Путь Строителя 17 - Алексей Ковтунов

Там с самого утра дым столбом, и хозяйство разрослось так, что узнаешь его с трудом. Чанов стало больше, и весла в них не останавливаются ни на минуту. Всё свободное место заставлено бочонками да корытами, и мыло тут того и гляди начнут считать не брусками, а телегами. Откуда вдруг столько работы, со стороны не поймешь.

— Это что тут у вас, осада? — полюбопытствовал я у тетушки, пробираясь к ней через всю эту кутерьму.

— Заказ, — коротко бросила она и утерла лоб рукавом. — Большой. Котлы вон новые выдали, жиром завалили по самые уши, а сроки такие, что впору варить во сне.

— И кто ж у нас такой чистоплотный? — удивился я. Хотя кто знает, может, из города скоро приедут торговцы, и староста заказал под них? Других покупателей на такую прорву мыла я в округе не вижу.

— А тебе не все равно? — буркнула тетушка. — Велели варить, варим. Ты вот лучше скажи, куда нам жижу твою девать, ее теперь бочками. — Она мотнула подбородком в дальний угол.

— Никуда не девать, — оживился я. — Всю мне.

Жижа как раз мой интерес, так что туда я и свернул без приглашения. Готовое мыло снимают, а нижний слой сливают отдельно, и возится с ним знакомый паренек, тот, что стерег мою выпарку. Теперь он в этом деле всерьез, у него свой котел и личная лавка, а держится он от всего этого донельзя важно.

— Глицерин цедишь? — я заглянул ему через плечо.

— Компот, — с достоинством поправил паренек. — Ты ж сам так называл. Только теперь его много.

Дома, кстати, мыловары эти остатки веками выплескивали в канаву, пока не объявились покупатели с куда более громкими интересами, и отработанный щелок вдруг стал товаром. Здесь история, похоже, идет на второй круг, только желающий пока один, и это я.

Цвет у компота темнее, чем в прошлый раз, видно, спешат, и соль отцеживается хуже. Качество надо будет проверить, прежде чем пускать в дело, а сейчас на это нет времени. Но главное ясно и так, сырье будет, и в таких объемах, о каких еще неделю назад и не мечталось.

Пока шел вдоль берега, в голове крутилась одна мысль, и настроения она не прибавляла. Допустим, всё сработает, как задумано. В холоде и без Основы наварим шикарного супа, чистого и стабильного, какого у этой реки не получить никогда. Собственно, ради этого и идем, и примерно на такой итог похода я вполне себе рассчитываю.

А дальше что? Сразу мешать с бухляком? Там, на кромке, нам может быть совсем не до того, это не бункер под боком, а чужая земля, и кто там за нами присматривает, неизвестно. Да и смешаем, так стабильность все равно лучше держать как можно выше, до самой деревни, а уже тут спокойно возиться с брикетами.

Вторая беда хуже первой, и чем больше супа мы понесем, тем она страшнее. Проверено на стрелах, результаты записаны у меня в голове, и повторять опыт на собственной шкуре желания нет. Крупный заряд не пережил даже выстрела, а ведь это был брикет, в котором бухляк занимает львиную долю и, по идее, должен гасить чувствительность к таким вещам.

А чистый сгусток злее в разы, кружка вмещает таких порций штук двадцать, вот и перемножай. Сунь ее в заплечный мешок, и Коршу останется вычеркнуть из списков весь отряд одной строчкой.

Значит, нужна тара, причем такая, чтобы Основа внутрь не лезла, а суп не грелся и не болтался. И лучше уж куча маленьких горшков вместо одного большого. Правда, и тут не без подвоха, рванет один, и соседям от такого толчка наверняка захочется следом, поэтому в корзине их надо рассаживать подальше друг от друга и перекладывать соломой или мхом.

Но в любом случае придется жертвовать самым ценным, без этого никак. Так что свернул все-таки к деревне, не добравшись до бункера, и заглянул на склад.

Людно здесь было всегда, а теперь к очереди за пайком добавились еще и строители. Над серой бетонной коробкой ровными рядами встали столбы с торчащими из макушек прутьями арматуры, а поверху их уже связали перемычками. Клетка вышла высокая, видна с любого конца площади, и о том, что под ней по-прежнему выдают крупу да сало, догадаться можно разве что по мешкам, которые оттуда выносят.

На крыше между столбами поднялся целый лес подпорок, и плотники раскладывают по ним щиты опалубки под пол второго этажа. Стойки подбивают клиньями и выводят настил по натянутому шнуру, а на самом краю кто-то ползает на коленях и простукивает каждую доску, не гуляет ли.

У дальнего угла поскрипывает кран, собранный по образцу того, что ставили у пчелиной башни, и на полиспасте неспешно уходят наверх то связка прутьев, то стопка досок. У веревки стоят двое, один тянет, другой командует, и работник косится на начальника так, что распределение обязанностей у них явно вызывает вопросы.

Собственно, всё это указано в чертеже, а у прохода даже установили табличку с точным изображением того, как будет выглядеть наша постройка в итоге. Мода у нас такая пошла, мой бункер сторожит нарисованный горшочек с супом, а тут уже целый дом в несколько этажей, с окнами в ровную сетку.

Подошел поближе, чтобы рассмотреть, и усмехнулся, ну почти хрущевка, разве что общего у нашего здания с ней только внешний вид. По факту это не панельный дом, конечно, а вполне себе монолит-кирпич будет.

Хотя и в эту сторону мыслишки тоже имеются, но прежде надо сообразить достаточно надежный подъемный кран. А лучше манипулятор, чтобы плиты доставлять с производства непосредственно на объект. Ангар под них уже заливают, ольдокрут по деревне вовсю катается, так что и такая повозка напрашивается сама, и Ольд, чую, придумает ей имя в свою честь раньше, чем она сдвинется с места.

А сам склад тем временем работает без единой заминки, и соседство со стройкой ему ничуть не мешает. Бригады лезут наверх по лесам с тыльной стороны и тачки гонят туда же, а к дверям от площади ведет свой проход, огороженный жердями и накрытый дощатым навесом. Заходят с одного торца, выходят с другого, и хозяйка с корзиной нигде не столкнется с плотником, у которого на плече брус.

— Внизу, берегись! — гаркнули с крыши.

Народ в очереди разом присел, но из