Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев

а значит, в 355 г. Юлиан получил под свое командование всего лишь одну вексилляцию, вместе с которой он и отправился в Галлию воевать с аламаннами. Поэтому совершенно неслучайно, что уже через пять лет, в 360 г., Констанций потребовал от Юлиана выделить из каждого легиона по 300 воинов и переправить их на восток: очевидно, Констанций планировал сформировать из каждого такого отряда вексилляцию, чтобы затем включить эти вексилляции в состав своей армии.

Мятеж галльских легионов серьезно нарушил планы Констанция и привел к проблеме нехватки кадров; именно поэтому, готовясь к походу против Юлиана, Констанций был вынужден пополнить свои войска новобранцами, т. е. малоподготовленными, плохо обученными юношами, которые до этого, судя по всему, никогда не держали в руках оружие. Судя по всему, именно нехватка кадров, возникшая в результате мятежа галльских легионов, заставила Констанция прекратить боевые действия против персов в Месопотамии, оставить эту провинцию и вернуться с войсками в соседнюю Сирию.

В этой связи Аммиан сообщает о знамении — радуге, которую Констанций увидел, когда подошел к Амиде, намереваясь освободить город от персов. Согласно Аммиану, это знамение испугало Констанция, император «колебался между надеждой и страхом» (inter spem metumque lactabatur) и его «тревожный ум» (anxiam mentem. — Amm. XX. 11. 31) пребывал в сомнениях, стоит ли двигаться дальше и продолжать боевые действия. В итоге, как сообщает Аммиан, Констанций «оставил пустой замысел и, намереваясь перезимовать в Антиохии, вернулся в Сирию» (omisso vano incepto, hiematurus Antiochiae redit in Syriam. — Amm. XX. 11. 32).

Μ. Ханаган пришел к выводу, что при описании появления радуги и её воздействия на императора Аммиан использовал многие слова, фразы, риторические обороты и более крупные словесные конструкции из знаменитой поэмы Вергилия «Энеида». Более того, по мнению исследователя, при перечислении эмоций, которые испытывал Констанций, Аммиан взял за основу труд римского историка Светония «Жизнь двенадцати цезарей», в данном случае — биографию императора Тиберия, правившего в 14–37 гг. н. э.[363]

Тем не менее даже если учитывать фактор литературных заимствований, довольно часто встречающихся в труде Аммиана, вполне очевидно, что «материальной» причиной опасений и в целом тревожного состояния Констанция была явная нехватка профессиональных кадров в его войске: Аммиан рассказывает о знамении радуги уже после того, как сообщает о мятеже галльских воинов и Юлиана, следовательно, отвод войск Констанция из Месопотамии и его возвращение в Сирию произошли немного времени спустя после событий в Галлии. Судя по всему, узнав о мятеже галльских легионов, Констанций четко осознал, что Юлиан больше не отправит на восток галльские войска, а наоборот, выступит вместе с ними против законной императорской власти; именно поэтому, на наш взгляд, Констанций принял решение приостановить боевые действия в Месопотамии, чтобы затем перегруппировать экспедиционные войска, находившиеся под его непосредственным командованием, пополнить их молодыми рекрутами и направиться вместе с ними во Фракию воевать с Юлианом[364].

Соответственно, внезапная смерть Констанция в ноябре 361 г. избавила Юлиана от необходимости решающего сражения с законным императором: уже в декабре Юлиан вступил в Константинополь, где провел несколько важных государственных реформ, а летом 362 г. направился в Антиохию для подготовки к предстоящему военному походу против Персии. Как известно, этот поход состоялся в марте – июне[365] следующего, 363 года и закончился не только катастрофическим поражением римской армии, но и смертью самого Юлиана.

Мы не будем рассматривать ход и содержание военных действий в рамках этой кампании, наша главная задача — рассмотреть сведения о войсковых подразделениях, принявших участие в персидском походе Юлиана, чтобы определить внутреннюю (организационную) структуру той армии, воевавшей против персов. В первую очередь обратим внимание на сведения знаменитой сатирической речи самого Юлиана «Мисопогон» («Брадоненавистник»): Юлиан сочинил эту речь, находясь в Антиохии, в качестве ответа на многочисленные нападки жителей города, которые в большинстве своем придерживались христианского вероучения и не приняли мероприятия Юлиана по восстановлению языческих культов.

Отвечая антиохийцам на многочисленные обвинения и упреки в свой адрес, Юлиан подчеркивает: «Кельты же так любили меня вследствие сходства образа жизни, что ради меня они не только были готовы взяться за оружие, но и дали [мне] много денег, и когда я в течение недолгого времени отказывался, они заставили меня взять [их] и во всем с готовностью [мне] подчинялись» (Κελτοί μέν γάρ ούτω με δι' ομοιότητα τρόπων ήγάπησαν, ώστε έτόλμησαν ούχ όπλα μόνον ύπέρ έμου λαβείν, άλλα καί χρήματα εδωκαν πολλά, καί παραιτούμενον ολίγου καί έβιάσαντο λαβείν, καί προς πάντα έτοίμως ύπήκουσαν. — Jul. Miso-pogon 360c, ed. W. C. Wrighi).

Фраза Юлиана подсказывает, что в значительной мере основу тех войск, которые он привел с собой на восток и впоследствии направил против персов, составляли войсковые подразделения из Галлии, другими словами, преимущественно Юлиан перевел в Сирию экспедиционные войска из Галлии, ранее располагавшиеся на рейнском фронте. Аммиан Марцеллин сообщает, что после того как Юлиан прибыл в Константинополь в декабре 361 г., он организовал в городе Халкидон, вблизи Константинополя, судебный процесс над наиболее видными и влиятельными чиновниками из придворного окружения Констанция, и в состав судебной комиссии входили «командующие и трибуны Иовианов и Геркулианов» (praesentibus lovianorum Herculianorumque principiis et tribunis. — Amm. XXII. 3. 2). Ранее, в одной из наших предшествующих работ, мы уже рассматривали историю этих двух элитных позднеримских легионов и пришли к выводу, что в 352–353 гг. Констанций II, одержавший победу над Магненцием, каждый из этих легионов в наказание за их участие в мятеже Магненция разделил на две части с дополнительными наименованиями seniores и iuniores.

На наш взгляд, впоследствии, в 359 г., Констанций переместился вместе с частями seniores на восток, в Антиохию, где они оставались вплоть до прибытия в город Юлиана летом 362 г., тогда как части с наименованием iuniores с 353 г. пребывали в Галлии, где они вошли в состав экспедиционной армии Юлиана и воевали вместе с ним против германских племен[366]. Соответственно, мы полагаем, что те легионы Иовианов и Геркулианов, которые прибыли вместе с Юлианом в Константинополь и затем переместились в Халкидон, представляли собой уже части с наименованиями iuniores, а это значит, что вслед за Юлианом в восточные регионы империи прежде всего направились военные отряды галльских экспедиционных войск.

Μ. Калтабиано пришла к выводу, что в основном в состав ближайшего придворного окружения Юлиана входили уроженцы Галлии и других западных провинций, тогда как уроженцы восточных провинций, пусть даже знатные и влиятельные (такие как Либаний), преимущественно составляли неофициальный и неформальный круг личного, дружеского общения Юлиана, т. е. Юлиан предпочитал не назначать выходцев с востока на официальные государственные должности[367]. Конечно же, приоритет, который Юлиан отдавал выходцам из