Университет на горе смерти - Анна Кейв

– Мне нравится твой настрой.

Парень подхватывает меня на руки и перебрасывает на кровать. Мне снова становится смешно, но Артур перекрывает мой хохочущий рот требовательным поцелуем, изучая рукой мое тело. Он останавливается на груди и кончиком пальца окольцовывает ореол. Оторвавшись от моих губ, он опускается ниже, впиваясь в грудь и проводя горячим мокрым языком по затвердевшему соску. Я невольно выгибаюсь и выдыхаю с легким стоном, отвечая на новые для меня ощущения.

Дьяконов садится на кровати и стягивает с себя футболку. Я тянусь к его ремню, но у меня не получается с ним совладать. Артур мягко отстраняет мои руки и медленно, словно дразня, расстегивает его, а затем и ширинку.

– Ты все еще уверена? – хрипло спрашивает он.

– Уверена, – выдыхаю я и в подтверждение своим словам тяну парня на себя, едва он успевает стянуть с себя джинсы.

Артур прижимается ко мне всем телом и ловит мою руку, направляя ее к своему члену. Я нащупываю его – твердый и крупный – сквозь боксеры. У меня вырывается:

– Это все?

Когда я натыкаюсь на непонимающий взгляд Артура, начинаю смеяться. Черт, мой вопрос прозвучал слишком унизительно.

– Я не… я… – не могу отсмеяться я. – Я не то имела в виду! Прости-прости-прости. Я хотела спросить – это его максимальный размер или он станет еще больше?

– А ты хочешь, чтобы там была колбаса по локоть? – усмехается Артур.

– Нет, меня все устраивает, – весело отзываюсь я. Он впивается в мои губы страстным поцелуем и стягивает с меня трусики.

***

Я просыпаюсь от какого-то шороха и, едва открыв глаза, щурюсь от слишком яркого света, наполнившего комнату. Нужно было закрыть шторы на ночь. Голова гудит после вчерашнего, и я, встрепенувшись, вспоминаю, чем закончился вчерашний вечер.

Поворачиваюсь на другой бок и вижу Артура. Он сидит на краю кровати, натягиваю футболку.

– С добрым утром, – тихо произношу я, застенчиво улыбаясь. Парень поворачивает голову и кидает через плечо:

– Ага.

Меня что-то настораживает в его безразличном тоне. Я сажусь на кровати, прикрывая голое тело одеялом. На трезвую голову я не такая смелая, как на пьяную.

– Выспался? – невинно спрашиваю я.

– Да вроде, – он поднимается и ищет взглядом обувь. Не такого прохладного отношения я ждала после того, как меня лишили девственности.

– Что-то не так?

– Да нет, все прошло на удивление неплохо для первого раза, – пожимает плечами парень. – Даже можем как-нибудь повторить. Ты такая узенькая – это прикольно. У некоторых такое ведро, как у лошади.

– В смысле? – тупо спрашиваю я, не понимая, что происходит.

Дьяконов морщит нос. Прямо как его отец.

– Давай только без всех этих вопросов, истерик, окей? Мы провели хорошую ночь, и ты на этом, заметь, настояла. Так что обойдемся без обвинений, что я, такой плохой, тебя использовал.

Внутри меня все обрывается. Именно это Артур и сделал. Использовал.

Глава 20

Внутри меня образуется черная дыра, поглощая все на своем пути – сердце, душу, чувства, эмоции. Из меня словно испаряется сама жизнь. Я чувствую себя обманутой. Меня предали. Растоптали те светлые, окрыленные влюбленностью, порывы моей души.

Как после этого я смогу доверять людям? Парням?

За что?

Почему?

Как я могла так ошибиться?

Это я виновата.

– Артур, давай поговорим, – жалобно прошу я, слезая с кровати и не отпуская одеяло. Он закатывает глаза и идет к двери, наступая прямо на мое бальное платье, так и брошенное вчера на полу посреди комнаты. Брошенное и растоптанное, как мое сердце. – Артур!

Я бросаю одеяло, чтобы оно мне не мешало, и буквально за пару прыжков добираюсь до двери, опережая парня. Заслоняю выход из комнаты, не обращая внимания на свою наготу.

– Я через такие сцены проходил много раз, уже надоело, – цокает Дьяконов и, схватив меня за талию, оттаскивает в сторону.

– Артур! – срываюсь на крик я, но он уже открывает замок. Я отчаянно кидаюсь к нему, обхватывая руками торс, но отцепляет их и отталкивает меня.

– Мила, господи, сохрани хоть капельку достоинства, – иронично морщится он. И это он смеет твердить мне о достоинстве?!

Едва за парнем захлопывается дверь, я подбираю пижаму и одним махом натягиваю шорты. Рубашку спешно застегиваю на ходу, вылетая из комнаты. Не глядя на удаляющегося парня, я требовательно дергаю за ручку двери Эллы. Заперто. Стучусь, что есть силы, пытаясь сдержать подступившие слезы.

Девушка появляется на пороге и, видя мое состояние, сразу все понимает.

– Артур? – шепчет она. Я судорожно киваю.

– Я уеду. Я уеду отсюда сегодня же!

Она старается меня притянуть к себе и обнять, но я вырываюсь. По щекам бегут крупные соленые слезы. Одна за одной. Одна за одной.

– Мила, пойдем в комнату, – мягко, словно ребенку, говорит девушка.

– Он меня использовал и кинул! – кричу я. И плевать, что это кто-то услышит. Дьяконов все равно растреплет о новом трофее в своей коллекции.

– Мила, давай не здесь, – цедит Элла, кивая в сторону. Я поворачиваю голову и сталкиваюсь с насмешливым взглядом Артура, которого явно забавляет эта сцена. Всего в нескольких шагах от него замер Ян с кружкой в одной руке и каким-то батончиком в другой.

Время словно замедляется. Геккель переводит с меня взгляд – полный скорби и ярости – на моего обидчика. Будто в слоумо Ян выплескивает содержимое кружки на Дьяконова. Тот вздрагивает и, ошпаренный горячим кофе, вскрикивает, пытаясь снять мокрую футболку, но Геккель не дает ему этого сделать, набрасываясь на него с кулаками.

Элла насильно затягивает меня к себе в комнату и захлопывает за собой дверь.

– Они сами разберутся, – отчеканивает девушка, когда я пытаюсь вырваться обратно в коридор. Она хватает меня за плечи и встряхивает, чтобы привести в чувство. Когда я перестаю истерично всхлипывать, она прижимает меня к себе и заботливо поглаживает по спине.

– Я не сдержала слово, – ною я.

– Какое? – тихо уточняет подруга.

– Я обещала тебе не спать с ним.

Элла фыркает:

– Ты не виновата.

– Виновата, – упрямо твержу я. Она отстраняется от меня и внимательно всматривается в мое лицо.

– Мила, он подлец. Не смей винить себя. Что между вами произошло? Я надеюсь, он не… –