ирены Дубасовой, Соломона-Ланжевена, Клавдии Блок, Шмаглевской и Живульской.　

Установить все случаи умерщвления заключенных при участии обвиняемой невозможно, так как главные свидетели, то есть жертвы этих убийств, мертвы. И тем не менее у Верховного национального трибунала имелись все основания точно установить, что в селекциях заключенных, проводившихся в блоках, лазаретах, при возвращении трудовых отрядов с работы или во время переклички заключенных женского лагеря в Биркенау, обвиняемая точно так же, как и врачи, отбирала заключенных для отправки в газовые камеры. Она помогала при погрузке жертв в автомашины, отвозившие заключенных в газовые камеры, и при этом била женщин.　

Обвиняемая вместе с врачами и эсэсовскими офицерами отбирала заключенных для отправки в газовые камеры во время кампаний по истреблению венгерских евреев, по уничтожению семейного лагеря чешских евреев, по умерщвлению русских женщин из Витебска; она забирала у женщин детей, била их и бросала в автомашины.　

Обвиняемая по собственной инициативе посылала беременных женщин в газовые камеры или передавала их эсэсовцам для умерщвления фенолом. Об одном страшном случае рассказал свидетель Кулка: обвиняемая при ликвидации семейного лагеря чешских евреев отправила в газовую камеру мать с ребенком, несмотря на то, что ее хотели оставить в живых даже эсэсовцы. Она послала на смерть тысячи заключенных. Об этом свидетельствует хотя бы такой факт: во время переклички всем женщинамприказывалось прыгать через бревно, положенное на определенной высоте, и таким образом было отобрано для отправки в газовые камеры около 4 тысяч заключенных.　

Нельзя также не упомянуть о фактах, подтвержденных свидетельницей Пелшовской: многие женщины в лагере покончили жизнь самоубийством, потому что не могли выдержать гнета лагерной системы и тирании обвиняемой.　

Обвиняемая не ограничивалась участием в селекциях заключенных в лагерях Равенсбрюк и Биркенау. Как о том свидетельствуют показания очевидцев, она в декабре 1942 года во время страшного мороза провела в женском лагере Биркенау кампанию по борьбе со вшами, причем купание женщин продолжалось с раннего утра и до 16 часов. Заключенные после бани по нескольку часов простаивали на сильном морозе нагие и голодные. По меньшей мере четвертая часть этих женщин на грузовых машинах была отвезена в блоки, причем большинство из них умерло. Каждая кампания по борьбе со вшами влекла за собой смерть большого числа женщин, погибших от холода и изнурения. После таких кампаний заключенные в течение целого дня должны были оставаться без белья и матрацев, хотя на складе их были тысячи.　

В другой раз обвиняемая участвовала в убийстве заключенной, которую эсэсовец сбросил в яму вниз головой. Мандель, склонившись над ямой, наблюдала за тем, как женщина умирала.　

Как рассказывала свидетельница Пятковская, обвиняемая однажды приказала выбросить новорожденного ребенка во двор, где его сожрали крысы. По свидетельству Костюшко, Мандель распорядилась новорожденных детей сжигать в крематории. Она отбирала у матерей грудных детей и приказывала их убивать. Невыносимые условия женского лагеря привели к смерти всех детей, родившихся там.

Многие заключенные умерли из-за побоев и издевательств Мандель, она не только соблюдала строжайший режим лагеря, но всячески усугубляла его. Обвиняемая нагоняла на заключенных смертельный ужас. Утверждение ее о том, что она только изредка била заключенных по лицу, опровергнуто показаниями 11 свидетелей. Свидетельница Костюшко подтвердила, что обвиняемая била особым способом. Уже после первого удара начиналось кровотечение из носа, а в лагере Райско обвиняемая выбила однажды заключенной челюсть.　

Свидетель Либерак рассказывал, что Мандель во время своего пребывания в Равенсбрюке не переставала мучить его душевно больную жену до тех пор, пока та не умерла. Обвиняемая не скупилась на такие выражения, как «польские свиньи» и тому подобное. Заключенных, отобранных для отправки в газовые камеры, она загоняла в автомашины побоями и руганью.　

Страшным мучением для заключенных были переклички, проводившиеся по приказанию Мандель. Они длились по нескольку часов. Некоторым заключенным все это время приходилось стоять коленями на острых камнях. Обвиняемая запрещала заключенным обуваться на перекличку, и, если женщины в мороз подкладывали под босые ноги бумагу или тряпки, она их била.　

Свидетельница Майкова рассказала, что Мандель запрещала заключенным помогать еврейкам.　

Она часто устраивала в блоках обыски, для того чтобы отобрать у заключенных продовольствие, даже если это были несколько картофелин, пучок зелени или небольшая посылка от близких. Точно так же она поступала с вещами, бельем, обувью и лекарствами, которые обнаруживались при обыске. Обвиняемая отправляла заключенных в тюремный блок за малейшее нарушение лагерного режима.　

Свидетели рассказывали, что обвиняемая отбирала заключенных для лагерного публичного дома. Ее утверждение, будто в публичный дом женщины шли добровольно, опровергнуто показаниями свидетелей.　

Так Верховный национальный трибунал обосновывал свой приговор, вынесенный этой типичной представительнице нацизма.　

ЛОЖЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Английская комиссия по расследованию злодеяний военных преступников в Берген-Бельзене через Союз освобожденных политзаключенных попросила одного из авторов этой книги посетить тюрьму, где содержались военные преступники. Он посетил ее 5 и 6 августа 1945 года, сперва тюремный лазарет в Берген-Бельзене, а затем тюрьму в Целле близ Ганновера, в которых содержались эсэсовцы и надзирательницы женских лагерей, пойманные при освобождении концентрационного лагеря Берген-Бельзен. Автору книги позволено было задать преступникам несколько вопросов.　

Когда мы приехали в Целле, заключенные находились на прогулке. Бледные, с опущенными головами, ходили они по кругу во дворе тюрьмы. Однако черты их лиц не изменились. Я тотчас же узнал шестерых эсэсовцев из Биркенау. Сразу же после прогулки каждого из них допросили. Я приведу самые характерные их ответы.　

Первым был допрошен Рудольф Гесслер, бывший комендант женских лагерей в Биркенау, которого можно считать одним из основателей фабрики смерти. По его вине женщины умирали от невыносимых условий, существовавших в женских лагерях, по его приказам каждую неделю устраивались селекции, в результате которых погибали тысячи заключенных. Гесслер принимал также участие в уничтожении семейного лагеря чешских евреев. Он лично проводил сортировку прибывающих эшелонов, отправляя более 80 процентов их состава в газовые камеры.　

Он признал во мне бывшего слесаря из лагеря, понял, что я многое знаю, но прикинулся невинным.　

«Что вам известно о газовых камерах, в которых уничтожались десятки тысяч здоровых людей?» — спросил я его.　

«Об этом я не знаю ничего. В крематории я никогда не был и никогда не видел, как уничтожали людей в газовых камерах. Я знаю только, что там работала какая-то особая команда, в которую входили заключенные, убивавшие друг друга».　

«Что вы можете сказать о ликвидации семейного лагеря чешских евреев?»

«Семейным лагерем чешских евреев управляли Шварцгубер