Император песчаных карьеров. Том 2 - Антон Панарин

Гелиос посмотрел на меня как на самоубийцу, но не произнёс ни слова. Потому что выбора у нас не было. Впереди лежал город, кишмя кишащий демонами. А позади расстилалась пустыня, кишащая имперцами. И между двух зол нормальный человек выберет то, где кормят.

Мы переглянулись, молча соглашаясь с этой мыслью, и начали спуск.

Путь в каньон от перевала занял занял около двух часов. Тропа петляла по каменным уступам, узкая и скользкая от мелкого гравия. Верблюдов пришлось вести в поводу. Животные упирались и мотали головами, недовольные крутизной.

С каждым метром вниз город раскрывался всё в больших подробностях. И чем ближе мы подходили, тем сильнее у меня отвисала челюсть. Порт-Каракум был не просто городом. Он был произведением инженерного безумия.

Дома и таверны вырезаны прямо в скальных стенах. Мастерские, склады, жилые кварталы… В камне ровными рядами зияли окна. Балконы нависали над пропастью. Лестницы змеились по отвесным стенам. Верёвочные мосты, с виду совершенно ненадёжыне, были перекинуты через ущелье на разной высоте. Люди сновали по ним, не глядя в бездну.

По дну каньона текла река. Подземный поток выходил из скального грота на севере, а выбравшись на поверхность, река уходила в темноту на юге. Вода была мутной, зеленоватой, но движущейся. По берегам стояли причалы. К ним были пришвартованы корабли: от мелких шлюпок до приличных песчаных грузовозов.

В прошлой жизни я мечтал побывать в Венеции. Теперь я стоял в пиратской Венеции. Только здешний вариант был вырублен в камне и пах значительно хуже оригинала. Впрочем, про оригинал на сей счёт тоже ходили не самые восторженные легенды.

Население, на глаз, тысяч пять. Может, даже больше. Люди всех мастей и рас толпились на узких улочках. Торговцы, матросы, наёмники, женщины с корзинами, оборванцы и богачи. Все вперемешку, без намёка на сословные границы, так что шум стоял оглушительный.

У входа в город нас встретила стража. Четверо здоровых мужиков в кожаных доспехах с эмблемой скрещённых сабель на груди. Стража Совета Капитанов. Главный, рыжий детина с обрубленным ухом, шагнул вперёд и загородил дорогу.

— Рекомендация? — гаркнул он.

— Рагнар Железная Рука, — капитан выступил вперёд.

Рыжий детина прищурился с недоверием. Оглядел Рагнара с головы до ног. Задержала взгляд на пустом рукаве и одежде, заляпанной засохшей кровью.

— Железная Рука? — переспросил он с недоверием. — Тебя тут все считали мёртвым.

— Слухи о моей гибели несколько преувеличены, — буркнул Рагнар.

Стражники молча переглянулись. Рыжий кивнул напарнику. Тот сорвался с места и побежал вглубь города.

— Гонца к Марте послал, — пояснил рыжий. — Она решит, впускать вас или нет. Пока ждите здесь.

Мы ждали четверть часа. Я использовал время, чтобы осмотреться. Город за воротами кипел жизнью. Прямо за проходной начинался рынок. Лотки и палатки, теснящиеся друг к другу. Запахи специй, жареного мяса, кожи и чего-то сладковато-химического.

И какие здесь были товары… Боги мои, какие здесь были товары! На одном лотке лежали стихийные кристаллы. Огня, Ветра, Земли. Лежали совершенно открыто, в тряпичных мешочках, с ценниками. В империи за такое отрубали руки. На соседнем прилавке стояли склянки с химерологическими препаратами. Жидкости всех цветов, от бледно-зелёного до густого фиолетового. Подписи на ярлычках обещали «усиление мышц», «регенерацию ткани» и «обострение зрения».

А дальше, через два ряда, я заметил палатку с демонологическими свитками. На вывеске красовалась пентаграмма и надпись: «Связать демона? Подчинить духа пустыни? Заставить исполнить желание? Спросите у Мубарака!». Свитки лежали стопками. Покупатели листали их, как журналы в привокзальном киоске.

Ясно было, что тут имеет место абсолютно свободная от любых условностей и предрассудков экономическая зона. Ассортимент включал буквально всё, что запрещено империей, были бы деньги. Кстати, в паре мест и права не помешает прицениться.

Тут был огромный потенциал для демонолога с амбициями. Однако оставался нюанс (я украдкой оглядел своих спутников). Гелиос может устроить пожар. Кашкай может заварить очередную кашу, а Сульфур — спровоцировать громкий скандал.

А значит, надо держать их всех подальше от рынка, но паладина — в первую очередь. Потому что жуликов и громогласных идиотов тут наверняка хватает и своих, а вот орденский бойцов со злом…

Но было уже поздно. Гелиос успел рассмотреть палатку со свитками. Его лицо побелело, руки сжали рукоять меча, и я физически ощутил, как паладина затрясло от гнева.

— Они торгуют демонами, — процедил он. — Открыто. Открыто, посреди белого дня. Как овощами на базаре.

— Добро пожаловать в свободный мир, святоша, — ответил я, ненавязчиво отодвигая его от входа и одновременно пытаясь загородить его рослую фигуру от бдительных взоров оставшихся стражников.

— Я должен это уничтожить. Всю эту мерзость. Сжечь до основания.

— Гелиос. Мы здесь гости, а не хозяева. Здесь свои правила. Начнёшь крушить лавки, и нас вышвырнут. Или запросто прирежут. Или и то, и другое.

Паладин скрипнул зубами так громко, что один из стражников удивлённо огляделся. Заметив это, Гелиос, помедлив, всё-таки убрал руку с меча. Я мысленно выдохнул. Удержать паладина в городе, где торгуют демонами, задачка ещё та.

Рагнар тем временем разглядывал вывеску химерологической лавки. «Протезирование и модификации. Гарантия три месяца».

— Слушай, капитан, — осторожно начал я. — Раз уж мы здесь, может, стоит обратиться к химерологам? Насчёт твоей руки.

Рагнар покосился на короткую уродливую культю, оставшуюся от железной конечности. Медленно потёр её уцелевшей ладонью.

— Та рука убила больше имперцев, чем живая, — отрезал капитан. — И не предлагай мне подобной чуши снова, сынок.

— Химерологи могут вырастить настоящую. С мясом, кожей и нервами.

— Видал я, что они вырастили Дауру. Лапу монстра вместо руки. Нет уж, спасибо. Железо надёжнее любой плоти. Оно не болит, не мёрзнет и не устаёт. И дамам нравится.

Последний аргумент прозвучал настолько неожиданно, что я поперхнулся. Рагнар ухмыльнулся краешком губ и отвернулся.

Как раз тут и вернулся бегом посланный к местному руководству гонец. Рыжий стражник выслушал его и кивнул нам.

— Марта ждёт. Идите за Фаридом, он проводит.

Фарид, щуплый мальчишка лет двенадцати, повёл нас вглубь города, слава всем высшим силам, пусть наш пролегал в обход рынка. Мы шли по узким улочкам, вырубленным в скале. Под ногами каменные ступени, отполированные тысячами подошв. Над головой балконы и навесы, почти смыкающиеся. Солнечный свет проникал сюда лишь полосами.

Город пах речной рыбой, дёгтем, потом и дешёвым вином. Где-то играла музыка. Из окна вывалился пьяный матрос и едва не приземлился на Кашкая. Шаман увернулся с ловкостью кошки и даже успел стащить у падающего кошелёк. Я заметил, но промолчал. Навыки выживания, не мне его судить.

Сульфур шагал