Бесы на краю империи - Ян Анатольевич Бадевский

было. Но вот сразу после активации, я сделал прозрачным целый сектор лабиринта Предтеч. И на сей раз — никакой пелены. Браслет позволял мне применять Дар на расстоянии. Жаль, что это не прокатило с Расширителем… До сих пор гадаю, почему.

Резко останавливаюсь, поднимаю руку.

Демон и Ольга делают то же самое. Вскидывают штурмовые винтовки, щёлкают предохранителями. В этом рейде мы отказались от лазерных целеуказателей и установили на всех пушках коллиматоры. Под землёй, при скудном или чужеродном освещении, в узких коридорах коллиматоры гораздо эффективнее. Кроме того, лазерный луч всегда выдаёт местоположение стрелка.

— Переходим на знаки и голос, — распорядился я.

— Так точно, — отозвался Демон.

— Принято, — сказала Ольга.

Никто из них не кивал и не отвлекался.

За минувшие годы я обучил своих гвардейцев тактическим основам своего мира. Оба встали таким образом, чтобы накрыть огнём сектор прямо по курсу. И не перекрывать при этом друг друга.

Я хорошенько изучил то, что находилось перед нами.

Дуга в центре куполообразного помещения продолжала светиться. А вот по периметру зала уже расселись жрецы со своими агрегатами. Устройства по блокировке поля выглядели словно компактные чемоданчики для авиаперелётов. Даже ручки имелись, хоть и не выдвижные. Чтобы это рассмотреть, мне пришлось усилить зрение. У каждого «чемоданчика» прямо на полу сидела разумная ящерица. Ну, и лучи уже протянулись, формируя знакомый шестиугольник. Думаю, только размер и мощность не позволяли крангам перекрыть всё ущелье.

В зале сходились три коридора.

Один, в нём мы сейчас стояли, упирался в галерею. Которая протянулась на высоте примерно четырёх-пяти этажей над уровнем пола. Два других коридора разбегались по комплексу и в итоге заканчивались в комнатах непонятного назначения. Эти тоннели контролировались моими людьми.

Кранги не были идиотами.

Туда, где засели мои ребята, командиры отправили арбалетчиков и шустрых тигров. А вот на галерею по прилепившимся к стене лестничным пролётам поднимались матёрые вепри, закованные в броню. С тяжёлыми щитами, увесистыми булавами, здоровенными тесаками и секирами.

Я хмыкнул.

Ну-ну.

А в следующую секунду вспомнил, что поле блокирует не только ки. Пули в этой среде тоже не летают. Насчёт арбалетных болтов не в курсе, но… К нам арбалетчики и не шли.

В центре зала осталась одна рептилия.

Эта тварь ни в чём не участвовала, просто наблюдала.

— Убрать винтовки, — приказал я. — Достать мечи.

Когда мои товарищи выполнили распоряжение, я добавил:

— Смените оружие, если почувствуете циркуляцию.

Бойцы кивнули.

— За мной не идите.

Я рванулся вперёд, отменяя прозрачность.

С собой я взял только «глок» и кусаригаму с облегчённым серпом без древка. Этот серп отдалённо напоминал керамбит, только тяжёлый, с более широким клинком. Почему не кромсатель? А потому, что в условиях постоянной блокировки я не доверял оружию, работающему через поглощение ки. Может, я и не прав. Но я параноик.

На галерею я вышел уже с серпом и грузом в руках.

Первые вепри уже достигли конца лестницы и заворачивали в мою сторону. Десять бойцов продолжали с грохотом и лязгом подниматься вверх. Они не спешили. Неумолимая поступь уверенных в себе хищников. И очень удивились, провалившись вниз. С рыком и хрюканьем. Я действовал наверняка, и вслед за лестничными пролётами сделал бесплотной поверхность зала…

Ну, как сделал.

Попытался.

По неведомым причинам, этот материал не поддавался моему воздействию.

Вепри рухнули вниз, и тяжёлая амуниция сыграла с ними злую шутку. Те, что успели подняться на один-два пролёта, сгруппировались и выжили. Четверо бойцов. Остальные падали с грохотом, напоминая груду бесполезного металлолома. И уже не поднимались.

Я перевёл взгляд на хищников, бегущих в мою сторону.

Между нами было всего десять-пятнадцать шагов.

И тут под моими оппонентами разверзлась пустота.

Дождавшись характерных звуков, я сделал галерею прозрачной и убедился, что никто не шевелится. Гравитация — безжалостная… ну, вы в курсе. Ускорение свободного падения ничем не хуже обычной пули.

Четверо уцелевших вепрей с тупыми выражениями на мордах замерли внизу. Они больше не делали попыток взобраться вверх по лестнице. Меня они тоже не видели, потому что мимикрию никто не отменял. Парапет, отделяющий галерею от зала, мешал рассмотреть кусаригаму в моих руках.

Круг жрецов держал оборону.

И я не мог применить огнестрельное оружие.

Скинуть упырей в земные недра — тоже не вариант. Предтечи за каким-то хреном снабдили это пространство хитрой артефакторикой.

Издалека послышались выстрелы.

Надеюсь, ребята справятся.

Против них идут вепри с арбалетами, да и броня может оказаться неожиданно прочной. Зато все мои гвардейцы под мимикрией, им доступны сверхспособности.

А вот и треск электрического разряда.

Рык, хрюканье, какофония звуков…

Всё это разносилось по коридорам на сотни метров.

Я вновь посмотрел на жреца, стоявшего рядом с дугой. Он раздавал какие-то приказы на своём шипяще-каркающем наречии. Вепри выстроились у подножия лестницы. Выставили перед собой щиты и оружие. Двое впереди, двое — сзади и по сторонам. Жрецы, поддерживающие поле, даже не шелохнулись.

Гадство.

Пистолет в набедренной кобуре так и просится в руку, но я не забываю о том, что он сейчас бесполезен. Мне навязывают контактный бой.

И да, кранги внизу понимают, что противник чем-то прикрылся. Они уже сталкивались с иллюзионами. Меня будут отслеживать по запаху и звукам шагов.

Вот только я умею ходить бесшумно.

Я ведь убийца.

Неспешно иду вперёд. Вдоль изгибающейся стены. Цепь намотана на кулаки и даже не звенит. Нигде не провисает. Пока рано, я даже не начал раскрутку.

А вот и лестница.

Довольно широкая, в десять пролётов.

Каждый шаг выверен, ни один сустав не хрустнет. Подошвы ступают мягко, ботинки не скрипят. Время растягивается в унылую патоку. Хорошо, что Демон выполняет приказ. Мне сейчас только помощников не хватает…

Но кранги способны удивлять.

Жрец достаёт из поясной сумки очки-консервы и напяливает на себя. Да ладно! И, что самое интересное, он теперь меня видит. То есть, эта скотина раздобыла очки, которые распознают не только человека под иллюзией, но и мимикрирующие ткани?

Зрелище дурацкое.

Прямоходящий ящер без хвоста — серый, покрытый жёсткой чешуёй, с уродливой змееподобной мордой. В очках-консервах. У него даже одежда есть. Набедренная повязка, закреплённая у пояса сумка, накладные шипы на коленных и локтевых суставах. Шипованные наплечники. И торчащая из-за спины рукоять то ли меча, то ли топора.

Смотрим друг на друга.

Я — на площадке у последнего лестничного марша.

Четырнадцать ступенек.

Дальше — кранги, которые меня не видят. Зато меня прекрасно видит эта рептилия. Хладнокровная во всех смыслах. Выражение морды вообще не меняется. Ни один мускул не дрогнул. Ноль эмоций.

Жрец — в