Искатель 24 - Сергей Шиленко

и шагнул за дверь, плотно прикрыв её за собой. Свежий воздух ударил в лицо, но даже он не смог перебить въедливый, тошнотворный запах страха и застоялой крови, который пропитал мою одежду в подвале.

Мне ещё предстояло организовать поминальную службу по нашим братьям-крестоносцам, тем парням, что сложили головы вчера, попавшись в изощренную ловушку Тиленора. Сердце тяжело стукнуло о ребра. Каждый потерянный боец ощущался как личный провал, не строчка в отчете, не холодная цифра потерь, а живой человек, которого я не довел домой. Командир обязан отвечать за такие ошибки, даже если ловушка оказалась подлой. Но перед тем, как отдать последние почести павшим, у меня имелось еще одно незавершенное дело, последняя вылазка. Мне требовалось найти того единственного друга, которого мы вчера так и не смогли вытащить в безопасное место, никто не должен остаться позади.

И в этот момент меня снова накрыло. Темное, липкое предчувствие беды, словно ледяной паук, поползло по позвоночнику. Я резко остановился посреди улицы, прислушиваясь к звукам лагеря: звону стали из кузни вдалеке, приглушенным голосам солдат, шелесту ветра. Всё казалось нормальным, но интуиция орала благим матом.

Я попытался разложить факты по полочкам, словно перебирал оперативную сводку перед опасной вылазкой. Чего не хватало? Какую деталь я упускал? Зуд в затылке не проходил, становясь всё навязчивее. У меня на руках перехваченное письмо, в подвале важный пленник, из которого сейчас выбивают информацию, люди, документы и очевидные места тщательно проверены, но пазл всё равно не складывался в единую картину. В общей схеме зияла трещина, невидимая зацепка, отложенный ход врага, который я пока не мог нащупать.

Проклятая охота вслепую! Прохладное дерево лука чуть остудило горячую ладонь, мозоли от тетивы напомнили о сотнях выпущенных стрел.

Я нутром чуял, что враг где-то совсем рядом, дышит в затылок из слепой зоны и явно не собирается действовать по понятным мне правилам. Значит, придется ломать его замысел первым.

Как и предполагал, Хорвальда Валаринса мы обнаружили на его любимом пляже на самом южном побережье Шалина, на его личном «отпускном» месте, где вечное лето радовало солнцем и тёплым ласковым морем.

Жара здесь стояла плотная, почти осязаемая, пахло солью, водорослями и нагретым песком. Я стряхнул пыль с плаща и прищурился.

Старик изменился. Первое, что бросилось в глаза — он сбрил свою легендарную белоснежную бороду и коротко остриг длинные волосы. Возможно, это просто прагматичная попытка усложнить Консорциуму поиски, если по его душу уже выслали ищеек, а может, банальная капитуляция перед беспощадным солнцем? Да чёрт возьми, старый маг просто решил ровно загореть!

И судя по тому, что я увидел, этот загар весьма неплохо смотрелся на его морщинистой коже, выглядывающей из распахнутого легкого жилета и коротких пляжных штанов.

В любом случае метаморфоза разила наповал, теперь он больше походил на ушедшего на покой высокопоставленного клерка, решившего прожечь остаток жизни на курорте, чем на классического фэнтезийного волшебника из сказок, каким казался раньше.

Бывший губернатор Бастиона поднял взгляд. Он лежал на удобном лежаке, спрятанной в густой тени навеса, воздвигнутого на песке в двух шагах от лениво накатывающих на берег волн. При моем появлении ни один мускул на его лице не дрогнул. Он невозмутимо и неторопливо заложил закладку между страницами пухлого фолианта, отложил книгу на столик и, тихонько кряхтя, поднялся на ноги.

— Артём Крылов, — произнес он подчеркнуто нейтральным тоном, осторожно разминая спину. Позвонки отозвались серией характерных сухих щелчков. — Заметьте, я не назвал вас лордом и не упомянул ваш рыцарский титул, поскольку по официальным данным вы больше не являетесь ни тем, ни другим, и, следовательно, не имеете права занимать эти должности.

Я тихо фыркнул, топча сапогами раскаленный песок по пути к навесу.

— Не нужно разжевывать общеизвестное, Хорвальд, я всё знаю, — остановившись напротив, протянул руку, глядя прямо в выцветшие, но всё еще проницательные глаза. — Рад тебя видеть, старина.

— Ах, и никаких церемонных обращений в ответ! Вы ответили именно так, как и следовало, — старый Проходчик секунду смотрел на мою мозолистую от тетивы ладонь, словно оценивая скрытую в ней угрозу, а затем неохотно, но ответил на рукопожатие. Его хватка всё ещё была железной. — Как поживают Карина и её дети?

— Последние три года она отзывается только на имя Шип, — ответил я, опуская руку. — Но с ней всё отлично, как и с детьми. Сейчас она почти взяла шестидесятый уровень. Налин не так давно получил свой класс и, как и мать, пошел по пути Целителя. А малютка Бели спит и видит, что через пару лет ей исполнится двенадцать, и она выберет класс Лучника, совсем как её кумир Лили.

Я чуть замялся, подбирая слова.

— Что касается титулов… Это не совсем правда, что я больше не имею права ни на какие регалии. Если уж мы цепляемся за формальности, можешь обращаться ко мне как к судье Теневого крестового похода.

Брови Хорвальда поползли вверх, и он хмыкнул, не скрывая искреннего изумления.

— Так вот куда ты, демоны тебя дери, исчез? Организовал целый крестовый поход? — его лицо мгновенно помрачнело. Старик широким жестом обвел идиллический пейзаж: белый песок, лазурные волны, пальмы. — И ты втянул в это меня.

— Боюсь, что так, — я тяжело выдохнул, в груди шевельнулось знакомое чувство вины. — Мне действительно жаль, что из-за меня ты потерял Бастион и всё свое влияние. Мы с ребятами собирались предупредить тебя, вытащить оттуда, но к тому моменту ты уже растворился в воздухе.

Хорвальд снова хмыкнул, сделал пару шагов к кромке навеса и застыл, глядя на бесконечный океанский горизонт.

— Я всю свою жизнь бороздил мутные воды политики, парень, — глухо произнес он, — и научился спинным мозгом чувствовать приближение бури. Знаю, когда нужно спустить паруса и обойти шторм стороной, чтобы не пойти ко дну.

— Отличная аналогия, — признал я, становясь рядом. Освежающий бриз трепал мои волосы. — Но боюсь, этот шторм обойти не выйдет при всем желании, он накрыл уже почти весь континент, — я повернулся к старику, изучая его профиль.

Глаз Истины подтвердил то, что я и так помнил:

Хорвальд Валаринс. Проходчик. Уровень 56.

— Единственный способ выжить — это направить корабль прямо в эпицентр и прорваться на другую сторону.

Старик устало вздохнул, и его плечи, казавшиеся до этого широкими, вдруг как-то поникли.

— Я слышал шепотки, слухи о тени, нависшей над королем Дириком и всем Харалдаром. Я чувствовал, как эта самая тень окутывала и душила меня, когда пытался навести порядок в Бастионе. Любые мои усилия пресекались на корню невидимыми врагами или теми, кто вообще